Шехина

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Шехина » Полезно ознакомиться » Отец Павел Адельгейм, избранные статьи


Отец Павел Адельгейм, избранные статьи

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

Уважаемые друзья, позвольте предложить вашему вниманию избранные работы и выступления священника Павла Адельгейма, убитого при странных обстоятельствах 5 августа 2013 года. Согласно официальной версии, священника зарезал, якобы, "психически невменяемый" 27-летний кинооператор Сергей Пчелинцев, которого сердобольный старец приютил у себя в доме:

http://img.dni.ru/binaries/v2_articlepic/767387.jpg
Оператор Сергей Пчелинцев, соискатель кинопремии "Лавровая ветвь" (номинация "лучший по профессии")

По данным следствия, 3 августа Пчелинцев приехал в Псков просить о помощи известного священнослужителя Павла Адельгейма. Тот разрешил мужчине пожить в своем доме. Спустя два дня гость под воздействием галлюцинаций взял на кухне нож и нанес им удар в сердце священнослужителю.

Во время задержания Пчелинцев успел нанести себе ножевые ранения и кричал, что совершить убийство ему приказал сатана. Основная версия следствия — убийство на почве психического расстройства обвиняемого. Пчелинцев находится в больнице.

http://news.rambler.ru/20444565/


А вот комментарий к этой версии с сайта http://www.logoslovo.ru/forum/all/topic_7654/

Очень странная и запутанная история, кто-то очень хочет свалить вину за убийство священника на обыкновенного психа. Псих взял да и убил, с него взятки - гладки, и спросу нет никакого. Главное - дело сделано - НЕПОКОРНЫЙ патриархии авторитетный и умный священник, который слишком смело и ПРАВДИВО -- ОБЛИЧАЛ патриарха Кирилла и его клику - УБИТ. Теперь можно и дальше спокойно РАЗРУШАТЬ Православную Церковь в России.
Еще одним НЕУДОБНЫМ и опасным для патриархии человеком стало МЕНЬШЕ.


О. Павел был человеком ярким, незаурядным, интеллигентным в лучшем смысле этого слова, и если подозрения в его преднамеренном насильственном устранении обоснованы, то тем более нам будет интересно ознакомиться с его мыслями об истинном положении дел в "РПЦ МП".

Первая из предлагаемых статей Павла Адельгейма посвящена критике нового "Устава прихода", принятого Синодом РПЦ МП в октябре 2009 года. Признаюсь, я всегда подозревал, что во внутреннем устройстве сталинской матриархии должно быть что-то серьезно неладное, даже нечто радикально порочное, однако, тем не менее, был шокирован бесстрастными юридическими подробностями, представленными в статье о. Павла.

УСТАВ ПРИХОДА ПРОТИВ ДОГМАТА О ЦЕРКВИ

Священник Павел Адельгейм

http://s6.uploads.ru/t/FQUwP.jpg

Устав Прихода РПЦ МП, принятый ее Священным Синодом 10 октября 2009 г., нельзя признать каноническим документом Православной Церкви. Устав противоречит Догмату о церкви и Федеральному Закону № 125 "О свободе совести и о религиозных объединениях".

1.

В основе христианского богословия лежит догматический документ, принятый двумя Вселенскими Соборами в 325 и 381 г. Этот документ называют Символом Веры. Он излагает важнейшие догматы христианской веры. Среди догматов Символа Веры имеется догмат о Церкви. Его определяют четыре неизменных признака:единая, святая, соборная и апостольская Церковь. Упразднив один из признаков, мы разрушаем догмат. Нельзя упразднить соборность "в доме Божием, который есть Церковь Бога живого, столп и утверждение истины" (1 Тим. 3,15). Без соборности религиозная организация не будет "Церковью, которая есть Тело Его, полнота Наполняющего всё во всём", и потеряет "богатство славного наследия Его для святых" (Еф.1,18-23).

Как невозможно устранить соборность из Символа Веры, так невозможно выбросить принцип соборности из уклада церковной жизни и взамен соборности выстроить дисциплинарную вертикаль авторитарной власти. Церковная жизнь не сводится к административным функциям архиерея. Управление, построенное на принципе иерархической диктатуры, не будет церковным. Поэтому христианская совесть с тревогой воспринимает изменения, вносимые церковной властью в уставы, меняющие традиционное устройство церковной жизни в угоду архиерейскому комфорту.

Апостол указывает, "каким должен быть епископ, и как должно поступать в доме Божием" (1 Тим.3. 2,15), чтобы церковный Приход не превратился в политическую или коммерческую организацию, прикрытую именем Иисуса Христа.

Новый Устав Прихода РПЦ МП назначил архиерея "высшим руководящим органом управления Приходом", нарушив традицию соборного управления, исказив образ Прихода и поставив в ложное положение всех его членов и самого архиерея. Новое положение архиерея противоречит федеральному законодательству России.

Согласно действующему законодательству, архиерей не может создать местную религиозную организацию и войти в число её учредителей (ФЗ-125, ст.6,1; ст.8,1). По смыслу закона, архиерей является посторонним лицом в местной религиозной организации, необоснованно претендующим на власть в ней, и не может быть её главой.

Новый Устав необоснованно вывел из состава Приходского собрания "учредителей прихода" и исключил память о них из Устава Прихода. ФЗ-125 "О свободе совести и о религиозных объединениях" построил основные статьи 9-14 (Создание, Устав, Регистрация, Отказ в регистрации и Ликвидациярелигиозных организаций) на принципе "учредительства". Государственной Думе придётся либо пересмотреть закон ФЗ-125, исключив "учредительство", либо Минюст должен привести Устав РПЦ МП в соответствие с законом ФЗ-125.

Согласно новому Уставу, каждый Приход состоит из Епархиального архиерея, Настоятеля и Приходского собрания, общей численностью не менее 10 человек (п. 7,2). А где же сотни "верующих граждан РФ"? Устав проигнорировал их существование: они оказались лишними в Приходе.

Новый Устав противоречит каноническому устройству Православной Церкви. Сардикийский Поместный Собор запрещает поставлять епископа в малые населённые пункты: "Да не будет позволено поставлять епископа в какое- либо село или в малый город, для коего довлеет и единый пресвитер" (Сард. 6). Вопреки правилу, епископ РПЦ МП теперь назначен в каждый Приход.

Согласно Уставу 2009 г., архиерей не входит в состав клира и в состав Приходского Собрания. Являясь "Высшим органом управления Приходом", архиерей не является членом Прихода. Устав РПЦ МП не называет архиерея даже членом Церкви.

Приходской Устав не определил положение и место архиерея в Приходе. Архиерей не "является одним из совершеннолетних граждан РФ, добровольно объединившихся в целях и т.д." (Устав Прихода РПЦ МП, 1.1). Архиерей не является ни членом клира, ни членом Приходского Собрания.

Не являясь членом Прихода, он назначен "высшим руководящим органом управления Приходом". Архиерей возглавляет приход, не принимая конкретных обязанностей и ответственности за действия и решения в Приходе. Его указания в Приходе выполняются, но не обсуждаются. Власть епископа не может быть властью человека над Церковью. Она может быть только властью Церкви, но не властью над Церковью, иначе становится властью над Христом, Тело Коего являет Церковь.

Новый принцип управления называют авторитарным. Он несовместим с соборностью, исповеданной в Символе Веры. Новое положение Устава предлагает диктатуру епископа, отвергает соборность церковных решений и рецепцию Церкви.

Новый Устав не даёт определения Прихода, вынуждая обратиться к определению, данному Священным Собором 1917-18 года. Собор признал Приход "обществом православных христиан, состоящим из клира и мирян (епископ не входит в состав Прихода), пребывающих на определённой местности и объединённых при храме под каноническим управлением архиерея под руководством поставленного им священника-настоятеля" (Приходской Устав, 1,1). Это положение Устава соответствует ФЗ-125 и противоречит Уставу Прихода РПЦ МП.

"Избрание и назначение на священные и церковные должности принадлежит епархиальному архиерею, который при этом принимает во внимание и кандидатов, о коих ходатайствует Приходское Собрание. Члены причта могут быть перемещаемы и увольняемы от своих мест только по суду или по собственному их желанию" (Приходской Устав 1, 15-16).


Изложенные принципы выражают церковную традицию, обоснованную как апостольскими правилами и Вселенскими канонами, так и самой идеей рукоположения, которая всегда рассматривала рукоположение как мистический брак священника, обвенчанного со своим Приходом. Священник восприемлет вручённую ему паству, как жених принимает любимую невесту.

Рукополагая ставленника, архиерей влагает в его руки часть Тела Христова и говорит: "Прими, чадо залог сей, за который ответишь в час Страшного суда Христова". Этот залог есть каждая душа, вручённая предстоятелю, чтобы сберечь её для Христа. Священник принимает паству как Тело Христово.

Разлучение пастыря с паствой превратилось в порочную систему, разрушающую каноническую идею и практику древней Церкви, которая не может быть оправдана "церковной целесообразностью", закреплённой Уставом РПЦ МП.

Назначение архиерея главой Прихода меняет структуру церковной жизни, лишает инициативы настоятеля и отнимает самостоятельность у Приходского Собрания. Оба органа становятся лишними, и все предоставленные права обращает в фикцию требование "письменного разрешения архиерея" на любое действие. Уклоняясь от ответственности, архиереи не дают письменных распоряжений.

Продолжая евангельскую аналогию жениха и невесты, создавших церковную семью, мы с ужасом видим в лице архиерея старого свёкра, претендующего на сноху в каждом церковном семействе. Свёкор, породивший сыновей, не может претендовать на родовую власть в семье каждого из сыновей. Такая претензия ведёт к родовым разрывам и сыноубийству, как в случае с Иваном Четвёртым, заслужившим прозвище "снохач". (Может быть, это не совсем точное замечание, однако, поскольку оно употреблено всего лишь в качестве метафоры, а не доказательного аргумента, то его можно признать непринципиальным для общего смысла статьи. - мое прим.)

Приход всегда входил в епархию как самостоятельное звено, не поглощённое епархией, уважающей его права, мнение и собственность. Новое положение превращает Приход в каплю воды. Когда она капает, море поглощает её.

2.

Согласно ФЗ-125, Устав Прихода принимают его учредители:

"Религиозная организация действует на основании устава, который утверждается её учредителями или централизованной религиозной организацией" (ФЗ -125, ст. 10, п. 1).


Этот пункт сформулирован недостаточно ясно и нуждается в уточнении. "Религиозные организации подразделяются на Местные и Централизованные" (ФЗ-125, ст. 8,2). Местные религиозные организация создаются объединением местных жителей на основе учредительства (ФЗ-125, ст.8,3; ст.9,1). Очевидно, что Устав местной "религиозной организации утверждается её учредителями". ФЗ-125 предоставляет Приходу право принимать Устав и вносить в него изменения и дополнения (ФЗ-125, ст. 11, п. 5,11).

"Централизованная религиозная организация образуется соединением не менее трёх местных религиозных организаций" (ФЗ-125, ст.8,4 и 9,2).


Ей также предоставлено право создавать религиозные организации: учреждения, координирующие органы, профобразования за исключением Местных религиозных организаций (ФЗ-125, ст. 8,6).

Централизованная религиозная организация утверждает Устав тех религиозных организаций, которые она создала (ФЗ-125, ст.10, 1). Священный Синод принимает уставы религиозных организаций, созданных им самим, т.е. руководящих либо координирующих органов или учреждений, а также учреждений профессионального религиозного образования.

Этот список исчерпывающий (ФЗ-125 ст.8 п.6 "О свободе совести и о религиозных объединениях"). Синод не может принимать Уставы канонических подразделений РПЦ МП (если под ними понимать местные религиозные организации - Приходы) и вносить в них изменения и дополнения, иначе нарушает федеральный закон.

Устав РПЦ МП сформулировал Ст. 25 "п", гл.5 вопреки ФЗ-125. Синод принял Устав Прихода без предварительного обсуждения Церкви.

3.

Совсем безобразно смотрится в Уставе Прихода угроза:

"Если член Приходского собрания не исполняет хотя бы одну из обязанностей п. 7.4 настоящего Устава, Епархиальный архиерей единоличным решением вправе исключить всех (часть) членов Приходского собрания и включить в его состав новых членов по собственному усмотрению" (Устав Прихода 7,3).


Архиерей посягает на право граждан, гарантированное Конституцией РФ:
"Каждый имеет право на объединение" (ст. 30).

Архиерей не является учредителем местной религиозной организации, но получает право единоличным решением уволить из организации всех учредителей. Это противоречит ФЗ-125, который не предполагает исключение учредителей без их согласия.

Устав вводит в Приходе коллективную ответственность и учреждает "круговую поруку", вызывающую мрачные ассоциации: фашисты за смерть офицера расстреливали в деревне каждого десятого.

Каких "новых членов" включит архиерей в состав Приходского собрания на место изгнанных? Откуда призовут этих лиц и как совместить их "назначение" епископом с "решением Приходского собрания", обещанного в том же пункте Устава строчкой выше?

Возникает главный вопрос: почему Синод принимает Устав, не интересуясь мнением Прихода, которому придётся жить по этому Уставу? Устав на собрании Приходского совета не обсуждается, замечания верующих не принимаются во внимание.

4.

Важным противоречием приходской жизни РПЦ МП является антиканоническое ограничение числа членов Приходского собрания 10 лицами. Сотни верующих не признаны членами Прихода, необоснованно лишены канонического статуса и прав.

Приходской Устав 1917 гласит:

"Право участия в Приходском собрании с решающим голосом имеют все члены причта и прихожане обоего пола, достигшие 25-летнего возраста и занесённые в приходскую книгу" (Гл. 4, ст. 44).

Устав 10.10.2009 г. ограничивает Приходское собрание десятью членами:

"В состав Приходского собрания входят штатные священнослужители Прихода… а также совершеннолетние граждане. Общее количество членов Приходского собрания не может быть менее десяти" (ст.7,1).

Этот лукавый минимум во всех приходах РПЦ МП ограничивает максимум Приходского собрания и создаёт раскол прихода: десяток членов Приходского собрания противостоит сотням и тысячам бесправных прихожан, лишённых статуса и голоса. Возникает неканоническое образование - Приходское собрание, выделенное из Прихода по неустановленному признаку и противостоящее ему.

Каждый христианин обязан принадлежать конкретному Приходу. Исключение верующих из членов Прихода является актом извержения из Церкви. Пребывание в храме, участие в молитвах и таинствах противоречит неканоническому положению членов Церкви, необоснованно лишённых статуса и голоса в Приходе. Устав Прихода РПЦ МП формирует бесправие всей массы верующих граждан РФ.

5.

Законодательство СССР не отражало реальную жизнь Церкви. Религиозные организации не имели прав юридического лица, а централизованные религиозные объединения (РПЦ МП) не получили юридического признания в качестве единой организации. В качестве единой организационной структуры, Церковь семьдесят лет существовала вне закона. Юридическое положение Церкви находилось в противоречии с фактическим положением.

В 1918 г. "ленинский" Декрет постановил:

"Религиозные общества не имеют права владеть собственностью. Прав юридического лица они не имеют. Все имущества существующих в России церковных и религиозных обществ объявляются народным достоянием" (Декрет, ст. 12-13).


В 1929 г. Постановление ВЦИК и Совнаркома "О религиозных объединениях" гласило:

"Верующие, составившие религиозное общество, могут получить по договору в бесплатное пользование от горсовета молитвенное здание и предметы, предназначенные исключительно для культовых целей" (Ст.10); "Религиозные съезды и избираемые ими исполнительные органы (так понималась МП) не имеют прав юридического лица, кроме того, не могут обладать культовым имуществом или арендовать помещения для молитвенных собраний" (Ст.22).


Оба документа игнорируют иерархию и клир, лишая их прав в религиозной организации.

В 1945 г. Положение об управлении РПЦ МП возрождает патриархию, власть епископов и ставит настоятеля во главе Прихода:

"Исполнительный орган приходской общины верующих, под руководством настоятеля храма, при ответственности перед гражданской властью за сохранность здания и имущества храма, ведёт церковное хозяйство" (Положение, ст. 41).


В 1961 г. Собор РПЦ МП запрещает епископам и священникам вмешиваться в управление хозяйством, обосновав запрет церковным вероучением. На исполнительный орган прихода возлагается вся административно-хозяйственная деятельность. Настоятель исключён из Приходского собрания и Совета, отстранён от хозяйственной деятельности (ЖМП, 1961, № 8, с. 15-17).

В 70-х годах религиозные организации получили "частичное право юридического лица в части приобретения в собственность зданий и транспорта".

01.10.1990 г. РПЦ МП впервые признана законом СССР. Все религиозные организации получили в равной мере право юридического лица (ст. 7,13) и собственности на здания, предметы культа, деньги, иное имущество (ст.18).

25.10.1990 г. РПЦ МП признана законом РСФСР. Каждая религиозная организация с момента регистрации её Устава получает права юридического лица (ст.18), имеет в собственности здания, предметы культа, деньги и иное имущество (ст. 26). Закон предоставил Московской патриархии право юридического лица, как "религиозному центру", наравне со всеми другими религиозными организациями.

Патриархия является собственником принадлежащего ей имущества и законным представителем имущественных интересов РПЦ МП. Каждая религиозная организация также получила право владеть имуществом и самостоятельно распоряжаться своей денежной кассой. Закон поставил все религиозные организации в равные условия, предоставив каждой имущественные права и хозяйственную самостоятельность.

24.09.1997 г. ФЗ-125 признаёт местные и централизованные религиозные организации с правом юридического лица (ст. 8,1-2) и собственности (ст. 21).

Ещё в 1990 г. Поместный Собор потребовал право юридического лица для "Церкви, как целостной институции" с правом его делегирования другим религиозным организациям и предложил внести поправку, которая предоставляла РПЦ МП в лице патриархии исключительное имущественное право за счёт ограничения права собственности других религиозных организаций.

Законодатель не принял предложение, нарушающее равноправие религиозных организаций. Поправка вносила бы неопределённость и противоречия в имущественные отношения религиозных организаций, предоставляя имущественные права на одну и ту же собственность разным владельцам.

Устав Прихода РПЦ МП 2009 г. осуществил требование Собора 1990 г., лишив приходы собственности в пользу патриархии.

"Приход может иметь в собственности… имущество, необходимое для обеспечения деятельности прихода" (Устав Прихода, ст.11,4).


Дальнейшие статьи перечисляют формы собственности, характер имущества, способы приобретения и т.д., ограничивая возможность распоряжаться собственностью и совершать сделки "письменным разрешением архиерея" в каждом отдельном случае.

Следующая статья констатирует, что

"имущество, принадлежащее Приходу на праве собственности или ином имущественном праве, является имуществом РПЦ" (Устав, 11,7). "Священный Синод РПЦ устанавливает единый порядок пользования и распоряжения недвижимым и особо ценным движимым имуществом Прихода и критерии отнесения имущества Прихода к особо ценному движимому имуществу" (Устав, ст. 11,8). "В случае ликвидации Прихода принадлежащее ему на праве собственности или ином имущественном праве движимое и недвижимое имущество богослужебного и иного религиозного назначения переходит Епархии" (Устав, 11,12).
"Приход может быть ликвидирован по решению епархиального архиерея, а также по решению суда" (Устав, 12,3).

Это положение противоречит закону, который устанавливает "ликвидацию прихода учредителями или по суду"(ФЗ-125, ст.14,1). Устав Прихода снова подменяет "учредителей" "епархиальным архиереем".

***

Принятие такого Устава Прихода разрушает догмат о Церкви и ведёт к церковным катаклизмам, которые не заставят себя долго ждать. Устав разрушает не только догмат о Церкви. Принцип архиерейского произвола и насилия, положенный в основу Устава, отвергает общение с народом Божиим, построенное на евангельской любви. Созидая Приход на чуждых Евангелию принципах, Устав разрушает Церковь.

"Кто не со Мною, тот против Меня; и кто не собирает со Мною, тот расточает" (Мф.12,30). Созидание, в котором не участвует Бог, не состоится: "Если Господь не созиждет дома, напрасно трудятся строящие его" (Пс. 126,1). "Дом упал, и было падение его великое" (Мф. 7,27).

По материалам сайта http://www.portal-credo.ru

0

2

Еще одна статья о. Павла Адельгейма, проливающая свет на бесправное, "крепостное" положение священства РПЦ МП.

***

ДИСКРИМИНАЦИЯ КЛИРИКОВ в Русской Православной Церкви Московского Патриархата.

Священник Павел Адельгейм

http://www.province.ru/pskov/media/k2/items/cache/00c636e00bee0ba03b364841363f738b_M.jpg

Многолетняя изоляция Церкви разрешилась в 90-е годы - всплеском активности униженных и оскорблённых, ощутивших запах свободы. Церковный народ занялся конкретными проектами: создавали церковные школы, сиротские приюты и материальную базу для этих проектов.

Первый Устав об управлении Русской Православной Церкви в 1988 ПОСТАВИЛ все Инициативы - под КОНТРОЛЬ церковной власти.

Год за годом Устав ГАСИЛ энергию священников и мирян, ограничивая круг их активности. Творческие усилия неизменно упирались в косность и ПРОТИВОДЕЙСТВИЕ церковной власти. У большинства священников опустились руки. В двухтысячных энтузиазм иссяк, деятельность заменила имитация.

На фоне успехов храмостроительства, коснусь одной из болевых точек, погружающих РПЦ в системный кризис – культурный, нравственный, и социальный упадок, последствия которого предсказуемы для церкви и государства.

Своим докладом хочу привлечь общественное внимание к социальному укладу РПЦ, определившему судьбу сословия священников. На первый взгляд проблема может показаться частной. Число священников составляет около пятидесяти тысяч граждан РФ. Непосредственно в проблему включены их семьи, жёны и дети, увеличивая численность заинтересованных граждан в пять раз. Опосредованно в проблему вовлечены сотни тысяч прихожан.

Проблема привлекает внимание не только численностью. Социальное положение влияет на нравственный отбор и качественный состав священников, на их духовный и культурный уровень.

В СССР священники подвергались Дискриминации. Закон называл их служителями культа, деятельность рассматривал, как исключительно жреческую и ограничивал стенами храма. Социальную активность закон запрещал. Это было и понятно, ибо государственной идеологией был абсолютный Атеизм.

Трудовое законодательство приравняло священников к кустарям-одиночкам, работавшим без лицензии, и облагало прогрессивным налогом. Священники не имели трудовых прав и трудовой книжки, с ними не заключали трудовые договоры. Их лишали социальной защиты: не платили пенсию, не оплачивали отпуск и бюллетень, не выделяли жильё и транспорт, лишали социальных благ, гарантированных гражданам.

В 1990 году пахнуло свободой. Закон «О свободе совести и религиозных организациях» предоставил священникам социальные гарантии: пенсию и социальное страхование. Но правом на труд не наделил до сих пор.

В каких отношениях с религиозной организацией состоит священник? Трудовых? Гражданско-правовых? Или отношения имеют иную природу? Ответа нет. Служение священника лишено законодательных гарантий и осуществляется вне правовых норм. В РФ нет закона, регулирующего взаимоотношения священника с религиозной организацией.

Действующий закон содержит пробел, предоставляя «религиозному объединению (РПЦ МП)…выбирать, назначать и заменять свой персонал, согласно своим собственным установлениям» (п.5, ст.4, ФЗ-125 «О свободе совести и религиозных объединениях»). «Религиозное объединение» представляет епископ.

Устав РПЦ признаёт епископа субъектом права и наделяет неограниченными полномочиями. «Персоналом» являются клирики, члены Приходского собрания и Совета. Они признаны объектами чужого права. Устав не признаёт их субъектами права и не применяет к ним этот термин.

Так возникает в РПЦ крепостная зависимость, разделяющая крепостных священнослужителей от свободных граждан.

Закон замалчивает правовые отношения священника с религиозной организацией. С молчаливого согласия государства РПЦ выстраивает Бюрократическую систему, ЛИШАЮЩУЮ священника гражданских прав и ЛИЧНОЙ Свободы.

Безправный священник состоит в абсолютной зависимости от епископа. Кроме священника в религиозной организации трудятся другие церковные работники: бухгалтер, продавец, кассир, псаломщик, сторож и прочие работники, с которыми заключают трудовой договор. Закон «О свободе совести» в ст. 24 устанавливает трудовые отношения этих работников с религиозной организацией, гарантируя правовую защиту. Священники, под названием «персонал», ИСКЛЮЧЕНЫ из категории работников, защищённых законом.

РПЦ МП запрещает заключать трудовой договор со священниками, оставляя их деятельность вне закона: «В учреждениях РПЦ трудовые договоры со священнослужителями не заключаются» (Письмо Управления делами МП РПЦ 11.03.1998 № 1086). Причина дискриминации не объясняется.

Устав Прихода подтверждает:

«Приход принимает и увольняет работников по трудовым договорам в соответствии с законодательством РФ. На лиц, работающих в Приходе по трудовым договорам, распространяется законодательство о труде. Документы по личному составу работников Прихода по трудовым договорам хранятся Приходом. Документы на священнослужителей хранятся Епархией» (Устав 2009, ст.12,1).


Клирик служит в приходе, имеющем юридическое лицо, получает от него зарплату, но трудовых отношений не оформляет. Клирик находится в зависимости от другого юридического лица, которое является его работодателем, перемещает, лишает работы, хранит его документы, но в трудовые отношения с ним тоже не вступает.

Клирик юридически -- не существует нигде и трудится в правовом вакууме. Государство и РПЦ дружно ИГНОРИРУЮТ права священнослужителей.

Устав РПЦ МП гарантирует «соблюдение законов РФ» (Устав, ст.1,4). При этом ряд статей Устава РПЦ НАРУШАЕТ законодательство: Конституцию РФ и другие федеральные законы, в частности, закон «О свободе совести и религиозных объединениях».

Устав РПЦ ОГРАНИЧИВАЕТ гражданские права священнослужителей, ПОДВЕРГАЯ их Произволу, несправедливости и насилию церковной власти. Не защищено основное право, обеспечивающее средства к существованию и человеческое достоинство священника и его семьи - право трудиться по профессии.

http://img1.1tv.ru/imgsize640x360/PR20130806090457.JPG

Безправное положение священника в религиозной организации ставит его в положение НЕВОЛЬНИКА епископа, который может лишить его работы и оставить детей без хлеба. Позволяя зарабатывать пропитание или отнимая хлеб, епископ МАНИПУЛИРУЕТ совестью и поступками священника. Этим страхом ОБОСНОВАНА Власть епископа в РПЦ.

Это не власть любви, которую заповедал Христос. Она не ведёт к доверию и не нуждается в верности. Это ВЛАСТЬ НАСИЛИЯ, основанная на Страхе.

«Иисус.., постившись сорок дней и сорок ночей, напоследок взалкал. И приступил к Нему искуситель» (Мф.4,2). Даже Иисуса Христа голод ставит перед соблазном, который Он преодолел победой над искусителем.

Есть и другая опасность. Служение, не защищённое правом, становится Безответственным. Священник не может принять ответственность за других людей, если сам лишён свободы действий. Священник становится «немым и мёртвым в законе», как писал некогда Радищев о положении крепостных в России.

Священнослужители выведены за пределы закона о трудовой деятельности и оставлены в Безправном положении, которое на достаточных основаниях можно назвать КРЕПОСТНОЙ зависимостью со всеми, вытекающими последствиями, в том числе материальными, социальными и этическими.

Конкретизирую проблему. Трудовой договор и его аналоги (служебный контракт и прочие) положены в основу законодательства РФ, охватывающего разнообразные отношения, служебные, трудовые. Законодательные документы определяют права и обязанности сторон, а также условия, необходимые для их осуществления и защиты, в первую очередь судебной.

Приём священнослужителя в Приход не оформляется правовым актом. Экономисты спрашивают: «На каком основании священнику, не оформленному законным актом, выплачивают зарплату? Где основания для выплат в налоговую инспекцию, в пенсионный фонд?»

На эти вопросы нет ответа. Архиерей принимает священника в епархию, согласно прошению и назначает на место служения Указом, который является основанием для приёма в Приходе, но не актом приёма. Религиозная организация (Приход) также не оформляет акт приёма на работу.

Вместо оформления договора с религиозной организацией, священник приносит присягу епископу. Послушание епископу, которого требует присяга, доводят до абсурда, ЛИШАЯ священника личной свободы, права принимать решения. Присяга становится добровольным отказом от прав человека и гражданина.

Односторонний акт возлагает на священника обязанности, оставляя ему -- ПТИЧЬИ права. Епископу предоставляется ВЛАСТЬ над священником в неограниченном объёме. Правовая незащищённость лежит в основе всяческой эксплуатации.

Бюрократическая власть человека над человеком должна быть ОГРАНИЧЕНА законом. С точки зрения законодательства отказ гражданина от принадлежащих ему прав ничтожен, но РПЦ МП ЛИШАЕТ священника защиты закона, оставляя в положении Нелегального гастарбайтера.

Ему можно НЕ ПЛАТИТЬ зарплату, не соблюдать условия труда, и т.д. Не оформленного на работу священника можно уволить двумя словами: «Пошёл вон!». Обжалование невозможно: действия совершаются вне закона и не подтверждены письменно.

Перемещение и увольнение осуществляется Указом архиерея. Руководствуясь «церковной целесообразностью», то есть собственным произволением, епископ не обязан мотивировать перевод и увольнение (Устав РПЦ, раздел 11,25). Слово «целесообразность» маскирует произвол кадровой политики.

Санкция епископа не контролируется и не обжалуется, хотя перемещения священников нарушают внутренние установления религиозного объединения: 15-е каноническое правило Первого Вселенского собора запрещает перемещения.

Епископ не несёт ответственность за свои действия: ни юридическую, ни каноническую, ни моральную. Поэтому ПРОЦВЕТАЕТ грубый Авторитаризм и безнаказанность. Все это разрушает Церковь.

На обжалование перемещений или увольнений Патриархия отвечает:

«рассмотрение кадровых вопросов в Псковской епархии находится в компетенции митрополита Псковского и Великолукского Евсевия» (заместитель управляющего делами Московской Патриархии игумен САВВА (Тутунов) № 0104/2140 от 17.06.2011).


Интересы священника при перемещении не учитываются. Священника переводят в деревню из областного центра без вины и вопреки желанию: меняются условия проживания всей семьи, зарплата, школа, и проч. Все издержки по перемещению -- несёт сам перемещённый священник. Не учитываются интересы церкви.

В Псковской епархии священники с академическим и университетским образованием НАЗНАЧАЮТСЯ в «Медвежьи углы», где проповедовать некому и они не могут реализоваться. В многолюдных храмах служат священники без образования, например, в Кафедральном соборе и городских храмах.

Уволиться по собственному желанию и перейти в другую епархию (Устав 11, ст.30) священник НЕ МОЖЕТ. Необходима увольнительная грамота, без которой священника в другой епархии не примут. Архиерей может ПРЕСЛЕДОВАТЬ священника и «прессовать», удерживая угрозой лишить сана.

Право на отпуск ограничено.

«Настоятель может получить отпуск… исключительно по разрешению епархиальной власти» (Устав РПЦ, раздел 11,21).


Епископ может годами ЛИШАТЬ священника законного отпуска.

Свобода передвижения связана разрешением епископа:

«Настоятель может… на время оставить свой приход исключительно по разрешению епархиальной власти» «Члены причта не могут покидать приход без разрешения церковной власти» (Устав РПЦ,11, ст.21;28).


Выезд священника за пределы прихода без разрешения карается как нарушение церковной дисциплины. Исключения не предусмотрены: болезнь, смерть близких, брак сына или дочери, рождение внуков (Устав, гл.11,ст.21,28). Этот жестокий запрет ПРЕПЯТСТВУЕТ творческому общению, семейной жизни, частным встречам, ограничивает социальную деятельность.

Волчий билет.

Епископ запрещает священнику профессиональную деятельность, часто без вины и без суда. Временный запрет не ограничен сроком и становится пожизненным.

«Взыскания епархиального архиерея клирикам включают выговор, отстранение от занимаемой должности, временное запрещение в священнослужении» (Устав РПЦ,Гл.10,ст.19,а).


Лишение права занимать определённую должность аналогично приговору суда с применением санкции, запрещающей занимать определённые должности. В отличие от судебного приговора, решение архиерея может быть необоснованным.

Выход за штат.

Устав РПЦ не предусматривает для клириков никаких социальных гарантий, переложив эту заботу на плечи государства. Человек как личность, не имеет ценности в РПЦ. Ценностью обладает только социальная функция. Епископ -- ценится, а клирик -- не ценится. Социальным гарантиям епископов посвящены три статьи Устава РПЦ.

Епископу предоставлен многократный отпуск в течение года, время и условия выхода за штат, в дополнение к государственной назначена архиерейская пенсия.

Про социальную защиту клириков Устав ЗАБЫЛ. Он не упоминает ни словом об их болезни, инвалидности и заштатной судьбе. Заштатный клирик вычеркнут из церковной памяти. Даже право священнодействия и причащения клирику не гарантировано. 22.03.11 постановлением Синода введены дополнительные ограничения к служению заштатных священников. «Мавр сделал своё дело, мавр может уйти».

Тревогу вызывает положение молодых священников, которым выплачивают по «белой» ведомости минимальную зарплату. Доплачивают ему по «чёрной» ведомости. Настоятель «экономит» на пенсионных выплатах, а священник, выходя за штат, получит минимальную пенсию. Жить будет не на что, но молодёжь об этом пока не подозревает.

Неблагодарное отношение к тем, кто посвятил церковному служению свою жизнь, является безнравственным. Святоотеческий принцип утрачен: «Не малый грех для нас лишать епископства, тех, кто благочестиво и непорочно приносили Дары. Блаженны пресвитеры, которые ранее прошли свой путь. Ибо им нечего бояться, что они будут удалены от назначенного им места» - пишет Св. Климент Римский. «1Посл. к Коринф.» XLIV, 4-5). Увы, святитель Климент! Священный Синод лишает нас служения у Алтаря за то, что мы состарились.

Апофеоз безправия.

Устав РПЦ ЗАПРЕЩАЕТ…«клирикам и мирянам обращаться в органы государственной власти и в гражданский суд» (Устав РПЦ 1,9). Этот запрет является юридически ничтожным, поскольку ПРОТИВОРЕЧИТ Конституции:

«Никто не может быть лишён права на рассмотрение его дела в том суде и тем судьёй, к подсудности которых оно отнесено законом» (Конституция РФ, ст.47). «Отказ от права на обращение в суд недействителен» (ГПК, ст.3).


Последствия безправия трагичны. Священство является не только профессией. Это образ жизни и мысли, надежды и веры. Исключённые из него священники, одни - заболевают, другие умирают, третьи - накладывают на себя руки от безвыходности, тоски и одиночества. Примеров много. Они замалчиваются и никогда не расследуются. Нельзя назвать ни одного положительного примера сочувствия функционеров РПЦ к невинно пострадавшим клирикам. Они всегда остаются "без вины виноватыми".

Безправие приходской общины.

Почему молчит церковная община? Может, она защитит священника? Устав РПЦ называл «Приходское собрание высшим органом управления прихода» (Устав РПЦ, ст.11,34). Согласно Уставу, Приходское собрание и Приходской Совет имеют обязанности, но ЛИШЕНЫ прав. Прихожане все вместе и по отдельности также БЕЗПРАВНЫ, как их священник. Устав не употребляет слово «право» по отношению к клирикам и мирянам.

Архиерею ДАНО право РАЗОГНАТЬ Приходское Собрание:

«состав Приходского собрания по решению епархиального архиерея может быть изменён частично либо полностью» (Устав, гл.11,35).


Архиерею ДАНО право РАЗОГНАТЬ Приходской Совет:

«Члены Приходского совета могут быть выведены из состава… распоряжением епархиального архиерея» (Устав гл.11,47).


Ещё жестче сформулировано архиерейское право РАЗГОНЯТЬ церковную общину в новом Уставе. Интересно, что за вину одного члена Прихода новый Устав предоставляет Архиерею ПРАВО «единоличным решением» -- НАКАЗАТЬ всех невиновных! (Устав,7,3).

Нонсенсом выглядит в этом варварском Уставе право архиерея ликвидировать Приход:

«Приход может быть ЛИКВИДИРОВАН вопреки воле прихожан -- по решению Епархиального архиерея» (Устав Прихода, ст.12,3).

Священник и община одинаково БЕЗПРАВНЫ.

Перспективы социальной работы священника.

В Уставе РПЦ нет слов «Бог» и «человек», «Христос» и «христианин». Это показательно, но главное не слова – в нём угас дух Христов.

Устав РПЦ обосновал авторитарность, карательную дисциплину, беззащитность клира, бесправие прихожан и общины. Чиновничья вертикаль, как осиновый кол, пронзила церковное Тело. «Союз любви» превращён в полицейскую структуру, карающую свободу, творчество и любовь к ближнему. Социальная деятельность священника в таких условиях становится не только ущербной, но безответственной.

Священник не может принять ответственность за создание общины, братства или социального учреждения в своём приходе. Усердие, не защищённое законом, может оказаться «медвежьей услугой». Именно к такому результату привела меня активная деятельность, предпринятая на волне свободы, предоставленной в 90-е годы.

Для иллюстрации привожу пять личных опытов, чтобы никто не сказал: «этого не может быть».

http://www.echomsk.spb.ru/upload/medialibrary/454/45484391347f90d54866e5185cba6094.jpg

Опыт первый.

Дошли до псковской глубинки слухи, что храмы открывают и восстанавливают. Тогда я служил настоятелем храма апостола Матфея, в пригородном посёлке Писковичи и жил в Пскове. Из артистов Пушкинского театра и сотрудников Псковского музея мы собрали Приходскую общину и получили от городской власти разрушенный храм. Восстановили, отопили, и храм ожил: началось богослужение. При храме построили школу с циклом общеобразовательных, музыкальных и церковных дисциплин. Сложился коллектив учителей, родители привели детей, начался учебный процесс. Всё было сделано по благословению епархиального архиерея. Православная школа давала полное среднее образование и специальность регентов церковного хора, восполняя острую нужду епархии в церковнослужителях: регентах, псаломщиках, певчих. Преподавание богословских дисциплин в Православной школе не противоречит законодательству об отделении церкви от государства. Школа содержится на средства Прихода. Слава Богу, проект успешно состоялся.

Но сменился архиерей. Новому епископу школа не приглянулась. Он возмутился: «Зачем в церковной школе физика, математика, история? Это науки не церковные», и ОТНЯЛ муниципальное здание, которое выхлопотал Приход под школу. За 15 лет ни разу не посетил школу, не оказал помощи, препятствовал деятельности. В первый год по прибытии вошёл в сепаратные переговоры с несколькими родителями и одним учителем устроил раскол школы.

Можно было всё бросить и уйти в подполье: но как нарушишь обязательства, принятые перед учителями, родителями и детьми? Началось 15-летнее противостояние. Со временем архиерей снял настоятеля храма, создавшего школу, потом уволил директора. Оба преподавали церковные дисциплины. Преподавать богословские дисциплины стало некому. Новый настоятель не имеет образования. Сменился педагогический состав и дух школы. Упал уровень общего и музыкального образования. Наступил развал. Четвёртый год школа существует без лицензии. Текущий год, скорей всего, станет последним в её жизни. Семь лет назад он развалил своим покровительством Классическую гимназию. Теперь наступила очередь Православной школы.

И возникает один вопрос: Зачем УНИЧТОЖАТЬ хорошее и нужное для церкви дело?

Опыт второй.

В начале 90-х финансирование социальных учреждений было слабым. Областная опека попросила меня устроить в монастырь пару мальчиков из коррекционного интерната. Монастырь отказал, и я оставил их у себя. Так возник приют для сирот-инвалидов в пос. Писковичи. На месте церковной сторожки вырос большой дом со всеми удобствами и коммуникациями. Детей привозили одного за другим, иногда, не спрашивая моего согласия. Для создания организации средства были скудны, мне отдавали детей в личную опеку. Сложилась семья из 15 сирот-инвалидов второй группы по олигофрении.

Мальчики производили свечи для храмов Псковской епархии на фабрике, созданной на базе Матвеевского храма. Несколько девочек закончили швейные и кулинарные колледжи, позднее вышли замуж и работают на производстве. Несколько мальчиков были полноценными, и судьбы их устроились весьма удачно. Один закончил духовное училище и служит священником в Псковской епархии, другой закончил духовную семинарию в Джорджанвиле, и служит в Чикаго, третьему нашли родную мать, и воссоединилась семья.

В 2001 году архиерей уволил меня из Писковичей, где я прослужил 21 год. Приют развалился, сирот пришлось срочно устраивать кого куда. И снова тот же вопрос: Зачем?

Опыт третий.

Детский хор Православной школы в праздник Пасхи давал концерт в детском отделении Областной психиатрической больницы. Там находилось сто сирот, которые не были крещены. Завязались отношения прихода с больницей. Нам разрешали брать по 10 детей, отвозить в Писковичи для крещения. В крещальном храме сделали большую купель. Крестили детей, устраивали для них праздничный обед с пирогами, водили гулять, а вечером возвращали в палату. Для детей, проведших год в стенах палаты без прогулок, это были незабываемые впечатления. Но вывозить детей за пределы больницы запрещал режим. Больница расположена в шести километрах от прихода.

Больница выделила на своей территории 25 соток. Приход построил храм на средства, пожертвованные Евангелической общиной Голландии. Вместе с ребятами из приюта рубили, шкурили и вывозили лес с делянок. Завезли землю и подняли участок на два метра. Заложили блочный фундамент и рубленый храм оживил каменный пейзаж больницы. Руководство предложило храму опекать пациентов в сотрудничестве с медицинским персоналом.

Как только строительство храма было закончено, архиерей приказал мне сдать документы и ключи другому священнику и больше не появляться в этом храме.

Новый священник с четырёхклассным образованием пришёл из конторы по заготовке грибов и ягод, где работал шофёром. Ничего плохого в этом нет, но совместная деятельность больницы и храма не состоялась. И снова вопрос: Зачем?

Опыт четвёртый.

Епархиальное собрание во главе с архиепископом Владимиром (Котляровым) поручило мне организовать производство церковных свечей для Псковской епархии. Силами и средствами Прихода построили цех и смонтировали оборудование. Позаботились о заготовке сырья: пряжи и воска. Фабрика обеспечивала сирот-инвалидов несложной работой, с которой они справлялись, давала заработок и средства на содержание приюта. Для епархии было выгодно обеспечить приходы свечами собственного производства.

Сменился архиерей. Новый епископ сказал, что фабрика не нужна и запретил продавать свечи. Лишившись сбыта, производство заглохло, инвалиды ПОТЕРЯЛИ работу, приют ЛИШИЛСЯ средств на содержание. Имеет ли смысл инициатива, вложения и затрата сил, когда всё это так легко и без необходимости можно ликвидировать?

Опыт пятый.

Священный Синод разработал новый Устав и предложил Приходам принять. Согласно ФЗ-125, ст.10, п.1, «Религиозная организация действует на основании Устава, который учреждается её учредителями».

Согласно Уставу,

«Приходское Собрание принимает Устав Прихода, изменения и дополнения к нему, которые утверждаются епархиальным архиереем и вступают в силу с момента государственной регистрации» (ст.26).

Устав разрешает архиерею утверждать Устав после того, как Приход примет этот Устав. Архиерей, наоборот, заставляет приход принять Устав, который он утвердил. Приход воспользовался своим правом отказаться от незаконных требований архиерея.

Архиерей собрал Епархиальный суд, из состава Приходского собрания исключили всех несогласных. Снова созывали одно Приходское собрание, за ним другое, пока не подавили волю прихожан. Запугав административными и судебными преследованиями, епископ заставил прихожан принять незаконное решение.

Так РПЦ понимает правосудие и уважает церковные и гражданские законы. Можно ли давать власть человеку, который «Бога не боится и людей не стыдится»? Допустимо ли в церкви НАСИЛИЕ над человеком и неуважение к закону, которое здесь демонстрируется? Эти опыты можно продолжать до бесконечности, поэтому перейдём к выводам.

ВЫВОДЫ.

Деятельность, лишённая инициативы и свободы, СТАНОВИТСЯ безплодной и разрушительной. Это можно видеть на примере комиссий, учреждённых епархиальной властью: по катехизации и миссионерству, по связям с социальной защитой и общественностью, с образованием и здравоохранением, с пенитенциарной системой и прочими, имже несть числа. В этих мёртвых организациях лежат отчёты взамен работы.

Вмешательство архиерея ГУБИТ разумные инициативы. Главным аргументом управления является грубое насилие. Неограниченную и бесконтрольную власть можно, как видим, использовать во зло священнику и приходу, а в конечном итоге, во зло церкви.

Священник лишён морального права вовлекать других людей в проекты, которые не способен защитить, иначе подставит и подведёт их. Священник вынужден отказаться от инициативы и социальной работы, если хочет сохранить своё положение и не погубить паству.

Новый устав называют «Смерть приходам». Он разрушит приходскую жизнь. Прежде Приходское собрание было высшим органом управления приходом. Новый Устав назначает епископа Высшим органом управления приходом и отдаёт в руки Губителя инициативу приходской деятельности. Епископ не становится членом прихода, не входит в его состав, не посещает, не имеет живого общения с прихожанами, не понимает приходских проблем.

Некомпетентное и незаинтересованное управление приходами ПРИВЕДЕТ церковную жизнь к духовному и социальному параличу.

0

3

Из материалов сайта "Полемика и дискуссии":

http://www.polemics.ru/articles/?articl … emPage=193

о. Павел Адельгейм

RE: Гуго Пекторалис [10.01.2014 05:15]:
[01:33] Автор: Григорий Петрович  |   Ответить...

Григорий может ошибаться. Это нормально. Во всем ли, скажем, я согласен с Григорием? Нет, не во всем. Но я могу разговаривать с Григорием, слушать его аргументы и быть им услышанным. А почему? Потому что Григория интересует рассматриваемая тема и посредством мышления Григорий стремится найти истину.

Благодарю Вас, уважаемый Гуго, - конечно Вы правы: errare humanum est, stultum est in errore perseverare.

Хотел спросить у Вас, как у знатока церковной жизни - как Вы относитесь к работам о. Павла Адельгейма?

Прав ли диакон Кураев, когда говорит, что это был "последний свободный священник в РПЦ МП"?

Отца Павла не запретили в служении за критику церковной "вертикали власти", его просто зарезали 5 августа 2013 г..

В моем понимании, по поводу нового приходского устава и полного бесправия священников он говорил очень правильные вещи, и делал это с поразительной ясностью и прямотой.

Какой удивительный был человек.

А по "еврейскому" вопросу он высказывался, Вы не в курсе?

***

RE: Гуго Пекторалис [03:25]:
[13:10] Автор: Григорий Петрович  |   Ответить...

Благодарю Вас за подробный ответ, уважаемый Гуго.

Внутрицерковный конфликт, связанный с именем о.Павла никак не связан с его убийством.

Простите, а каким образом и кем этот факт был установлен?

Его высказываний в отношении жидов я не знаю. Вряд ли они были, во всяком случае публично.

Да, у меня сложилось такое же мнение - иначе мы об отце Адельгейме и не услышали бы никогда.

Знаю, что вокруг него постоянно крутилось большое количество жидовья и он их не гнал.

Как я понимаю, он был диссидентом с 50-летним стажем, сидел в лагере, даже был искалечен там.

В его окружении со всей неизбежностью должно было находиться множество гендерных субъектов. Опять же - прогони он их, и мы о нем никогда бы не услышали.

Жиды его называли "вторым Менем". О, Павел этого не комментировал. Но и не протестовал.

Да, мне об этом известно - из него уже медийно создали Меня №2.

Поначалу мне это казалось крайне подозрительным. Однако, ознакомившись с некоторыми статьями и высказываниями о. Павла, я пришел к выводу, что он был прямой противоположностью А. Меня. Не нахожу в нем фальши.

http://img.gazeta.ru/files3/773/5542773/RIAN_02258932.HR.ru-pic330-330x220-61920.jpg
Павел Анатольевич Адельгейм, 1938-2013

Даже скажу больше - в его статьях я нашел ответ на вопрос, давно меня занимавший: как вообще легально возможна церковно-приходская жизнь в египетском крокодиле РФ?

Ответ простой: она невозможна, и поэтому ее нет.

***

Вообще вся раскрутка этой истории в общественном мнении это чисто жидовская затея. Без жидов конфликт не получил бы никакого звучания.

Несомненно, Вы правы, уважаемый Гуго. О. Павла после его убийства сразу же облепило множество мессианских насекомых, желающих нажить моральный капиталец на этой трагедии.

Если бы он в своих суждениях был последовательным до конца, то этого, скорее всего, не произошло бы.

Как я понимаю, он боролся за восстановление жизни приходов в РФ и справедливо указывал на то, что руководство МП эту жизнь всеми способами подавляет.

Он публично обвинял архиереев МП в нарушении догмата о Церкви и пытался отстаивать права общинного самоуправления, декларированные в советском законодательстве, через советский же суд.

Конечно же, в планетарном концлагере ББК-Освенцим это невозможно, и о. Павел в этом быстро убедился.

Первым делом в любом захваченном ими государстве контрафактные вавилонские евреи уничтожают правовую систему.

После чего начинают называть такое государство - "правовым". Такие инфернальные твари.

Если бы он пошел до конца и назвал вещи своими именами, то СМИ о его трагической кончине предпочли бы умолчать.

Впрочем, нельзя исключить и чисто матричных игр в данном случае.

Фамилия у о. Павла была весьма звучная и многозначительная.

***

С моей точки зрения о.Павел - продолжатель традиций печальной памяти обновленчества.

У меня сложилось мнение, что о. Павел пытался восстановить хоть какую-то легальную церковно-приходскую жизнь в рамках чекистского обновленческого раскола, и всей своей судьбой показал, что свобода и Освенцим несовместимы.

о.Павел был, на мой взгляд, лично бескорыстный человек. Человек много претерпевший. Но его экклезиологические взгляды вполне можно назвать еретическими. Человек был в прелести.

Позднее я размещу две его статьи на "Шехине" и заранее прошу Вас, уважаемый Гуго, дать им оценку. Признаюсь, я не нахожу в них фальши.

И всякое жидовье использовало его заблуждения и авторитет сана в попытках навредить Церкви. И некоторые неправедные, а порой и возмутительные в отношении него действия со стороны священноначалия, не являются свидетельством его вероучительной правоты.

Насколько я понимаю, главная вероучительная мысль о. Павла заключалась в том, что вертикаль власти трупа антихриста несовместима с церковным принципом соборности. И ее целенаправленное выстраивание в МП есть тягчайшее нарушение догмата о Церкви.

Повторю, что считаю его учение не вполне последовательным. Он должен был начать с декларирования абсолютной нелегимитности самого интернационала сатаны ("еврейства") и всей созданной им каббалистической системы тотальной лжи и ритуальных человеческих жертвоприношений.

Пытаться соблюсти каноны и правоверие в рамках тоталитарной "общественно-правовой" системы, заданной в царстве трупа антихриста и гендерной диктатуры детей диавола - заведомо невозможно.

Карфаген должен быть разрушен, интернационал должен быть распущен.

Впрочем, предлагаю вернуться к этому вопросу после размещения мною работ отца Адельгейма.

Мне бы хотелось, чтобы Вы конкретно указали, какие взгляды о. Павла Вы считаете еретическими.

0

4

Из публичных выступлений о. Павла Адельгейма по тому же поводу - неканоничности "еврейской вертикали власти" в РПЦ МП - в сентябре 2012 года.

0

5

В продолжение темы приведу отрывок из заметки Виктора Яковлева (председатель приходского совета храма свв. Жен Мироносиц в 1989-2010 гг., г. Псков), опубликованной в периодическом издании "Псковская губерния", выпуск  № 32 (554) 24-30 августа 2011 г. Это поучительный рассказ о том, как новый "Устав прихода" 2009 г. спускался из московского матриархийного центра в провинциальные "церковные" структуры. Очень наглядно продемонстрирован механизм действия вертикали власти трупа антихриста на "низовом" приходском уровне. Читается, как скверный анекдот.

***

http://gubernia.pskovregion.org/number_554/05.php

«Суд уже был, всё прошло…»

http://gubernia.pskovregion.org/number_554/122.jpg
Руины дома причта церкви святых Жен Мироносиц. Весна 1989 года. После восстановления силами прихода в здании была открыта православная общеобразовательная школа регентов. Фото Виктора Яковлева.

О состоявшемся 3 июня Епархиальном суде над священником Павлом Адельгеймом и прихожанами Мироносицкого храма, отказавшимися принять новую, утвержденную Синодом РПЦ, редакцию устава прихода, уже шла речь на страницах «Псковской губернии», - с изложением причин непринятия устава. История получила развитие в минувший понедельник, 22 августа, на очередном приходском собрании.

Начал отец благочинный, он же – секретарь епархиального суда (все цитаты – по аудиозаписи):

- Благословите меня быть председательствующим, потому что здесь есть вопросы, которые касаются церковного суда и утверждения его решения архипастырем…

Подумалось: кто же здесь из нас может благословлять благочинного? Разве что он сам. Вот если бы речь шла об избрании… По уставу прихода председателем приходского собрания является настоятель – присутствующий здесь священник Сергий Иванов. Но он промолчал. А благочинный продолжил:

- Повестка дня у нас… Первое. Сообщение благочинного о решении суда и утверждении этого решения правящим архиереем. Второй вопрос: надо все-таки пересмотреть приходское собрание – это численность собрания. Ну и третье – принятие изменений нового церковного устава. Все согласны с повесткой дня?

- А нельзя наоборот? – раздалось с места.

- Нельзя. Поэтому – первое – я бы хотел зачитать решение церковного суда…

Решение было зачитано и вместе с выпиской из резолюции вручено каждому «осужденному» (цитирую с сохранением грамматических «особенностей» - Авт.):

«Псковский епархиальный церковный суд, заседавший 03 июня 2011 г., и рассмотрев дело по Приходу храма Святых Жен Мироносиц г. Пскова, в связи с неприятием 18 апреля 2011 г. на Приходском собрании Устава «Местной религиозной организации православного Прихода храма» в новой редакции, утвержденного Священным Синодом Русской Православной Церкви 10 октября 2009 г., всесторонне изучив письменные материалы и внимательно выслушав лично каждого участника заседания суда РЕШИЛ:

Признать виновными в церковном правонарушении членов Приходского собрания Прихода храма Святых Жен Мироносиц, не принявших Устав в новой редакции 18 апреля 2011 г. и согласно ст. 24, ходатайствовать перед Правящим Архиереем Псковской Епархии, Митрополитом Евсевием о выводе из состава Приходского Собрания следующих лиц…»

И далее – 11 фамилий.

Ощущение несуразности, абсурдности происходящего возникло сразу. Пришлось справиться с первоисточником, «Положением о церковном суде Русской Православной Церкви (Московского Патриархата)».

Статья 24 этого Положения гласит:

«…в отношении мирян, относящихся к разряду церковно-должностных лиц, а также монашествующих — дела по обвинению в совершении церковных правонарушений, предусмотренных утвержденным Священным Синодом перечнем и влекущих за собой канонические прещения (наказания) в виде освобождения от должности, временного отлучения от церковного общения или отлучения от Церкви».


Но мы, прихожане, никаких церковных должностей не занимаем и уж тем более не монашествуем.

Может, что-то прояснит указанный «Перечень церковных правонарушений, подлежащих рассмотрению церковными судами», утвержденный, кстати, определением Священного Синода только 27 июля 2011 года? Читаем:

«Рассмотрению Общецерковного суда и епархиальных церковных судов подлежат церковные правонарушения следующего характера:
1. Церковные правонарушения против веры и Церкви;
2. Церковные правонарушения против христианской нравственности;
3. Церковные правонарушения монашествующих против правил о монашестве;
4. Церковные правонарушения против церковно-иерархического порядка;
5. Церковные правонарушения епископов и клириков против своих пастырских обязанностей;
6. Иные церковные правонарушения, направленные на рассмотрение церковного суда Патриархом или Священным Синодом (в отношении Общецерковного суда), епархиальным архиереем (в отношении епархиального суда)».

Это всё!

http://gubernia.pskovregion.org/number_554/123.jpg
Первые работы по расчистке дома причта церкви Жен Мироносиц. Весна 1989 года. Фото Виктора Яковлева.

Можно ли считать набор общих фраз юридическим документом, которым должен руководствоваться суд? «Перечнем без перечня» назвал его о. Павел Адельгейм в своем «Живом журнале»:

«Во-первых, проступки вообще не перечислены, а названы только области церковных правоотношений, в которых могут совершаться правонарушения. Каждое правонарушение (например, против веры) требует чёткого определения его диспозиции. Во-вторых, для правонарушителя не указано наказание, так что суд при решении дел не имеет руководства в законе и не может применить закон к конкретному случаю, т.е. исполнить прямую и основную задачу своей деятельности».

Остается предположить, что мы попали под непредсказуемое колесо «иных правонарушений», толкование которых целиком отдано на откуп правящему архиерею. Один из прихожан все же заметил:

- Я так и не понял, за что исключены члены приходского собрания.

- Ну, это надо было быть на суде, - ответил благочинный.

- Я был на суде. Я там не понял и сейчас не понимаю.

- Суд уже был, всё прошло…

***

«Дай Бог нам взаимного прощения и примирения»

http://gubernia.pskovregion.org/number_554/124.jpg
Первая служба в церкви святых Жен Мироносиц. Радоница, 8 мая 1989 года. Справа – о. Павел Адельгейм и староста прихода В. Яковлев.

Об отце Павле в Решении сказано отдельно:

«Прот. Павла Анатольевича Адельгейма признать виновным в посеянной смуте среди членов Приходского собрания, вызвавшей неприятие Устава, а также, руководствуясь 56 правилом святых апостол о досаждении священноначалию, и, учитывая пенсионный возраст и инвалидность, ходатайствовать перед Правящим Архиереем Псковской Епархии, Митрополитом Евсевием о почислении его за штат Псковской Епархии».

Однако во врученной ему резолюции Высокопреосвященнейшего говорится:

«Проявляя снисхождение, протоиерея Павла Адельгейма оставить клириком вышеуказанного храма с предупреждением о недопустимости для священнослужителя быть причиной нестроений в жизни прихода. И еще раз напомнить ему решения Общецерковного суда РПЦ от 17.05.2010 г.».

Тут мы, признаться, вздохнули свободней: служение и проповедь батюшки не прекратятся.

Но и вспомнилось, что решение Общецерковного суда, состоявшегося в храме Христа-Спасителя в Москве, касалось не только о. Павла. Как, например:

«...Вместе с тем, признать, что управляющим Псковской епархией был утвержден заведомо недействительный протокол, поскольку последний не был подписан, как это предусмотрено Уставом РПЦ и Уставом прихода, пятью членами Приходского собрания, избранными в установленном порядке. Поставить на вид случившееся управляющему Псковской епархией».

Или:

«Настоятельно рекомендовать митрополиту Псковскому и Великолукскому Евсевию и протоиерею П. А. Адельгейму, следуя духу Евангельской любви, лично встретиться для взаимного прощения и примирения, …разрешая возникающие разногласия в духе богозаповеданного мира, а в случае затруднительности — обращаясь в установленном порядке к Святейшему Патриарху Московскому и всея Руси».


И до, и после этого решения о. Павел неоднократно обращался с письмами к своему архипастырю:

«Несколько раз я исполнил Ваше требование попросить прощения за причинённые огорчения публично через СМИ, опубликовал свои просьбы о прощении в газетах. Моё сердце готово забыть всяческие обиды и вместить Вас. Двери моего дома открыты так же, как и двери сердца. У меня нет ни секретаря, ни охраны. К Вам не войти без Вашего соизволения. Остаётся ожидать с надеждой, что моё нынешнее обращение пробудит к примирению Ваше сердце, и Вы тоже отзовётесь пастырской любовью. Дай Бог нам всем взаимного прощения и примирения. С любовью во Христе, свящ. Павел. 27 мая 2010 года, Псков».

Но встреча так и не состоялась.

***

«Наоборот нельзя»

http://gubernia.pskovregion.org/number_554/125.jpg
О. Павел Адельгейм в начале восстановления храма святых Жен Мироносиц. Весна 1989 года. Фото Виктора Яковлева.

После ознакомления с «приговором» стало ясно, почему «нельзя наоборот»: предстояло голосование за всё ту же новую редакцию устава прихода. По списку в храме – 33 члена приходского собрания, после нашего исключения осталось 22, из которых на собрании присутствовало 12. Им и предложено было голосовать:

- Итак, давайте, дорогие, проголосуем. Кто за принятие?..

- А можно хотя бы чуть-чуть комментариев дать? Нельзя? – Не унимался все тот же прихожанин.

о. Иоанн: Нет.

Прихожанин: Тогда надо подниматься и уходить.

о. Сергий Иванов: Давайте так. Мы сейчас этот вопрос решим, а потом дебаты.

Прихожанин: Когда проголосуем, тогда уже дебаты ни к чему.

о. Павел: Тогда давайте запишем в протоколе, что слово по этому вопросу никому не предоставляется. Как там Грызлов выразился: «Парламент – не место для дискуссий».

о. Иоанн: А зачем лишние дебаты нужны? Давайте проголосуем, а потом пожалуйста… Значит, дорогие, кто за принятие устава?

Но… голосов «за» оказалось всего 5: настоятеля Сергия Иванова, дьякона Сергия Завьялова, директора школы регентов Вячеслава Петина и двух певчих церковного хора. Семеро проголосовали «против». Результат оказался неожиданным для всех, и в первую очередь для самого отца благочинного:

- Так… Замечательно... Опять повторяется то же самое. Отец Сергий, ну ты, по крайней мере, на будущее – надо подготовить приход, объяснить всё это, и, разумеется, ввести в члены приходского собрания людей, которые понимают.

Дальнейший диалог привожу дословно:

о. Павел: Правильно! Вот тогда будет всё, как надо: ввести всех, кого надо, и будут голосовать, как надо. Остальных разогнать.

о. Иоанн: Мы имеем право и без суда на это.

о. Сергий Иванов: Отец Иоанн, просто кого я приглашал, не все пришли, к сожалению.

о. Павел: А надо записывать, кто именно против?

о. Иоанн: Конечно, надо.

о. Павел: Чтобы и их тоже выгнали?

о. Иоанн: Не выгнали, а исключили из руководящего органа.

Член прихода К. Обозный: Отец Иоанн, если мы принимаем этот приходской устав, тогда никакой надобности в приходском собрании уже просто нет.

о. Павел: Вот именно. Вы ведете церковь к церковному параличу. Этот устав называется «смерть приходам».

В. Яковлев: Вы понимаете разницу между собранием и назначенцами?

о. Иоанн: Мне как раз тоже непонятно. Устав принят архиерейским собором, утвержден Синодом. А если вы примете свой устав – что это будет? Вы никогда не договоритесь друг с другом.

В. Яковлев: Ну почему, друг с другом-то мы как раз договоримся, до сих пор прекрасно договаривались, а вот с вами-то как бы договориться.

о. Иоанн: В том-то и дело. Вы пытаетесь навязать своё – мне, а я с этим не согласен.

В. Яковлев: Мы предлагаем вернуться к здравому смыслу – чтобы собрание было собранием, чтобы выбор был выбором, а голосование голосованием. Вы же всего этого нас лишаете, вот и все. По сути, вы лишаете нас данной Богом свободы.

о. Павел: Иными словами, вы запрещаете соборность – основной принцип, которым живет церковь. Вы разрушаете Церковь, как живой организм, как Тело Христово.

о. Иоанн: Удивляюсь, просто удивляюсь!..

о. Павел: Т.е. новым уставом приходское собрание фактически отменено. …На каком основании вы лишаете людей права участвовать в приходской жизни?

о. Иоанн: Это не мы лишаем, это люди сами себя лишают, если не желают этот устав принять.

о. Павел: Нас здесь 20 человек, а община-то гораздо больше. Это – единая церковь. И в ней командует не Патриарх, не Синод и даже не Поместный собор, а голос церкви. Принимает народ решение Поместного собора – оно действует, не принимает – не действует. Все остальное – словоблудие. Поэтому давайте помолимся и закончим.

о. Иоанн: Всё. Всё в протокол и, разумеется, протокол правящему архиерею. А тебе, о. Сергий, еще раз говорю, что будет опять непонятно, почему не явились люди, которые разделяют нормальную точку зрения.

***

0


Вы здесь » Шехина » Полезно ознакомиться » Отец Павел Адельгейм, избранные статьи