Shunut
То есть Вы, уважаемый Франки, считаете, что целью сатанистов является не апостасия христиан, а глумление над големами? Разве такое может быть? По моему именно апостасия и является целью. Написано же в Апокалипсисе: "и поклонятся дракону...". А над големами что глумиться - их мотивируют трудиться (прямо стих). И пусси риот - открытие окна Овертона для пения мирских песен и плясок в храмах, что сейчас уже и началось во многих местах.
Нет, уважаемый Шунут, просто я считаю, что доктрина догматизированного апостасиса, исповедуемая в сталинской матриархии РПЦ МП - это предел падения, и большего отступления от чистоты веры, более радикальной апостасии уже не может быть. При таком положении дел бояться лжекатоликов уже поздно.
Вот, позвольте напомнить небольшой текст, написанный мною около 7 лет назад в ходе обсуждения "церковных" вопросов с комсомольцем Инф. Пламенным.
*******
Дорогой Пламенный, позвольте спросить, а что это за «Церковь», вреда для которой Вы так опасаетесь? Наверное, все та же ВЧК-ГПУ-ОГПУ-НКВД-НКГБ-МГБ-МВД-КГБ-МСБ-ФСБ-МП? Хотелось бы получше разобраться в Вашей «экклесиологии».
Поскольку на Вашу искренность в этих вопросах рассчитывать не приходится, я позволил себе набросать гипотетический диалог «основателя ВЧК» Феликса Эдмундовича Дзержинского с его первым заместителем в 1923-1926 г.г. – Вячеславом Рудольфовичем Менжинским. Вот таким, наверное, им виделся наш сегодняшний мир в суете чекистских будней начала и середины 1920-х годов.


Ф.Э. Дзержинский (1877-1926) и В.Р. Менжинский (1874-1934) – руководители ВЧК-ОГПУ
*****
ВМ: Феликс Эдмундович, давайте немного помечтаем, какой Вам видится наша организация лет через 80-90?
ФД: Я сам об этом нередко задумываюсь, Вячеслав Рудольфович. Наши грузинские товарищи шутят, что «коммунистическая партия – это орден меченосцев», что ж, в таком случае… наши органы – это не просто карающий меч в руках наиболее сознательной части партийцев, но сама спасительная плоть революции, ее, так сказать, апостольская кафолическая Церковь.
ВМ: Церковь?
ФД: Да, да, именно Церковь, со своей обрядностью и традициями, священством и благодатными таинствами. Уверен, что в будущем наши органы получат соответствующее структурное оформление.
ВМ: И как же эта «церковь» будет называться?
ФД: Да как угодно, хоть бы и РПЦ. Имени товарища Денницы.
ВМ: Но позвольте, Феликс Эдмундович, ведь в России, некоторым образом, уже есть своя РПЦ – Русская поместная церковь. Вот и родители мои, и дед… хотя, конечно, более в видах конспирации… Ведь сколько уникальных храмов в одной только Москве – Храм Христа Спасителя, церковь Успения на Покровке, Собор Василия Блаженного… И все они принадлежат РПЦ.
ФД: Все это будет ликвидировано под корень. Человеческий материал должен быть уничтожен, а здания взорваны или перепрофилированы под новые практические нужды пролетариата. Революцию, дорогой Вячеслав Рудольфович, в белых перчатках не делают. Как говорит тов. Троцкий: "тeм, кто нас замeнит, придется строить на развалинах, среди мертвой тишины кладбища". Если что-то и окажется впоследствии восстановлено нашим ведомством, то в совершенно ином качестве.
ВМ: Но ведь останется какая-то историческая память, традиции, письменные источники, наконец. Формировавшийся веками жизненный уклад не так-то просто полностью сломать и сфальсифицировать за 3-4 поколения?
ФД: Пустяки. Все уже тщательнейшим образом просчитано нашими Великими Учителями-Гаонами. Для гоев будет создана полная иллюзия преемственности исторической традиции, но суть будет иная – наша. На все ключевые посты будут расставлены подготовленные кадры из числа самых опытных чекистов – конечно, в спецодежде: клобуки, подрясники, панагии с изображениями Царицы Небесной (Шехины-Матронит) и т.п., все как положено.
ВМ: Как… и наперсные кресты? Да кто же из наших захочет их носить?
ФД: Все предусмотрено. Кресты будут восьмиконечные, перечеркнутые - это древний антихристианский символ.

Сайентологический крест сатанистов Алистера Кроули и Рона Хаббарда; широко используется в новых «отреставрированных» храмах сталинской матриархии
ВМ: Просто дух захватывает, Феликс Эдмундович! А какими Вам видятся методы работы этой новой ОГПУ, этой… будущей церкви? Сохранятся ли допросы, пытки, внесудебные расстрелы, выездные коллегии и т.п., столь упрощающие нашу нелегкую, но такую нужную работу?
ФД: Понимаю Ваши сомнения, Вячеслав Рудольфович. Уже сейчас заметно, как снижаются набранные революцией обороты. Пятаков, Каменев, Радек, Рыков… – не работники, а курицы каппаросные – такую развели бюрократию! Уже и человечка нельзя расстрелять без бумажной волокиты. Наиболее расторопным из наших сотрудников приходится на допросах бить контру «с ноги в рыло». Три-четыре прицельных удара по голове – и кончено: списываем с формулировкой «внезапное кровоизлияние в мозг». Так о чем я? Да, так вот: в будущем будут разработаны новые формы мониторинга контрреволюционной деятельности и пропаганды.
ВМ: Очень интересно! Какие именно?
ФД: Ну вот, представьте себе, Вячеслав Рудольфович: Вы, к примеру, сидите в Бруклине, а я в Марьиной Роще, - и мы друг с другом напрямую общаемся.
ВМ: По телефону?
ФД: Как бы по телефону, но вживую, с изображением, как в кино.
ВМ: Да ну? Как же это возможно?
ФД: Признаюсь, я и сам пока еще не очень-то разобрался в деталях, но в нашем отделе технических разработок утверждают, что при помощи электричества и лампочки Ильича такое вполне возможно. Тут важно другое – разговор прослушивается и записывается на синематографическую пленку, а местоположение собеседников при этом точно фиксируется.
ВМ: А затем?
ФД: А затем одно из двух: либо сразу высылаем оперативную группу захвата, либо какой-нибудь наш сотрудник (хотя бы товарищ Петерс), под видом «православного верующего» как бы невзначай встревает в разговор и направляет его в нужное нам русло. А потом разоблачает всю шайку. И, представьте себе, работает со штабом заговорщиков, не выходя из своего служебного кабинета на Лубянке.

Яков Христофорович Петерс, 1886-1938, «один из первых руководителей ВЧК»
ВМ: Просто замечательно, Феликс Эдмундович, прямо как в операции «Трест», но без командировочных расходов?
ФД: Примерно так, Вячеслав Рудольфович.
ВМ: Но найдутся ли у нас такие подготовленные и преданные органам работники через сотню лет: люди с холодной головой, горячим сердцем и чистыми руками? Способные безжалостно выпалывать ростки контрреволюции отточенным диалектическим инструментарием?
ФД: Вы хотите сказать: Пламенные Революционеры?
ВМ: Да.
ФД: Не сомневаюсь. Я верю в нашу избранную плоть, в прозрачные, рациональные талмудические разработки наших мудрецов. Потом – всегда можно использовать в церковной работе метод материальной заинтересованности. Платить, например, за каждого сданного в подвалы Церкви белогвардейца по тридцать золотых червонцев.
ВМ: Не жирно ли будет, Феликс Эдмундович? Не лучше ли серебром?
ФД: Ничего, Вячеслав Рудольфович, будем платить бумажными купюрами по номиналу, а от золотого стандарта постепенно негласно откажемся. Никто и не заметит, как деньги быстро снова девальвируют, как в гражданскую. Так говорят в нашем финансовом отделе.
ВМ: Какие умницы! Все-таки никого нет умнее наших мудрецов! Особенно, в финансовом отделе.
ФД: А теперь, Вячеслав Рудольфович, представьте себе толпы верующих гоев и шикс, - они с пением, с хоругвями, иконами и парафиновыми свечками в руках доверчиво стекаются в подвалы и присутственные места ВЧК-ОГПУ, укомплектованные нашими сотрудниками и замаскированные под трефные места отправления «христианского богослужения». А потом на «исповеди» сами себя закладывают органам.
ВМ: Не могу себе такого даже представить, дорогой Феликс Эдмундович! Ведь сегодня, после пережитого опыта красного террора, несознательные гойские массы как огня боятся наших органов «государственной безопасности» и стараются обходить их за три квартала. Да и останутся ли еще к тому времени гои?
ФД: Вы на редкость проницательны, Вячеслав Рудольфович, - не хотел бы я оказаться в числе Ваших политических противников. Честно говоря, я тоже почти уверен, что лет через 80 гоев уже совсем не останется, и наши Великие Учителя говорят о том же. В соответствии с Генеральным 700-летним Планом русские гои должны быть пропущены через алхимический тигель больших каббалистических мистерий и через мясорубку наших бдительных карающих органов. Как Вам известно, нашими верными товарищами уже создается надежная сеть концлагерей, и она скоро покроет всю страну. Уцелеют немногие. Из этих кровавых испытаний выйдет «новая тварь» - простые жители планеты Земля, - одномерные, легко управляемые существа, невежественные и уже практически неспособные к мышлению, лишенные души и духа. На этом и построен наш расчет. РСДРП: пшат, ремез, драш, сод, раз.
ВМ: Очень разумно, Феликс Эдмундович!
ФД: Но главный замысел заключается в другом – основной контингент новых «верующих» (разумеется, верующих в силу благодатных таинств наших бдительных органов) будут составлять женщины, так сказать, жены-мироносицы. И специально для них нашими теоретиками уже разрабатывается новая революционная марксистская доктрина: «концепция общественно безопасного экуменизма», или КОБЭ.
ВМ: Очень интересно, и в чем же ее суть?
ФД: Суть удивительно простая – в том, что нет никакой разницы между православной проповедью попов и, к примеру, африканским культом вуду или камланиями шаманов на островах Огненной Земли. Мир идолопоклонников един и целостен.
ВМ: Мне знакома эта глубокая теория «авода зара» наших Великих Учителей, но как же Вам удастся заставить поверить в нее гоев?
ФД: Не забывайте, Вячеслав Рудольфович, думающих гоев к тому времени уже почти не останется.
ВМ: Ах да!
ФД: Концепция будет тщательно подогнана под примитивный уровень мышления олухов-оппортунистов («простых жителей планеты Земля») и доверчивых «жен-мироносиц». Разумеется, суть будет искусно замаскирована – например, под «безопасный прозелитизм». Об этом позаботятся наши сотрудники.
ВМ: Пламенные Революционеры?
ФД: Вот именно. Итогом повсеместного распространения великой доктрины наших мудрецов станет полная унификация атавистических религиозных суеверий апикоросов. После победы мировой революции на планете будет оставлено место только для одного культа, только для одной Церкви, а мы с Вами, Вячеслав Рудольфович, навсегда останемся в золотом списке ее отцов-основателей.
ВМ: Святых Отцов Церкви?
ФД: Что-то вроде того.
ВМ: Шма, Исраэль! В следующем году в Иерусалиме!
ФД: Шма, Исраэль! Зай гезунд!