Шехина

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Шехина » Полезно ознакомиться » Виктор Острецов "Масонство, культура и русская история"


Виктор Острецов "Масонство, культура и русская история"

Сообщений 1 страница 20 из 29

1

Начинаю публикацию выборочных глав из классической работы В.М. Острецова по истории масонства и русской культуры. С этой книгой Виктора Митрофановича необходимо ознакомиться каждому - желательно даже перечитать ее несколько раз, и поэтому мы будем возвращаться к ней снова и снова.

http://bookz.ru/pics/1000153453.jpg

Книга доступна к скачиванию в сети: http://rus-sky.com/history/library/ostretzv/ostr1.htm

***

ИСТОРИЯ БНАЙ-БРИТ

Глава первая

МЕЖДУНАРОДНЫЙ ОРДЕН БНАЙ-БРИТ И ЕГО РОЛЬ В СОБЫТИЯХ СОВРЕМЕННОСТИ

http://www.antipasministries.com/images/image282.gif

Введение

Сегодня в мире господствуют идеалы “демократии”. Ни одно государство не может объявить себя их врагом. Иначе ему объявят бойкот, на него наведут пушки, в нем устроят государственный переворот ради того, чтобы над ним воссияло знамя “демократии”. “Демократия” растет и побеждает. И побеждает гласность. Печать, телевидение, компьютерные системы информации готовы рассказать каждому из нас миллионы вещей обо всем на свете. Но чем больше этой гласности, чем больше демократии, тем закрытые общества на нашей планете становятся еще более закрытыми, тем все больше политический олимп замыкается в себе.

История крупнейшей в мире “общественной неправительственной еврейской организации” Бнай Брит, как она названа в документах ООН, тому подтверждение. О ее деятельности не только русскому читателю, но и читателю любой страны, почти ничего не известно. Организация, насчитывающая сотни тысяч активных в социальном плане людей, многие из которых занимают высокие государственные посты и видное положение в экономике, финансах, системе информации, на телевидении, в печати, на радио; организация, имеющая свои газеты и журналы, свои школы и банки, контролирующая всю мировую политику и правительственные учреждения большинства стран, остается для нас совершенно неизвестной. Даже в трудах историков и публицистов о ней, можно сказать, ни слова.

Эта организация — крупнейшая, но не единственная. Она, как и другие масонские объединения, “тайная”. Но тайная снизу, для нас. И она хорошо известна на политическом Олимпе. Там она не тайная. Живя и действуя рядом с нами, эта и подобные ей организации, ее члены, существуют в то же время словно в другом мире, скрытом от нас. А между тем именно они, эти организации, а не отдельные политики, фигурирующие на телеэкранах, определяют судьбу стран и народов. Мы живем в олигархическом обществе, — вот еще один вывод... Итак, история и современное положение еврейского масонского международного Ордена Бнай Брит.

Правители реальные и мнимые

http://sitio.patriaargentina.org/blog/wp-content/uploads/2012/12/Logia_masonica_judía_Bnai_Brith.jpg

Идеология демократии направлена на то, чтобы создать у людей иллюзию, будто они принимают хоть какое-то участие в политической судьбе своей страны, для чего регулярно проводятся всякие избирательные кампании и существуют парламенты и избранные президенты. Для этого же существуют какие-то, загадочные на самом деле, политические партии, “движения” и прочий антураж демократии. Но все, что знает средний человек, обыватель, об устройстве политического мира, где решаются судьбы народов, откуда выходят в свет всякие законы, постановления и инструкции, где ведутся какие-то переговоры, и откуда все время слышен какой-то неясный шорох и гул, все это он знает только из средств массовой информации. И, в сущности, говоря, современный политический мир во всех странах есть вещь-в-себе, то есть мир совершенно закрытый от нас и неизвестный.

Многие полагают, что политику делают отдельные политики, часто появляющиеся на телеэкранах. У них есть хорошие качества и плохие. От этих качеств будто бы зависит наша жизнь. Обсуждением этих качеств, слов и речей этих деятелей, мы и занимаемся с помощью газет и телевидения. На самом деле это далеко не так. Двадцатый век — это век не личностей, а организаций. Личностью политик кажется только на страницах газет, журналов и книг. И на телеэкранах. Насколько мы вообще мало знаем о подлинных вершителях мировых дел, показывает, в частности, знакомство с одной объемистой книгой, вышедшей в 1993 г., в Париже, и озаглавленной “Тайны и секреты “Бнай Брит”, с подзаголовком: “Наиболее важная международная еврейская организация”. И сразу у нас возникает недоумение: в “открытом” западном обществе нет информации о крупнейшей общественной организации. Почему?

http://1.bp.blogspot.com/-rUf5a34LCz0/Tt5d8RFjjnI/AAAAAAAADc0/BAtXagcOW14/s400/B%2527nai%2BB%2527rith.jpg

Действительно, если мы попытаемся вспомнить, что мы знаем об этой организации, то окажется, прямо надо признаться, что очень и очень немного. Можно сказать, только то, что излагается в самом подзаголовке книги — “важная еврейская и международная организация”. Вот, видимо, и все. А между тем, это самая крупная в мире общественная организация, если, конечно, пользоваться ее собственным термином, зафиксированным, впрочем, и в ООН, где этот орден Бнай Брит имеет собственного представителя (!), который внимательно следит за соблюдением интересов евреев во всем мире. Ведь Орден международный и имеет своих представителей во всех важнейших странах Европы, Азии и Африки. И Австралия не выпала из этого круга еврейских интересов. И не только представителей, но и свои организации, в том числе филантропические и просветительские только для евреев.

Кто является собственно автором этой книги, сказать трудно. На обложке значится — “Эммануэль Ратье, представляющий книгу”. А в кратком предисловии от имени Ратье говорится, что он получил ее по почте анонимно, и не сочтя возможным хранить ее в тайне от всех, решил издать. Он пишет дословно следующее:

“Я полагал, что не имею права хранить в своих руках это действительно важное исследование (исключительное), которое поднимает в первый раз завесу над этой не имеющей себе подобных, организацией. Вот этот труд, который я получил”.

Но, скорее всего — это коллективный труд.

Что касается собственно деятельности Бнай Брит, то книга содержит исключительно документальные данные, или краткое изложение этих данных. В ней нет места эмоциям и резким оценкам. Но она вся документирована и вслед за каждой небольшой по объему главой идет библиография вопроса с многочисленными ссылками на периодику, отдельные сочинения идеологов Бнай Брит. Автор сличает, сопоставляет и делает совершенно беспристрастный вывод, отмечая верность фактам (?) или определенную фальсификацию в анализируемых источниках.

С такими книгами не спорят. Их просто замалчивают, уничтожают, а при невозможности скрыть факт их появления в свет, высмеивают.

http://librairiefrancaise.fr/409-495-large/mysteres-et-secrets-du-b-nai-b-rith-emmanuel-ratier.jpg

Автор сообщает, что однажды, как-то на досуге, что называется, решил познакомиться с орденом Бнай Брит, для чего он отправился в крупнейшие библиотеки сначала Франции, а затем и других стран. И что же он выяснил? В Париже, в Национальной Библиотеке решительно ничего нет об этой организации, кроме скромной брошюрки на еврейском языке, одной — на английском и одной — на немецком за 1932 год, а также четырех брошюр “крайне антисемитского содержания”.

Практически ничего не было в Библиотеке Конгресса США в Вашингтоне и практически ничего в Лондоне. И это показалось автору странным, так как согласно Энциклопедии Иудаика (1970 г.) Бнай Брит представляет собой

“наиболее старую и наиболее многочисленную еврейскую организацию взаимопомощи, организованную в ложи и капитулы в 45 странах. Общая численность ее членов около 500 000 человек (мужчин, женщин и молодежи). Имеется 1700 лож для мужчин, 25% из которых находятся вне Северной Америки, и в которых число членов составляет 210 000 человек, а бюджет составляет около 13 миллионов долларов. Их программы обеспечивают полностью все центры еврейских интересов и включают в себя еще несколько программ, обеспечивающих интересы более широкой общественности”.


И автор искренне был удивлен, что такая громадная организация, основанная в Соединенных Штатах в 1843 году, во Франции в 1932 году, практически ничего, о себе не публиковала ни за границей, ни в самой Франции.

Действительно странно. Это тем более странно, что (напоминает автор), во Франции, согласно закону, каждое выходящее в свет издание должно в четырех экземплярах быть передано на хранение в Национальную Библиотеку; и этот закон, неукоснительно соблюдается даже масонскими объединениями во Франции. Пришлось констатировать, что Бнай Брит не исполняет этого закона о депозите своих изданий, так как в этой крупнейшей во Франции библиотеке имелось всего два номера какого-то периодического издания и единственный номер “Бнай Брит Журнал”!

И ни одной брошюры, или хотя бы малюсенькой книжонки. Стало ясно, почему “не еврейская французская пресса, лишенная документов, посвятила этой организации, Бнай Брит, менее пятидесяти статей, считая со времени ее основания во Франции в 1932 году”.

И, конечно, автор имеет право говорить о бойкоте со стороны Бнай Брит законом предусмотренного депозита своих изданий. Пусть наши замечательные апологеты, замечу от себя уже, кричат на всех углах о полной открытости западного общества и его влюбленности в правду и истину, за которую они, вместе с медиумами прогресса, евреями, так долго страдали под пятой жуткого абсолютизма и феодализма. А между тем, факт сокрытия своего существования самой громадной еврейской организации налицо. Скрываются миллионы дел, миллионы фактов повседневной жизни в мире финансов, экономики, религии, культуры, политики, связанные с деятельностью этого международного Ордена евреев, организации исключительно созданной для евреев и преследующей чисто еврейские интересы. А то ведь нам, русским, так часто говорят — какая разница, русский или еврей. Разница, как видим, большая. Еврей не перепутает, где свой, а где русский. (Еще правильнее было бы сказать: "еврей не перепутает, где свой, а где христианин и гетеросексуал". - мое прим.)

В дополнение к сказанному могу добавить, что и у нас в России дела обстоят точно так же. Ну, скажите по совести, много ли известно нам об этой организации? И можно было бы вообще засомневаться в ее существовании в России, если бы уже автор этих строк сам не читал газету “Информационный бюллетень Бнай Брит” на русском языке, издаваемый в Москве с октября 1989 года, и который начинается обращением: “Дорогие наши братья и сестры в СССР”.

Этот номер за октябрь 1989 года приведен в данной книге, мне же попался номер за 1991 год. И читать его — одно удовольствие, особенно, когда слышишь вопли о “Русском фашизме”, “Русском национализме и шовинизме”. И этот номер за 1991 год вышел как раз тогда, когда наши “родные” демократы, надо полагать члены этой организации Бнай Брит, объединяющей исключительно евреев и ставящей себе целью стоять неустанно на позициях защиты интересов не вообще советских граждан, а именно евреев, подняли вопль в связи с выходом моей брошюры о “Черной Сотне”.

Особенно забавно звучало возмущение по поводу устава Союза Русского народа за 1906 год, в котором говорилось, что евреи в ряды Союза не принимаются. Рассуждения были такого уровня: “Ну, татар, монгол, немцев и “прочих шведов” — Бог с ними. Они не русские. Но не принимать евреев в русскую организацию — это уже варварство, дикость и даже просто черносотенство”.

Пока я позволю себе не касаться содержания этого номера газеты, но сообщу два слова о том “бюллетене Бнай Брит”, первая страница которого приведена в данной книге. В обращении сказано, что “Бнай Брит полон решимости и впредь поддерживать наших братьев в Советском Союзе”. Говорится о том, что и впредь будет оказываться поддержка и тем, кто уехал из СССР, и тем, кто здесь остался. Выражается оптимизм в связи с “прогрессивными изменениями, происходящими в вашей стране”. И выражается намерение и дальше “бороться за социальную справедливость, права человека и единство евреев во всех уголках планеты”. Это был оптимизм от развала страны и прочих “прогрессивных изменений”.

Вот бы, думаешь, поставить сюда вместо слова “евреев” слово “Русских” — вот был бы крик да ужас. Это вам не Баркашов, из которого делают пугало, не безобидный мальчишка из какого-нибудь общества со словом “Русский”, насчитывающим два десятка человек и три рубля на нос за год. Из этого примера видно, кому принадлежит вся система информации в мире. Как она умеет хранить мировую тайну. В результате мы видим лужу во дворе и не знаем, что рядом океан.

Идеология Бнай Брит: еврей должен стать для гоев... “священником”

Пусть не покажется это отступление лишним, потому что в этой теме, что ни слово информации, то на вес золота. Информацией мы не избалованы. Об этом пишет автор. Долгие годы провел он в исследованиях вопроса и то, что нашел, признается сам, лишь очень маленькая часть всех публикаций. В предисловии он выражает и пожелание, чтобы документы были бы воспроизведены с максимальной точностью. И их надо читать медленно и вдумчиво, советует он, и только тогда можно понять их смысл и понять цели и задачи Бнай Брит, которые в своем пределе могут быть выражены так: “просвещать человечество”, все человечество, без остатка. И этим просвещением призваны заниматься со времен библейских именно евреи, каждый из них и все вместе.

В эпиграфе к предисловию книги Ратье приведены слова священного Писания, полностью отнесенные современными евреями к себе:

“Вы должны быть мне царством священников, народом священным” [ 4 ].


Каждый еврей — нам, не евреям, священник, хотим мы того или нет. Нас, все остальное человечество, никто не спрашивает. Все должно быть по меркам, сшитым в Бнай Брит. У нас, грешных, правда, есть своя вера, но она, по взглядам Бнай Брит, не настоящая, она лишь следствие нашего заблуждения. Настоящая содержится лишь в книгах иудаизма и проповедуется масонством и его частью — Бнай Брит. Правда, по нашим взглядам все то же, но прямо наоборот. Кто сопротивляется — антисемит, а кто подчиняется, покоряется, те кто? (Те - "простые жители планеты Земля - мое прим.)

http://www.leofrank.org/images/adl/adl-is-born-october-1913.gif

Впрочем, о связях классического масонства с еврейским Орденом и его ложами будет сказано позже. В одной из многочисленных брошюр, издаваемых Анти-Диффамационной Лигой при Бнай Брит (далее АДЛ), и которая представляет из себя “карающую силу” Бнай Брит, достаточно ясно говорится о подлинном значении интернационализма:

“АДЛ верит в интеграцию, то есть воспринимает евреев как совершенно равных между собою. Но она противится ассимиляции, — потере еврейской подлинности — которая представляет собой поражение, а не триумф демократического процесса”.


И снова вопрос: а если мы, русские, проснемся и оглянемся, и будем против ассимиляции и потери русской подлинности? Ведь придется освобождать государственные посты и прочие для себя, для русских, чтобы самим править своим государством. Это вопрос риторический, но интересный.

В самой Франции внимание к Бнай Брит было привлечено в связи с политическим скандалом, так называемой “клятвой Ордену Бнай Брит”. Речь идет о событии, имевшем место на одном совместном собрании руководящих деятелей Бнай Брит во Франции и “правых” членов французского парламента. Тогда эти “правые” торжественно поклялись перед этой респектабельной ассамблеей, что никогда в будущем не войдут ни в какие соглашения с Национальным фронтом Франции. В результате этого соглашения Национальный фронт оказался замкнутым в политическое гетто и, хотя большинство французов ничего не знало о соглашении, но в результате поднятой кампании все сторонники Национального фронта, а это 15% мужчин и женщин оказались подвергнутыми остракизму и их стали рассматривать в обществе как зачумленных. Видимо, как у нас история с “красно-коричневыми” начала 90-х годов.

В конце концов о соглашении стало известно, как и о клятве “правых” политиков в верности еврейской всемирной организации. Многие были всем этим обеспокоены. И как раз тогда, когда эта книга Ратье должна была выйти из печати, была выпущена самим Орденом обстоятельная книга “Фантастическая история Бнай Брит” с подзаголовком “Наиболее значительная гуманитарная всемирная еврейская организация”, принадлежащая перу некого Давида Малькама. Книга, содержащая большое число опечаток, фактических ошибок и замалчивании, предназначена показать этот исключительно еврейский орден, основанный еврейскими франк-масонами, как гуманитарную организацию, подобную ордену, вроде “Врачи без границ” или “Международный Красный крест”. В книге говорится, что именно Бнай Брит изобрело “право вмешательства и гуманитарной помощи еще до письменных обращений по этому поводу”.

Но надо признать, право вмешательства в чужие дела с нарушением всех норм государственного суверенитета во имя идеологического клише — демократии — сегодня стало нормой международной практики. Никаких других политических форм государственного устройства народы мира не имеют право иметь. Все страны и народы вполне с этим смирились. На защиту демократии готовы стать все армии Америки и Европы. Все должны быть осчастливлены — демократией. Речь идет о всемирном государстве.

https://encrypted-tbn1.gstatic.com/images?q=tbn:ANd9GcQ4QsZGz3ClNfvsrnId-g-s-VuTKYSGo8D2Y_09aNWUKEKd6XFTOQ

Может ли меньшинство захватить власть над большинством? Сторонники сионизма и марксисты утверждают: нет... если это меньшинство — евреи, и да — если капиталисты. А если все капиталисты — евреи, а все евреи — буржуи? А ведь К. Маркс писал об этом феномене...

Насколько затронутая тема является важной, показывает то, как наши очень серьезные историки, денно и нощно изучающие исторические документы, в том числе по масонству, публикуют, по непонятным причинам, заведомую ложь. Для примера можно взять сочинение известного автора О. Ф. Соловьева “Русское масонство 1730-1917” (Москва, 1993 г.).

Автор — человек немолодой и основательный. Десятилетиями он работает в самых закрытых архивах. Перерыл горы литературы по масонству. Мне приходилось работать с ним в одном зале архива и потому могу это удостоверить личным свидетельством. Конечно, автор марксист, и его книга обильно снабжена ссылками на Ленина и написана в понятиях марксизма и его терминами. Между тем, в книге много ценных сведений. Но как только автор дошел до еврейской темы, его как будто подменили. Он перестал быть даже марксистом. Он совершенно отвергает версии о том, что “франкмасоны, иллюминаты и вообще секты антихристианские” (цитата О. Ф. Соловьева) порождены евреями, “виды и усилия коих направлены единственно на ликвидацию христианства”.

Он полностью отвергает и суждение на этот счет “реакционеров”, которое он излагает так:

“Ближайшая цель (евреев — В. О.) — завоевать гражданские права, чтобы приумножить свои богатства, позднее “уничтожить все другие церкви и стать хозяевами мира”.


Во все это историк не верит и все это отвергает. И на это он имеет право. Мы же имеем право познакомиться с его доводами и самим составить себе свое собственное суждение. Итак, исходя из каких фактов или оснований отвергаются очевидные факты?

О. Ф. Соловьев рассматривает известное сочинение аббата Баррюэля, современника и участника Французской революции, одно время бывшего в рядах масонов и затем написавшего свои мнения и впечатления обо всем им увиденном и пережитом. И выше приведенное мнение было высказано не современным черносотенцем, и не вчерашним, а аббатом Баррюэлем на основании не архивных данных, а своих впечатлений о виденном.

http://synthesenationale.hautetfort.com/media/01/01/396651870.jpg

Так вот, главное опровержение историком Соловьевым мнений аббата Баррюэля, как и ему подобных мнений в последующие времена, состоит в следующем:

“При рассмотрении фальшивки [ 5 ] поражаешься отсутствию элементарной логики и сколько-нибудь правдоподобных данных. Непонятно, каким образом евреи, представляющие по численности ничтожное меньшинство среди европейского населения, намеревались уничтожить все церкви и установить мировое господство”.


Этот довод в устах марксиста сам по себе столь прекрасен, что заслуживает быть внесенным в копилку человеческого беспамятства и пристрастия. Он, этот довод, как старая, неповоротливая баржа, подставляет все свои бока под выстрелы любого самого маленького катерка во время сражения. И при этом, этот довод был самым могучим козырем именно в руках марксистов в нашей стране. Помнится, еще совсем недавно нынешний патриот Э. Володин, долгое время служивший в Высшей партийной школе, именно таким же доводом решил “срезать” мою первую книгу “Россия на перепутье” в своей рецензии на нее. Ну, конечно, что можно возразить. “Их” так мало, а нас так много. Как хорошо-то!

Но удивительна человеческая забывчивость. Ведь именно марксизм весь, от начала до конца, построен на утверждении классовой теории, той самой, из которой вытекает, что ничтожная кучка буржуев владеет всеми богатствами страны. Что какая-то там ничтожная кучка эксплуататоров, по численности так просто тьфу, говорить не о чем, держит в повиновении многомиллионные массы народа. При этом тот же Э. Володин или О. Соловьев утверждали в своих сочинениях, как это и полагается марксистам, что эта кучка людей подкупила еще и интеллигенцию и верхушку рабочего класса, купила печать и средства массовой информации и эксплуатирует народные массы. И на этом численном противостоянии основан весь марксизм: меньшинство навязывает свою волю большинству.

Теперь далее. У того же К. Маркса есть известная работа, в которой он утверждает, именно он, а не Гитлер или Марков, что евреи давно уже иудаизировали Америку. Что капиталист — это деньги. А деньги в руках у евреев. И таким образом сам Маркс, а не аббат Баррюэль, утверждал очевидные вещи. Класс, таким образом, в значительной степени сливался с этническим началом. (Небольшое уточнение - не с "этническим", а с гендерным началом - мое прим.)

Я не ссылаюсь на историка — еврея Греца, который в своей обстоятельной “Истории евреев” детально излагает и этот вопрос. Он, например, сообщает, что в Эльзасе в конце XVIII века слово еврей было равнозначно слову миллионер. Грец не был марксистом, хотя в этом вопросе с К. Марксом не расходился. И когда марксист вдруг “забывает” основы марксизма, то приходится уже нам удивляться, а не историку О. Соловьеву, “отсутствию элементарной логики”, но уже у самого Соловьева.

https://encrypted-tbn0.gstatic.com/images?q=tbn:ANd9GcTfq6osAgXX9JmQl1te9xuTOW8MPJsbtY85KyAGcmYYOl7LCrMv

Скажите пожалуйста, подумаешь про себя, как это так быстро забылись примеры эксплуатации большинства меньшинством, без которых вообще нет марксизма и классовой борьбы. Если же отвлечься от марксизма, то ведь любой из нас знает, что телом управляет небольшой по массе головной мозг. Да еще если сюда внести понятия нервных центров, совсем малюсеньких, но от которых зависит вся жизнь человека, то и тогда будешь относиться очень серьезно к некоторым качественно важным меньшинствам.

А ведь человеческое общество построено по иерархическому принципу. В споре организации и человеческой массы, множества, победа всегда остается на стороне организации, если в ее руках находятся жизненно важные центры управления обществом и государством. Сегодняшнее положение дел в России подтверждает верность наблюдений и аббата Баррюэля, и К.Маркса, и Г.Греца.

Другой довод состоит в утверждении, что приводимые данные Баррюэлем о том, что католические иерархи примкнули к иудаизму, не логичны. С чего бы это они отреклись от христианства?

http://www.trueorthodox.com/pictures/jewcathmc.jpg

Увы, попытка подменить логикой исторические факты мало убедительна и лукава. Уж кто-кто, а историк не может не знать факты предательств и измен. О том же свидетельствуют и факты из нашей повседневной жизни. Отрекаются, и еще как! Например, те же марксисты из числа самых высокопоставленных. Причем, в массовом масштабе. У них есть, конечно, своя логика, и даже своя корысть. А относительно “хозяев мира” — нужно просто взять какой-нибудь учебник по основам иудаизма, изданный в Иерусалиме, лучше на русском языке, и там как раз черным по белому и написано об “избранном народе”, призванном руководить остальными и вести их в эпоху Машиаха.

Могут ли евреи... стать членами масонских лож?

Переходя затем к вопросу о присутствии евреев в масонстве, О. Соловьев утверждает, что единственная организация, напоминающая масонство из числа еврейских организаций — это Бнай Брит. Он признает, и это уже много, что “организация строилась по масонскому образцу в виде лож, ее члены называли себя братьями”. Впрочем, утверждает историк, “к ордену вольных каменщиков они не относились”. Просто была

“потребность евреев в экономической и общественной жизни капиталистических стран, которая тогда сдерживалась запрещениями им вступать в ложи США и особенно, немецких государств” (с. 136).


Из этой цитаты можно сделать вывод, что масонские ложи контролировали экономическую и общественную жизнь Америки и Европы, а запрещение вступать в них евреям мешало последним занимать в экономике и политике видные места. Здесь есть правда. Но ровно половина. Никакого запрещения вступать в ложи евреям не только не было, но и быть не могло. Евреи ложи-то и создавали. Не затем же, чтобы самим себе запрещать в них вступать!

В Германии в ХIХ и начале XX века евреев было в масонстве не менее одной трети. Что касается Бнай Брит, то, по крайней мере, четверо из основателей этого Ордена были масонами крупных степеней в иных ложах. Впрочем, при рассмотрении вопроса об основании масонских лож в США будет видна роль самих евреев в этой деятельности франкмасонства. Но кроме исторического аспекта, надо задаться вопросом о целях и задачах иудаизма и тогда очень многие вопросы нашего сегодняшнего дня, как и истории, могут во многом разъясниться.

Итак, создание франк-масонства в США и создание Бнай Брит в октябре 1843 года...

0

2

Черный Корсар
О евреях можно говорить всё хорошее, а о русских можно говорить только плохое. «Прощай не мытая Россия», «Дураки и дороги», «Воруют», и евреи с экрана массированно, год за годом, делают из не евреев просто армию быдла, которая уверена, в том, что она всегда была быдлом, есть быдло и будет быдлом вечно. Зато кучка гениальных евреев подарила этой стране всё. И она достойна того, чтоб править этим гигантским стадом рабов, белых негров, гоями. О евреях только хорошо, о русских только плохо. Вот закон! Его нарушать быдлу нельзя.

Я прекрасно понимаю, что даю реальный повод завести на меня дело по ст. 282 УК РФ, и пусть его! Но тогда пускай мне ответит хоть один поборник толерантности, защиты прав человека, интернационализма, демократии, однополых браков, педарастии и педофилии: Возможно ли, чтоб в Израиле на ТВ — 99% сотрудников были русскими или арабами?

Может ли быть такое, чтоб в Кнессете сидели арабы и евреи с арабскими паспортами?

Возможно ли, чтоб ВСЕ СМИ Израиля круглосуточно восхваляли Россию и поливали дерьмом Израиль?

Может ли такое быть, чтоб русские годами учили евреев, как правильно нужно жить, со всех телеэкранов Израиля?

Есть ли хоть гипотетическая вероятность того, что в правительстве Израиля появится хоть парочка русских?

Есть хоть один шанс на то, чтоб первое лицо страны заявило своему народу, что Израиль не для Евреев. А если кто решил, что Израиль для евреев, то он дурак или провокатор?

Мог ли главный раввин Израиля заявить евреям, что они были недочеловеки и варвары до 40-летнего турпохода по Синайской пустыне?
  5  21 октября, в 00:56 http://supermnenie.mirtesen.ru/blog/430 … amp;padw=1

0

3

Уважаемые администратор и участники форума. Виктор Митрофанович в конце книги написал о российском Ордене Орла. Хотелось бы иметь больше информации об этом сборище. Спаси Господи

0

4

franki:
очень созвучны высказанным Виктором Митрофановичем Острецовым, в его разоблачении кумирни всемирного масонства.


Вообще, как мне кажется, такие работы, как книга В.М. Острецова, появляются и доходят до типографии, скорее, благодаря удачному стечению обстоятельств. По-другому и не объяснишь. Своего рода чудо в научной среде, поскольку работа ломает всю существующую «научную» парадигму, а за такие вещи из научного сообщества выживают. Без серьезной моральной поддержки такие поступки не совершаются. Неоднократно встречал злобные нападки в адрес В.М. со стороны маститых литературоведов и историков. Вроде этого: http://psylib.ukrweb.net/books/_aptek01.htm Возможно, ошибусь, но такая работа - труд небольшого коллектива единомышленников. В конце концов, нужен был доступ в архивы, и кто-то должен был этот доступ обеспечить. Да и сам автор об этом пишет: «Сочувственное отношение к моим работам читателей и знакомых послужило непосредственным поводом к публикации этой книги. Конечно, без материальной и моральной поддержки близких лиц она не могла бы увидеть свет, и я выражаю им свою благодарность».
Нашел довольно любопытное свидетельство в кн. И. Дьякова «Лето бородатых пионеров». Не знаю, насколько оно соответствует действительности, но сам по себе отзыв очень добрый, в то же время содержательный.

Дух времени! Он пронизывал всю атмосферу Отдела. И, казалось, хранителем этого духа был Виктор Яковлевич, – он «находил язык» с любым временем, от «Слова о Законе и Благодати» до масонских подкопов под Россию.

https://upload.wikimedia.org/wikipedia/ru/a/a3/%D0%94%D0%B5%D1%80%D1%8F%D0%B3%D0%B8%D0%BD%2C_%D0%92%D0%B8%D0%BA%D1%82%D0%BE%D1%80_%D0%AF%D0%BA%D0%BE%D0%B2%D0%BB%D0%B5%D0%B2%D0%B8%D1%87.jpg
Виктор Яковлевич Дерягин (6 марта 1937, Новосибирск — 28 июня 1994, Москва) — советский и российский филолог, специалист в области диалектологии.

В 1988 году возглавил отдел рукописей Государственной библиотеки имени В. И. Ленина (ныне Российская государственная библиотека) и оставался на этой должности до конца жизни.

Националист Игорь Дьяков, тесно общавшийся с Дерягиным в конце 1980-х, вспоминает о нем как о единомышленнике, который «„находил язык“ с любым временем, от „Слова о Законе и Благодати“ до масонских подкопов под Россию», «показывал, согласуясь с древней рукописью, масонские приветствия и знаки», а также создал в Отделе рукописей РГБ «нетолерантный коллектив».

Дерягин приложил значительные усилия, чтобы сохранить в национальном достоянии РФ собрание древних хасидских рукописей, т. н. «библиотеку Шнеерсона». В начале 1990-х гг. любавичский наследник Менахем Шнеерсон потребовал вернуть коллекцию. Возле Государственной библиотеки СССР им. Ленина проходили пикеты хасидов, которые даже предприняли попытку штурма книгохранилища. 8 октября 1991 г. Высший арбитражный суд РСФСР признал требования хасидов обоснованными и обязал Библиотеку им. Ленина вернуть коллекцию. Однако руководство библиотеки решение суда не выполнило, мотивируя тем, что её архивы являются национальным достоянием советского народа. Спустя месяц Высший арбитражный суд РСФСР постановил начать передачу коллекции Шнеерсона в фонды специально создававшейся Еврейской национальной библиотеки. Но Ленинская библиотека вновь отказалась что-либо выдать. Дерягин даже пригрозил сжечь себя вместе с коллекцией, а затем спрятал её в глубинах архивов.

Виктор Яковлевич Дерягин умер 28 июня 1994 года от инфаркта.

https://ru.wikipedia.org/


Виктор Иванович Лосев, к сожалению, недавно умерший, был его заместителем и по-своему прекрасным человеком. Они дополняли друг друга.

http://bibliography.ufacom.ru/include/image?id=a05964&type=31&width=240&notfound=blank
Лосев Виктор Иванович

По образованию документовед, в 1966 г. окончил Московский историко-архивный институт. Кандидат исторических наук. Автор ряда учебников, монографий и статей по вопросам документоведения и организации управленческого труда. С 1982 г. — зав. сектором отдела рукописей Государственной библиотеки СССР им. В. И. Ленина, в последние годы известен как один из ведущих исследователей рукописного наследия М. А. Булгакова. В. И. Лосевым впервые опубликованы полные тексты следующих произведений: «Черный маг» (главы уничтоженного романа), роман «Жизнь господина де Мольера», большая часть ранее неизвестных писем, пьесы «Бег», «Кабала святош», «Адам и Ева», «Александр Пушкин», «Батум», либретто к операм «Петр Великий», «Черное море» и другие. Подготовленные В. И. Лосевым тексты переводились на английский, итальянский, испанский языки. Выступает также как основатель выходящей в издательстве «Книжная палата» серии «Из рукописного наследия ГБЛ». В 1990 г. вышел первый том этого издания «Дневник Е. С. Булгаковой». Подготовлены к печати второй и третий тома «Неизвестный Булгаков», «Неизвестный А. Белый».

http://bibliography.ufacom.ru/bio/biogr … ?id=005964


Дерягин собрал превосходную команду из своих учеников: Ефремов, Соломкин, Ломоносов, Сергеев, Святозарский… Кого-то я не вспомню, кто-то и не был учеником Дерягина, но, попадая в сферу его обаяния, растворялся в ней, не теряя лица.

Только два примера.

Виктор Митрофанович Острецов, «бронебойный» врач-гомеопат, русский православный фундаменталист, исполненный добродушного сарказма, колоссальной работоспособности человек, был завсегдатаем Отдела. Их с Дерягиным перепалки надо было бы записывать на видео и заполнять ими телепрограммы, – настолько они были насыщены знанием, памятью сердца, страстным желанием постичь истину. Все замирало в это время.


Видеозапись В.М. Острецова. Где Regnum Caelōrum его взял – Бог весть.


С этической стороны эти споры напоминали античные времена, когда ради доказательства своей правоты философы без тени сомнения готовы были выпить яд. (Потом Виктор Митрофанович неоднократно помогал Виктору Яковлевичу как врач.)

Второй пример – «Светочка», как он ее называл.

Это моя младшая и единственная сестра. Дерягин взял ее в Отдел.

Девочка умненькая, открытая, талантливая (во время известной осады она отпугивала хасидов своим «матрешечным» и нетолерантным видом и мощным русским голосом, от которого, казалось, скукоживается все «ближневосточное»), Света моя Дьякова влилась в коллектив. Такой же нетолерантный. Как я был счастлив! Наш отец называл ее «баржа неуправляемая», – в хорошем смысле. Повторюсь, я был счастлив – место, потенциальные женихи, перспектива ухода в прошлое ради будущего.

Она была любимицей Отдела. Рассказывала взахлеб о его буднях.

Почти всех, о ком я написал, уже нет.

http://www.litmir.co/BookBinary/162216/1365315593/i_038.jpg/0
Солистка группы «Весёлые картинки» Светлана Дьякова и её муж Дмитрий Яншин

20 августа 2006 года были найдены мёртвыми в своей квартире. Умерли при невыясненных обстоятельствах.

http://www.specialradio.ru/nr/?id=733

0

5

hammer
видеозапись В.М. Острецова. Где Regnum Caelōrum его взял – Бог весть.

Гениальный человек и замечательная лекция. Неожиданный подарок, спасибо Вам за него, уважаемый хаммер.
Светлая память всем героям и подвижникам из отдела рукописей РГБ, поддержавшим выдающийся научный и духовный подвиг В.М. Острецова!

0

6

Надо признать, что творчеству И.А. Ильина Виктор Митрофанович дал просто убийственную характеристику: "Очень могучее орудие разрушения не просто национального самосознания, а мыслительного процесса как такового..., то есть, это могильная плита, а там зарыты те, кого надо было бы как раз из-под спуда-то и вытащить". Просто гениально сказано. И меня не покидает ощущение, что с той же могильной плитой уместно сравнить и МП с ее эзотерическим культом ребе-007. И понятно, над чем эта плита водружена.

Приведу заодно саму блистательную статью об Иване Ильине "Сотворение кумира", которая не раз была упомянута Виктором Митрофановичем по ходу лекции. В свое время эта статья наделала немало шуму на сайте "Полемика и дискуссии". Ее всегда полезно перечитать заново.

***

Ниже публикуется глава "Сотворение кумира" из замечательной книги Виктора Митрофановича Острецова "Масонство, культура и русская история" (М. 1999). В ней вашему вниманию предлагается критический анализ творчества "известного русского философа Ивана Александровича Ильина".

СОТВОРЕНИЕ КУМИРА

(от Маркса до Ивана Ильина)

http://coollib.com/i/97/241297/i_002.png

Пример с “Вече”, вообще говоря, наводит на некоторые размышления, идущие в сторону представления о том, как создаются кумиры, призванные занять какую-либо нишу в национальном сознании.

В деле создания таких кумиров заграница вообще и эмиграция в частности сыграли значительную роль. Некоторые небезосновательно считают, что многочисленные эмигрантские газеты и газетки, журналы и журнальчики русскоязычные, созданные “там”, все эти чаще всего полуеврейские Посевы и посевчики, всевозможные “наши страны”, и многочисленные эмигрантские группы и группки были созданы нашими спецслужбами, или быстро попадали под влияние таковых.

Надо ли говорить, что в ряде случаев советская спецслужба действовала в трогательном единстве с американской, когда речь шла о едином курсе в геополитике. Не приходится долго говорить и о том, что каждый орган печати рассчитан на определенный круг читателей. Для демократов создавались одни органы печати с обкатыванием бесконечных тем о “правах человека”, всевозможных свободах, о “подлинной демократии”, и так далее. А для другой группы лиц, русских, не забывших еще о своей национальной принадлежности, создавались и соответствующие органы печати.

Понятно, не будешь же рассказывать о Суворове или Минине и Пожарском каким-нибудь парагвайцам, чтобы вдохновить их на банановую революцию. Но также бессмысленно вдохновлять русских примером какого-нибудь Дон Перетца или Боливара, чтобы овладеть их патриотическими чувствами и через эти чувства всунуть им в их разгоряченные головы нужную идейку в каком-нибудь символическом виде.

Чтобы внедрить принципы плюрализма, “гуманизма” и, попросту, иудаизма, как это мы видели на примере статьи г-жи Вулич, нужно использовать и “патриотические” темы и образы. Ведь для идеологов важны только принципы оценок и символические матрицы понимания, формирующие в каждом из нас наше социальное поведение, а не методы, какими это достигается.

Для того, чтобы сформировать принцип религиозного безразличия, нужно печатать рядом статьи и православных батюшек, и совершенных безбожников, под одной “патриотической крышей”, конечно же, озабоченных судьбой родины и обличающих “наших врагов” — империалистов, демократов, масонов, и проч. и проч. Конечно, обязательным ритуалом считается задеть вскользь еврейскую тему. В пределах разумного, конечно. Как впрочем, и все остальное. Эта тема является несущей конструкцией “патриотической крыши”, ее основой.

Так, рядом с уважительным отношением к нашей святой Церкви появляются редакционные статьи, из словоблудия которых, однако, проступают все черты масонского гуманизма, всечеловеческих ценностей и “всемирной культуры”. Известно, что каждый орган печати и каждое “движение” вызываются к жизни какой-либо определенной политической или религиозно-философской необходимостью. С семидесятых годов тихо и широко нашими спецслужбами инспирируется диссидентское движение для идеологического обеспечения развала СССР. Так на свет появился “феномен Солженицына”.

Этот идеологический процесс проходит с использованием разных мотивировок и тем: используется и “антикоммунизм”, и “патриотизм”, и “русский большевизм”, и “права человека”, — каждой группе лиц, объединенных общностью взглядов, своя тема. Можно не сомневаться, что на лацкане пиджака большинства участников всех этих предприятий имеется с обратной стороны маленький значок в виде циркуля с наугольником. Появляются “континенты”, и “наши страны” и прочие газетки и журнальчики.

Именно здесь, во всех этих органах печати, созданных “там” нашими спецслужбами через засланных, посланных и завербованных, тщательно при всем том следят за тем, чтобы никакое “черносотенство” русское, то есть никакие коренные принципы русской национальной психологии и русской эталонной мысли не смогли бы появиться на свет Божий.

На этой кухне, зная о существовании исторической, черносотенной мысли и существовании голода на этот продукт русской мысли и истории, готовят “заменителей”, культовых героев, которые должны занять эту нишу. И на очередное, испеченное на этой кухне имя вешается ярлык — великий русский мыслитель Пунькин-Мунькин (или, к примеру, "Михаил Викторович Назаров" - Г.П.).

Эти культовые герои появляются как-то неожиданно, сразу, словно сваливаются с Луны, или тут же, с парохода попадают на презентации собственных трудов. Не успеешь оглянуться, а уже за год созвано с десяток конференций в честь великого Пунькина-Мунькина, изданы в разных видах “труды”, как этих конференций, так и виновника всех этих торжеств. И пошла и поехала... И можно не сомневаться в организованном характере всех этих кульбитов.

И вот уже всюду: “как сказал великий русский мыслитель Пунькин-Мунькин...” Его никто не читает, но все знают, чтобы было, что цитировать...

Чтобы конкретизировать сказанное, обратимся назад, чтобы извлечь из истории хоть какую-то пользу. Ведь для чего-то Господь Бог дал нам ее, историю, — чтобы нас вразумлять.

Иван Александрович Ильин

https://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/thumb/0/02/Iljin02.jpg/250px-Iljin02.jpg

В 1922 году летом и осенью, ГПУ провело акцию по высылке еврейско-масонской «творческой интеллигенции» в Германию. Причем, тем же летом, дру­гой эшелон отправился в Сибирь, увозя туда другую группу, но уже совершенно русской интеллигенции, еще вчера кадетствующей. В то же лето расстреляли группу священников во главе с митрополитом Петербургским Вениамином.

Надо ли говорить, что органы ЧК -ГПУ тщательно отбирали по своему крите­рию лиц, подлежащих отправке в Западную Европу? Надо ли говорить и то, что в этом ведомстве в этих вопросах ничего случайного быть не могло? Надо заме­тить, для понимания ситуации, что в это время, к началу двадцатых годов рус­ская интеллигенция  —  врачи, инженеры, журналисты, художники и ученые, еще вчера бывшие в числе кадет,  — резко поправели и обнаружили явный уклон в самое дремучее черносотенство.

Теперь они воочию наблюдали те самые карти­ны еврейского засилья и реального воплощения своих романтических идеалов, правду которых им говорили еще несколько лет назад правые, реакционные газеты. Теперь русский инженер или врач, вчерашний кадет или социалист и друг угнетенного «царским деспотизмом» еврейского народа вдруг становился махровым реакционером, антисемитом, и даже начинает мечтать о возвращении Царя-батюшки на прародительский престол.

Но, с другой стороны, именно их, русских интеллигентов, и выбрасывали из своих родовых квартир новые еврейские властители, все эти гоцы и гершуны, еще вчера морочившие им головы рассказами о тяжкой судьбе еврейского на­рода, только и мечтающего, как стать равноправным со всеми остальными и уж вслед затем, конечно же, готового осчастливить все русское общество своей бескорыстной космической любовью.

С верой в эту прекрасную сказку рус­ский интеллигент рождался, жил и умирал, и целые поколения свято верили в нее, как добрые христиане в святую великомученицу Варвару. Теперь, летом 1922 года — одних к стенке, других в Сибирь, ну, а настоящую «творческую интеллигенцию», то есть еврейско-масонскую, всех этих бердяевых и осоргиных, вкупе с Мережковским и прочими мерзавцами отправляли э тихую и спокойную сравнительно с большевистской Россией Западную Европу.

Итак, ро­доначальником всех этих акций надо считать ЧК - ГПУ. Но есть и другой роди­тель — Бнай Брит. Дело в том, что все сосланные-посланные из СССР филосо­фы, писатели и ученые были организованы в Берлине в Религиозно-Философ­ское общество, которое имело своим местопребыванием в Берлине Ложенгауз по Клайсштрассе 10, где и находилась штаб-квартира еврейской масонской организации Бнай Брит.

Эти первые шаги высланных интеллигентов освещала рус­скоязычная берлинская еврейская газета «Руль» и потому нет больших про­блем все это узнать, Конечно, русская эмиграция в одну секунду поняла смысл этой акции: внести смуту в ряды ее, в том числе и вызвать церковную смуту, раскол, что и удалось сделать этой ядовитой прививкой господам из ЧК-ГПУ, т. е. розенфельдам и бронштейнам..

В Ложенгаузе, в штаб-квартире Бнай Брит держали отчет все высланные философы и писатели. И этот факт лучше всего свидетельствует о националь­ной принадлежности высланных, часто выдававших себя то за полуфранцузов, то за полунемцев, то еще за кого-нибудь.

Здесь держат отчет и С. Франк, и Н. Бердяев и, что самое интересное для нас сегодня, и Иван Ильин, ныне поднимаемый на щит.

Да, Иван Ильин, по матери Штейкерт — официально немки. Ста­тью на эту тему, относящуюся к 1934 году анонимного, но черносотенного авто­ра перепечатан достолюбезный альманах «Вече» № 57, откуда я и заимствую ближайшие сведения. Сама же статья опирается на сообщения, как газеты «Руль», так и некоторые другие.

В это время, в двадцатые, как и тридцатые годы, Иван Ильин далеко не монар­хист. Собственно говоря, монархистом он так и не стал. Как не стал в полном смысле православным писателем. Об этом чуть ниже. Ильин был надо сказать, из всех интеллигентов самым патентованным: он был гегельянцем, да еще полунемцем!

XIX век, как известно, весь прошел под знаком немецкой философии, которая, в свою очередь, блестяще развивала каббалистические идеи и была философией пантеизма. Через философию приходили уже непосредственно к масонству и оккультизму. И уже по факту пребывания в гегельянстве Ивана Ильина можно судить о многом.

Иван Ильин был женат, к тому же, на племян­нице члена ЦК партии кадет С.А.Муромцева, старейшего масона, председателя 1-й Госдумы, самой разбойничьей. Муромцев был профессором Московского университета. И Ильин, кончив университет, остается в нем, становится при­ват-доцентом, и едет на три года для стажировки в Германию, Францию, Ита­лию. Во время этих поездок, как правило, ученая молодежь вступала в масонс­кие ложи, широко распространенные в западноевропейских университетах. Повсеместно.

Нигде и никогда Иван Ильин затем не будет критиковать кадетов, евреев. И масонскую тему будет старательно обходить. Он выдумает термин «мировая закулиса». И это само по себе показательно, это желание избежать прямого обозначения темы. Так... где-то, что-то, знаете ли, «закулиса», что-то вроде «третьей силы». Говоря о большевизме, он старательно будет избегать «острых» терминов и названий. Вместо «евреев» будет иногда появляться про­сто — «инородцы». Но и то в странном виде.

Чем он занимался в годы первой революции? Достоверно известно, что, принадлежав  по убеждениям во все эти годы к кадетскому кругу, он критически относился к монархии и к Николаю II. Так он относился к этим темам и к Царю в сущности — до самой смерти. Да и как может относиться к Самодержавию гегельянец?

Высланный за границу, он устраивается, как ученый-философ, и до 1938 года читает лекции в Русском институте в Берлине, созданном еврейско-масонской организацией ИМКА. Видимо, из-за своих проеврейских настроений он чувствует себя неуютно при нацистах. Но 5 лет, между тем, он прожил при коричневом режиме, не подвергаясь никаким репрессиям, и спокойно уехал в  Швейцарию, А надо сказать, что правые деятели, настоящие монархисты-чер­носотенцы, оказавшиеся в эмиграции, устроиться на такие места даже не мечта­ли.

В рижской еврейской газете «Сегодня» №62 от 4 марта 1931 г. он в своем интервью говорит, что его напрасно некоторые записывают в правые, что он критически относится к монархии. Ильин объясняет, что евреев он любит, ан­тисемитов осуждает, и что у него много друзей среди евреев, что евреи много пострадали от погромов в Царской России.

В конце 20-х, начале 30-х он выража­ет симпатии к немецким социал-демократам. С приходом нацистов к власти он делает кульбит и пытается стать на арийскую почву. Его любимое слово — «воля». И вот появляются «волевая идея», «волевой импульс» и прочие симптомы па­тетического волюнтаризма.

Ему симпатизирует сам П.Б.Струве - деятельнейший масон, член ЦК кадетской партии и его не любят бердяевцы. В его журналах сотрудничают вчерашние либералы, левые октябристы, вроде князя Н.Б.Щербатова, бившего одно время министром внутренних дел, и ставшего союзником гучковцев («прогрессивный блок»).

Облик Ильина, как мыслителя — публициста в целом малопривлекателен. Правые считают его юдофилом и подлецом-перевертышем, масоном. Действи­тельно, Ильин становится врагом революции, когда революция уже победила, и царствовал большевизм. При большевиках он читает лекции в институте им. Маркса. В предмете у него Фихте, Кант, Руссо и прочие.

В это время на Юге России разыгрывается трагедия гражданской войны. Там, на Юге, Белая Армия. Но Ильин в это время, читает лекции в Москве и получает паек от большевиков. Когда никакого Белого движения уже не будет и в помине, а вся полемика пере­местится в эмиграции на газетные полосы, он провозгласит себя идеологом Бе­лого движения.

Он примкнет к его бывшим участникам, т. е. республиканцам и масонам. Но Белое движение — не монархическое. У него же симпатии к генера­лу Врангелю. И это показательно. Он станет врагом большевизма, когда окажет­ся подальше от большевиков. Хотя и эта вражда к ним условна.

Когда был жив Монарх, тогда рядом с Ним не было Ильина. Тогда Ильин кадетствовал, то есть предавал так или иначе Царя-батюшку, на верность кото­рому, кстати, присягал при поступлении на службу. Когда же Монарх был уже давно расстрелян, и прошли десятки лет, Ильин провозглашает себя единствен­ным настоящим монархистом. Но тоже странным. Но самое главное даже не в этом.

Главное в том, что Ильин просто не мыслитель, а моралист, продолжатель старой линии толстовства, идущей от масонской идеологии (этика и труд) XVIII века. Читать его тяжело и бесплодно. Каково же его творческое лицо, если в двух словах. Почему именно из него, давно забытого, примитивного и плоского публициста у нас вдруг сделали кумира?

Больше всего неприятна в Ильине его неумная амбиция. Он указывает, обви­няет, приказывает, вещает и поучает. Но все, что он говорит, там, где верно, там банально и тривиально. И даже странно, что взрослый человек с высокомерным видом вещает, например, что религиозный опыт не терпит насилия и даже... угроз. Он готов сообщать; что вода мокрая, а лопатка есть предмет, пользуясь которым можно копать землю при наличии условий, что а) у вас есть руки и б) что лопатка эта не из картона... и так далее.   

Эта удивительная банальность, в сочетаний с ригоризмом, совершенно иди­отским, в сочетании с беспрерывной риторикой, совершенно бессодержательной удивляет не меньше. Эти школярские поучения вроде: «мы должны быть зоркими» и «духовно-волевыми» могут доконать кого угодно. И это ори полном отсутствии какой-либо здравой логики.

Каждая фраза Ильина раздражает и вызывает ворох вопросов, количество которых нарастает как снежный ком: так что, в конце концов, просто машешь рукой и закрываешь книгу. Большин­ство словосочетаний у Ильина не подлежит осмыслению. Думаешь, что значит, к примеру, вот эта фраза, не самая риторическая:

«Петр Великий имел одну великую, осознанную им самим задачу: пробудить творческую инициативу рус­ского человека, пробудить его «волю к живой самодеятельности».

Что это зна­чит в живой реальности?

А что, думаешь, до Петра не было этой творческой самодеятельности? И, что же, Московская Русь выросла сама, как придорожная трава, без этой самодея­тельности неужели вся цель деятельности Петра была так бескачественна, как физическое Понятие энергии: она важна как цель сама по себе? Неужели не важно, на что она затрачивается. Первый вопрос: творческая самодеятельность — для какой цели? — Ильина не интересует.

Ильин — утопист, прожектёр, и все десятки лет в эмиграции он только и занимается, что пытается нарисовать идеальную Россию будущего. Он не зада­ется даже вопросом, а куда и как уйдет новый правящий класс, владеющий Россией. Он играет словом «большевики» — так легче. Они уйдут — это для Ильина само собой разумеется. Россия возродится обязательно - он верит.

Прожектёр-романтик, он, взрослый человек, наученный на мудреной науке - философии, вместо трезвого анализа обстановки фантазирует о приятственном, как Бальзаминов.

Ему все кажется, что русский народ, там, в России уже начал борьбу с большевиками, и скоро их сбросит и надо торопиться успеть написать ему «руководство по возрождению». Он, этот народ, должен будет знать, что лучше быть умным, чем глупым. И надо жить своим умом, а не чужим.

И всеми этими, школьными прописями, неизвестно для кого и с какой практи­ческой пользой написанными, словно для малолетних школьников, он заполня­ет статью за статьей, уверенный, что говорит что-то сверхценное.

Ему не прихо­дит в голову, что та сила, что назвала себя условно большевиками, так просто не уйдет. И не так просто — тоже не уйдет. Начисто избегая тем масонства и еврей­ства, он изначально обрекает себя на пустое, легкомысленное фантазерство. Как у психастеника, мы видим у него «мысленную жвачку». Ильин нравится мно­гим звонкой, пустой фразой.

Взрослый и серьезный человек, он пишет статьи на тему, «как изжить соци­ализм», даже не зная, насколько легкомысленно и неумно говорить о возможно­сти такого «изживания». Ильин безнадёжно отстал от социологии своего вре­мени и был на уровне моралиста-прожектера середины XVIII века. Он даже не понимал, что социализм есть религия, и что весь западный мир идет по этому пути. Огромный поток литературы на эту тему остался ему неизвестен.

Он остался уверен, что капитализм противостоит социализму. Но даже для начала XX столетия эта идея была уже глубокой архаикой. Эту схему исповедовали только марксисты, да и то не все. Даже немецкие социал-демократы ушли от нее.

Воспитанный на Фихте, он не уловил главной мысли этого мыслителя об этом самом социализме, как меры организованности общества и коллективного труда. Странно, но то, что было ясно даже молодому Чичерину в середине XIX в.: немецкая философия в целом есть учение о социализме, для Ильина оста­лось тайной, его амбиции, гипертрофированное самолюбие шло ведь не от ума, а от его отсутствия.

Ему так хотелось уверить других, что он, Ильин, один на всем свете философ, что он нигде почти не ссылается на источники, хотя повто­ряет зады пятидесятилетней давности, например, по поводу природы монар­хии, заимствуя полностью мысли на этот счет у Тихомирова, который, впро­чем, тоже не был оригинальным мыслителем. Но на оригинальность Лев Алек­сандрович и не претендовал.                                                                                   

Ильин совершенно не чувствовал дистанции и потому писал указания, ка­ким должен быть священник. И совершенно непонятно, почему пастырь у него становится, например, вдруг «живым источником молитвы, любви и христиан­ской совести». Как цадик у хасидов.

Любой христианин, православный, может взять Закон Божий и посмотреть, Кто является источником совести, как и любви. И каждый человек знает, отку­да идет молитва.

Когда говорят об Ильине, как о православном мыслителе, то стараются не замечать его странных заявлений о том, что не так уж важно веро­исповедание и даже не важно христианин ли вы или нет. (Ст. «Чего мы ожидаем от наших пастырей»).

Невозможно найти другого такого поклонника пустой фразы, как И.Ильин. Сколько раз он повторит, что «мы должны идти своим путем» и «должны мыс­лить самостоятельно». Для чего говорятся эти банальности и навязчиво повто­ряются, нигде не конкретизируясь? В чем состоит эта самостоятельность и что это за свой путь, мы нигде не узнаем, сколько бы ни читали Ильина. Что значат слова: «Мы должны быть зоркими»... Ну, должны, и что?

Но есть одна сторона в деятельности Ильина, которую иначе как назвать гнусной просто невозможно. Его нынешние биографы-поклонники, тщательно избегают говорить об этих темах. Мы уже отмечали, что Ильин старательно обходит вопрос о подлинных виновниках падения монархии. Он избегает гово­рить о тех, кто, будучи подданным Самодержца, стал на путь предательства сво­его долга, как это сделал его родственник по жене — С.А.Муромцев.

Весь непри­миримый гнев его обрушивается в серии статей на... монархистов, — на правых, на Союз Русского Народа и его членов, а значит на прав. Иоанна Кронштадского, и на свт. Тихона, будущего патриарха и на тысячи убитых, затравленных русских людей, в период 1905-1917 г.

Он их ненавидит. Мифологические мо­тивы и пустая риторика сразу кончаются, как только он говорит о монархистах, то есть о людях, которые в отличие от него самого, простые инженеры, рабочие, крестьяне, торговцы, солдаты, врачи, писатели и прочие, и прочие не побоялись объявить о своей приверженности принципам Русской Монархии.

Совершенно игнорируя многочисленные факты, он самым наглым образом врет. То он упрекает монархистов за то, что те не сообщали Царю правды, не добиваясь свидания с Царем — а это наглая ложь. Не говорю уже о том, что Николай II имел многочисленные сведения из разных источников о том, что происходит в стра­не, и особой нужды в личном свидании в этом смысле не имел. То он сообщает, что черносотенцы просто вытягивали из Царя деньги, а сами ничего не издава­ли, кроме журнальчика «Земщина».

А между тем никакого журнальчика, кста­ти, с таким, названием не было, а была штабная газета с этим названием. Но на самом деле большая часть правых газет издавалась на скудные гроши самих русских людей, отдававших все свои средства и силы делу защиты Родины и Престола Царского от еврейско-кадетского нашествия и бундовского террора.

Выходило мало, около 240, газет и журналов, малым тиражом, но именно из-за того, что денег не было... у правительства на монархическую печать, а деньги из государственной казны уходили на революционное дело и в т. ч. левую печать. И много.

Он обвиняет монархистов в том, что они не создали в стране организованной силы, забывая, вероятно, о том, что ему самому же в 1906 году было уже 23 года и что все подданные Царя обязаны были быть монархистами, все, а не только члены монархических организаций. И что монархист, это не какая-то особая порода людей, обязанная защищать Престол, а что эта обязанность лежала на всей стране, причем на самом Царе больше, чем на остальных в отдельности и вместе.

И если не создали, то кто же мог ее создать — слесарь, паровозный ма­шинист или врач земской больницы? А может какой-нибудь Сидоров из дерев­ни Верхние Бугры Тьмутараканской губернии? И кто же должен был быть мо­нархистом, как не любой русский подданный, включая самого Ильина.

Ведь монархист — не должность в каком-нибудь специальном департаменте. Это про­сто человек, верный присяге своему Царю. И такую присягу давал и сам Ильин. Каким же образом он отделяет себя от монархистов в Царской России? Об этом ни намека. Его дело давать советы, — например, «учиться грозной любви и гиб­кой борьбе».

В одном месте он, как Моисей на горе Синай, вещает, что еще в 1905 г. «все» понял, весь смысл и монархии, исторической судьбы России и смысл революции. Но в рядах защитников престола мы его не найдем. Там мож­но найти бесстрашного служащего железной дороги В.Г.Орлова, создавшего в те годы монархическую организацию, выступавшего перед революционной тол­пой и умевшего ее переубедить. Не раз и не два шел В.Г.Орлов, монархист и черносотенец, под пули, имея пять детей и жену, а в марте семнадцатого оказал­ся в Трубецком бастионе Петропавловской крепости. И таких людей Ильин ненавидел всю свою жизнь.

Но еще более любопытен и показателен ряд лиц, названных им, как героев монархического служения. Это Столыпин, Коковдев, Джунковский, Самарин, Пуришкевич - за убийство Распутина. (Ильин И. О грядущей России. Избран­ные статьи. Джорданвилль, 1991, с. 100). В другом месте к ним присоединяется архимасон, кадет В.А.Маклаков.

Это список лиц, так или иначе причастных масонству, а некоторые из них и к прямому предательству, как генерал В.Ф.Джунковский. Столыпин был, как известно, сторонником конституцион­ной монархии, чего и не скрывал. Масонству он покровительствовал и разре­шал деятельность его на территории России. О его членстве в ордене писали немало в то время.

Коковцев — друг еврейско-банкирских кругов Франции; близкий доверенный Великого Востока Франции, член масонского общества «Маяк», кстати, единственный царский министр, получивший от Временного правительства персональную повышенную пенсию, когда его коллеги-министры были арестованы и томились в тюремных камерах. Даже большевики не трону­ли графа Коковцева.

Ильин хвалит Пуришкевича исключительно за убийство Распутина... Пуришкевича, который предал монархическую идею, обрушивался с резкой кри­тикой на Монарха в самые роковые месяцы для Империи и который был ис­ключен из правой фракции Госдумы за свое заигрывание с «прогрессивным блоком».

Ильин восторгается Маклаковым, виднейшим кадетом и масоном, имевшим, кстати, большой вес и в эмиграции. Для Ильина Маклаков - идеал монархиста. О масонстве Маклакова писали все газеты с 1906 г. Он был членом ЦК кадетов, как и С.А.Муромцев.

В рижской еврейской русскоязычной газете «Слово» за март 1926 г., была напечатана статья Ильина «Черносотенство - проклятие и гибель России».

Уже одно это название открывает смысл акции ГПУ в отношении г. Ильина. На века вперед такое явление русского политического сознания, как черносотенство, сделалось ненавистным всей торжествующей еврейской по духу демократии.

Заметим, не кадеты, не масоны и не евреи, согласно Ильину, «гибель Рос­сии», не реальные творцы революции, а те, кто в условиях Царской, то есть исто­рической России остался верным своему монархическому долгу! Долг ведь ле­жал в силу присяги на каждом подданном Русского Царя. Обвиняются же те, кто остался верным своему долгу. Они плохо защищали престол. От кого? Как раз на этот вопрос Ильин никогда не любил отвечать конкретно.

Этой статьей Ильин открывает клеветническую кампанию против русских монархистов, черносотенцев, правых. Не надо забывать, что правые - это мил­лионы русских крестьян, рабочих, мелких служащих и прочих, создавших на свои трудовые гроши в тяжелейших условиях еврейского террора и клеветы, преследования со стороны администрации свои организации во всех губернс­ких и многочисленных уездных городах, а также в тысячах сел и деревень.

Осо­бенно много сельских отделов было открыто в Юго-Западной и Западной России, особенно на полтавщине, черниговщине, на Волыни усилиями Почаевской Лавры и пр. и пр. Не следует также забывать, что уже к апрелю 1907 года терро­ристами было убито 57 председателей отделов Союза Русского Народа. И если Ильину монархисты не нравились, как и тем, кто давал ему кусок хлеба, то праведный Иоанн Кронштадскйй в ноябре 1906 г. самолично не только освятил знамя Союза Русского Народа, но и сказал знаменательные слова при этом: «Я за честь считаю для себя освятить это знамя».

Вот, собственно, что стоит за всей звонкой фразой Ильина. Говоря о буду­щей России, он все время повторяет слова о необходимости создания «русской идеи». Ее создавать когда-то приглашал еще Вл. Соловьев. Потом целая плеяда других философствующих умов взялась за эту задачу, как создать нечто, спо­собное заменить Православие. Теперь Ильин.

Но его вкусы явно лежат, в облас­ти либеральной. Как и Вл. Соловьева и всего круга нашей полу еврейской ин­теллигенции. Потому он и ищет «русскую идею», что православие, давно обре­тенное, его не устраивает. Иначе, чего же искать? Ильин постоянно повторят: «мы должны найти свой путь».

То есть этот путь еще не найден для Ильина, и как только Ильин начинает называть какие-то конкретные  имена и факты, таки его симпатии сразу становятся ясными и расшифровывают нам его политичес­кие симпатии. Ему нравится, например, «монархически-лояльная русская ин­теллигенция, окружавшая Александра II Освободителя и осуществившая его реформы», т. е. Ильин западник и либерал. Он говорит о монархе; но нигде о Самодержце!                                                                 

Серьезный человек, он объясняет исторические события, в том числе и бли­жайшие ко временам Александра II самым школярским образом, как наши со­временные недоросли на митингах. Или в пропагандистских листках. Но ведь они не учились, в отличие от Ильина, в Геттингене или Сорбонне.                 

Творения моралиста Ильина, бесплодные и бедные мыслью, но богатые кле­ветой на монархистов, примитивные, и в то же время лукавые, с многочислен­ными умолчаниями и либеральными симпатиями, долго лежали никому не нуж­ные, на дальних полках, в связках пожелтевших листков-газеток, пока вдруг не понадобилось занять нишу «правой идеологии».

И вот беспомощный бормотун в одну секунду импортирован с запада на "Святую Русь" и минуя порядок воин­ской службы в рядах культуры, сразу произведен в карлы марксы  департа­ментом «патриотизма». Благо, что оба, Маркс и Ильин, были гегельянцами и «полунемцами».

Так, посланный органами ГПУ на Запад в ряды русской эмиг­рации, сегодня И.А.Ильин возвращается в качестве гения, кумира. Он никогда не будет читаемым, и за это можно быть спокойным, потому что читать у него нечего, но всегда будет почитаемым — источником цитат и ссылок.

Там, где исторически было место для настоящих монархистов, настоящих русских замечательных людей, там сегодня стоит пустая фигура с пустыми глаз­ницами, и ее называют «правым идеологом», «замечательным и великим рус­ским мыслителем Иваном Ильиным». Ильин на самом деле молчит. Ему нечего было сказать, ни при жизни, ни после смерти, кроме риторических красот и восхваления деятелей масонства, вроде уже приведенных выше.

Нам говорят, что Ильин Гегелем обосновал «религиозный опыт». Но какой «опыт» можно обосновать «алгеброй революции»? Ему нечего было сказать с точки зрения и чисто творческой, и сегодня из него делают кумира. Имена и сочинения Катко­ва, Меньшикова, Пасхалова, Шарапова, Гилярова-Платонова, Булатовича, Булацеля, Архиепископа Никона Рождественского и сотен других остаются под спудом.

Не все они были в равной степени монархистами, но все они были людьми прямодушными, искренними и талантливыми. Верность долгу они за­печатлели своей кровью, своей, мученической кончиной. Вместо них нам дают грызть сухую кость гегельянца, полунемца или, полуеврея, и уж во всяком случае — масона по симпатиям и клеветника.

Вот для чего и как создаются кумиры с помощью ГПУ. Как же мало надо иметь изобретательности, чтобы опять нас дурачить каким-то залежалым това­ром. Снова за границей изобрели для нас очередного «маркса» и снова гегельян­ца! И мы снова рады — «великий русский мыслитель Ильин сказал...»

Все, что верного сказал Ильин — было сказано тысячекратно до него. Он только повто­рял, и если мы теперь хотим понять, в чем смысл огромного подлога в деле формирования национального самосознания, то мы должны будем вспомнить и «феномен Солженицына», и господина И. Ильина из крохотной газетенки «Наши задачи», давно пылящегося на архивных полках спецхрана, и вдруг вываливше­гося в виде монумента-классика.

Данный пример, как никакой другой, показывает, как выпекаются авторите­ты не наши, но для нас сотворенные за границей, но не без помощи каких-нибудь очередных ГПУ. Напомню смысл это аббревиатуры: главное политическое уп­равление. Не более того.

Никто не усомнится в мысли, что без таких управле­ний нельзя править и демократическими странами. Значит, кумиры будут и дальше выпекаться для нашего удовольствия. Кто же следующий? Но нельзя не видеть очевидного: вместо хлеба нам дают камень.

В.М. Острецов

0

7

Здесь только избранные главы , но с картинками. А где можно найти ВСЮ книгу с иллюстрациями??? Два часа ищу - везде просто текст. ((( А ваша ссылка не работает.

Отредактировано Joe Bradley (Пятница, 30 декабря, 2016г. 14:15:07)

0

8

Joe Bradley
А вот здесь избранные главы только, но с картинками. А где можно найти ВСЮ книгу с иллюстрациями??? Два часа ищу - везде просто текст. ((( А ваша ссылка не работает.

Здравствуйте, уважаемый Джо. В известных мне изданиях книги В.М. Острецова фотографий очень мало, и они невысокого качества. Поэтому, наверное, их нигде и не воспроизводят.

Если Вам не трудно, оставьте, пожалуйста, действующие ссылки на книгу Острецова.

0

9

Здравствуйте! ))

franki написал(а):

Здравствуйте, уважаемый Джо. В известных мне изданиях книги В.М. Острецова фотографий очень мало, и они невысокого качества. Поэтому, наверное, их нигде и не воспроизводят.

Если Вам не трудно, оставьте, пожалуйста, действующие ссылки на книгу Острецова.

Уже всё позакрывал... Но вот здесь - RTF: http://listid.ru/item/872450.html

Здесь - DOC: http://rutracker.org/forum/viewtopic.php?t=4170883

Вот вообще PDF, с данными о книге, где сказано, что там МНОГО иллюстраций: http://m-athanasios.livejournal.com/4474.html (ссылки внизу страницы)

Отредактировано Joe Bradley (Вторник, 3 января, 2017г. 14:05:25)

0

10

Позвольте поделиться еще одной очень полезной действующей (пока) ссылкой:

Книги о масонах

Здесь можно беспрепятственно скачать и книгу Виктора Митрофановича Острецова, и еще множество редких первоисточников по истории, теории и символизму масонства. Настоящий подарок русскому человеку. Искренне рекомендую воспользоваться возможностью и сохранить хотя бы несколько книг по выбору. Сколько еще это удовольствие продлится, неизвестно.

0

11

Автор (Острецов) к сожалению, не дал разъяснения двум слабым местам в своей блестящей работе. 1 - бояре. До Петра1, они были с народом, возглавляли войска и одними из первых погибали в боях за нашу веру и нашу землю, а уже при Петре, пишет В. Острецов, бояре испортились. Так быстро? За пару десятков лет? Вот только что прогнали поляков, а теперь уже превратились в ренегатов и маргиналов? Как то нелогично. У нормально мыслящего человека тут сразу возникают вопросы, а ответов на них нет, Острецов правда предупреждает, что книга собрана из разных отрывков, очерков, лекций и признается, что не нашел нужным что либо менять. Жаль. У меня, если честно, первой мыслью было, что В. Острецов начитался масонских сказок Пушкина - Сказка о царе Салтане, где бояре главные враги и провокаторы. Далее - 2. Литература при Екатерине Второй. В одном очерке автор пишет о наибольшем проникновении масонства в Россию именно при этой царице, где целые типографии работали над разрушением сознания и веры православного человека. Да, книг и писателей было много, но кто они? Вольтер, Руссо, Дидро, Монтескье - люди всей душой ненавидевшие всё русское и православное.Из "наших":(sapienti sat) Державин, Фонвизин, Радищев, Сумароков,интересны комедии зятя Сумарокова Я. Б. Княжнина (1740–1791), особенно либретто комической оперы В. А. Пашкевича Несчастье от кареты (1779), обличение крепостничества; и В. В. Капниста (1757–1823), в частности, его комедии Ябеда (1798), где осмеиваются судьи и законники. Русских романов в царствование Екатерины было опубликовано немного; некоторые из них представляют собой подражания знаменитым английским романам 18 в. – творениям С. Ричардсона, Г. Филдинга и Л. Стерна. Самым популярным произведением тогдашней литературы была сентиментальная повесть о крестьянке, соблазненной дворянином( во как! прямо руководство к действию!), Бедная Лиза (1792) – сочинение Н. М. Карамзина (1766–1826). Однако самым существенным достижением Карамзина было введение нового литературного стиля русской прозы, очищенного от славянизмов(!!!)  и ориентированного на французскую языковую культуру(!!!), синтаксис и слог. Его прославленная двенадцатитомная История государства Российского (1818–1829) была образцом этого нового стиля и во многом предопределила развитие русского литературного языка. (Человек, изуродовавший нашу великую историю!) В другом очерке Виктор Митрофанович конкретики избегает и просто пишет о расцвете русской литературы при Екатерине Великой. У человека, внимательно читавшего предыдущие главы возникает недоумение, ведь русская литература и была убита при этой царице (и считаю уже никогда не восстановилась: мерзкое чиновничество уже слишком глубоко запустило свои щупальца во все сферы жизни, а интеллигенция была или с разрушенным самосознанием Гоголь, Достоевский, Толстой и т.д. или напрямую замарана участием в сатанинских жидомасонских кружках - Пушкин,Тургенев, Блок и т.д.), когда вовсю работали типографии Новикова и др., где шла насмешка над православной верой, обычаями и традициями русского народа. Такие вот соображения. Других слабых мест не нашел. Книга сделана весьма добротно и читается как детектив. Рекомендую. Прекрасный материал для внеклассного чтения. (Книгу конечно нужно изучать на уроках истории, но кто ж даст?)

Отредактировано Arkadiy Parovozov (Пятница, 22 декабря, 2017г. 14:22:36)

0

12

Очевидно, месьё Паровозова можно, наконец, поздравить с одолением давно рекомендованной здесь книги. И поскольку он предлагает свои критические выводы, позволю себе доказать их несостоятельность.

Arkadiy Parovozov написал(а):

Автор (Острецов) к сожалению, не дал разъяснения двум слабым местам в своей блестящей работе. 1 - бояре. До Петра1, они были с народом, возглавляли войска и одними из первых погибали в боях за нашу веру и нашу землю, а уже при Петре, пишет В. Острецов, бояре испортились. Так быстро? За пару десятков лет? Вот только что прогнали поляков, а теперь уже превратились в ренегатов и маргиналов? Как то нелогично. У нормально мыслящего человека тут сразу возникают вопросы, а ответов на них нет...

На что это месьё намекает??? Однако воздержусь от предположений)))

Итак, бояре. Несомненно, Петр 1 оказал активное влияние на бояр, объявив реальную войну привычному старорусскому жизненному укладу, когда отсекались бороды и летели головы. И да, за 20 лет – а это уже другое поколение, они действительно превратились в маргиналов, которые старой опоры под ногами уже не имели, а в новый стиль жизни ещё не вписались. Консервативно настроенные бояре были за это короткое время практически истреблены, а прочие - ради спасения своих жизней отказались от прежних ценностей и таким образом стали ренегатами, или отступниками.

Если месьё все ещё сомневается, что за 20 лет возможны столь кардинальные изменения, предлагаю для сравнения 70-е и 90-е годы прошлого столетия… На мой взгляд, всё даже очень логично. Вывод: «слабого места» №1 не обнаружено.

Arkadiy Parovozov написал(а):

Острецов правда предупреждает, что книга собрана из разных отрывков, очерков, лекций и признается, что не нашел нужным что либо менять. Жаль.

Лучшее – враг хорошего, и В.М. Острецов это прекрасно знает.

Arkadiy Parovozov написал(а):

У меня, если честно, первой мыслью было, что В. Острецов начитался масонских сказок Пушкина - Сказка о царе Салтане, где бояре главные враги и провокаторы.

Действительно, честно))) Подозревать такого серьёзного мыслителя, исследователя-подвижника В.Острецова в заключениях, основанных на сказках Пушкина, мог бы только очень непосредственный человек… Правда, сама непосредственность допустима в определённых возрастных границах, но это уже другой вопрос.

Arkadiy Parovozov написал(а):

Далее - 2. Литература при Екатерине Второй. В одном очерке автор пишет о наибольшем проникновении масонства в Россию именно при этой царице, где целые типографии работали над разрушением сознания и веры православного человека. Да, книг и писателей было много, но кто они? Вольтер, Руссо, Дидро, Монтескье - люди всей душой ненавидевшие всё русское и православное.Из "наших":(sapienti sat) Державин, Фонвизин, Радищев, Сумароков,интересны комедии зятя Сумарокова Я. Б. Княжнина (1740–1791), особенно либретто комической оперы В. А. Пашкевича Несчастье от кареты (1779), обличение крепостничества; и В. В. Капниста (1757–1823), в частности, его комедии Ябеда (1798), где осмеиваются судьи и законники. Русских романов в царствование Екатерины было опубликовано немного; некоторые из них представляют собой подражания знаменитым английским романам 18 в. – творениям С. Ричардсона, Г. Филдинга и Л. Стерна. Самым популярным произведением тогдашней литературы была сентиментальная повесть о крестьянке, соблазненной дворянином( во как! прямо руководство к действию!), Бедная Лиза (1792) – сочинение Н. М. Карамзина (1766–1826).

Блестяще! Неужели месьё прочёл все эти вышеупомянутые книги, и даже либретто оперы, что так резво оперирует фамилиями авторов? Как-то с соображениями о Царе Салтане не вяжется, прямо скажем)))

Arkadiy Parovozov написал(а):

Однако самым существенным достижением Карамзина было введение нового литературного стиля русской прозы, очищенного от славянизмов(!!!)  и ориентированного на французскую языковую культуру(!!!), синтаксис и слог. Его прославленная двенадцатитомная История государства Российского (1818–1829) была образцом этого нового стиля и во многом предопределила развитие русского литературного языка. (Человек, изуродовавший нашу великую историю!)

Подозрительным показался мне этот шедевральный экскурс в литературу времён Екатерины II, и я позволила себе прогуглить ключевые фразы… И что же? Оказывается, данный пламенный текст скомпилирован из… ответов на майл.ру https://otvet.mail.ru/question/37931675

Arkadiy Parovozov написал(а):

В другом очерке Виктор Митрофанович конкретики избегает...

Как раз Виктор-то Митрофанович в избегании конкретики-то доселе замечен ни разу не был, а вот к «конкретике» самого месьё мы, возможно, ещё вернёмся, правда, в другой теме…

Arkadiy Parovozov написал(а):

и просто пишет о расцвете русской литературы при Екатерине Великой. У человека, внимательно читавшего предыдущие главы возникает недоумение, ведь русская литература и была убита при этой царице (и считаю уже никогда не восстановилась...)

Так и хочется задать вопрос: просветите-ка нас, месьё, а какова была русская литература ДО «этой царицы»? Что же там такое было «убито», что «уже никогда не восстановилось»? Может быть, мы чего-то важного не знаем? Так с этого и надо начинать, а мы Вас с интересом выслушаем...

Arkadiy Parovozov написал(а):

мерзкое чиновничество уже слишком глубоко запустило свои щупальца во все сферы жизни, а интеллигенция была или с разрушенным самосознанием Гоголь, Достоевский, Толстой и т.д. или напрямую замарана участием в сатанинских жидомасонских кружках - Пушкин,Тургенев, Блок и т.д.), когда вовсю работали типографии Новикова и др., где шла насмешка над православной верой, обычаями и традициями русского народа. Такие вот соображения. Других слабых мест не нашел.

Кто ищет, тот всегда найдёт!)))
Заявление об убийстве русской литературы «до екатерининского периода», не подкреплённое конкретными доказательствами, не может рассматриваться всерьёз, а вот Виктор Митрофанович, как объективный историк, напротив, констатирует известный исторический факт, и «просто пишет о расцвете русской литературы при Екатерине Великой».
Вывод: «слабого места» № 2 в блестящей работе В.Острецова в принципе не существует.

0

13

Я рад за вас, уважаемая Лира! Вы быстро мимикрируете! От полного неприятия до энергичного воскуривания фимиама В. Острецову. Не забыли и самоутвердиться за счет моей скромной персоны. Что касается самой критики, могу сказать как Спасский про Ларсена "много амбиции, но мало амуниции". От бояр перешли к копипасту. Такое смешение деревянного и фиолетового говорит не в пользу критика.  Да, другими материалами пользуюсь и что? Это преступление? Следующее - литература. Имелось прежде всего ввиду уничтожение христианской литературы. Я думал это очевидный момент (при условии, что вы читали работу Острецова). Мнение высказал потому, что хотел обсудить книгу с людьми которые её читали. Форум мне кажется для того и создан. Нападки на меня видимо объясняются тем, что я совсем недавно зарегистрировался на Шехине и вот на правах "старшего" товарища....
  Откровенно говоря, кроме эмоций (которые как известно к делу не пришьешь) и глумления надо мной, ничего серьёзного не обнаружил. Довод к личности является нарушением логических правил доказательства и аргументации. Хотелось бы увидеть комментарии более компетентных людей.

0

14

Месьё Паровозов, я могла бы привести аргумент, что "критика" человека, далёкого от литературы, каким являетесь лично Вы, который приводит копипаст фрагмента из истории литературы, абсолютно не имея представления о том, что было До, вообще не имеет права на существование. И если уже речь идёт о "глумлении", которого в принципе не было, позволю себе напомнить Вам, как лаконично всё, что я так вежливо написала выше, в трех словах сформулировал товарищ Ленин: "Невежество - не аргумент".
Однако я деликатно воздержалась от перехода на личности, понимая, что у каждого человека есть как достоинства, так и недостатки. Не судите по себе, месьё, займитесь собой.

0

15

Я, кажется, довольно прозрачно намекнул уважаемой Лире, о том, чтобы она перестала глумарасить (одмена на висельницу!) и бросила молоток.  Не по христиански это, будьте Лирой, а не менорой,  но… Остапа несло. Ну что же,отведай-ка теперь, душенька, кулака богатырского!
     Следует иметь ввиду, что Лира (уважаемая наша) ни разу не открывала книгу В.М. Острецова. Ни  разу!!! Из дальнейшего это будет предельно ясно, а теперь, вооружившись этим знанием, советую еще раз  прочитать указные посты. Тогда очень легко увидеть сколько гусиного самодовольства в сообщении №12, и индюшачьей напыщенности в № 14!
   ( Из свеженького: Лира:Мнение можно иметь любое и "считать" что угодно, но данный форум имеет направление, близкое к научному, поэтому любое мнение должно быть подкреплено доказательствами и серьёзными исследованиями, а не просто копипастом какой-нибудь информации из промасонских вбросов". "Немного о русском языке.." сообщение №35. Как вам такое иезуитство? А.Р.)
     Я не имею обыкновения, комментировать сообщения троллей и глумарасов (Вообще разоблачение глумараса и указание ему места, которое он занимает вещь довольно приятная, но они крадут время!!), но зарегистрировавшись на сайте, после того как несколько лет заходил на форум гостем, чувствую моральную ответственность перед другими участниками форума.
     «Месьё Паровозов, я могла бы привести аргумент, что "критика" человека, далёкого от литературы, каким являетесь лично Вы, который приводит копипаст фрагмента из истории литературы, абсолютно не имея представления о том, что было До (выделено мной - Лира имеет ввиду, что до развратной царственной немецкой шлюхи, в литературе ничего не было создано), вообще не имеет права на существование. И если уже речь идёт о "глумлении", которого в принципе не было, позволю себе напомнить Вам, как лаконично всё, что я так вежливо написала выше, в трех словах сформулировал товарищ Ленин: "Невежество - не аргумент".
Однако я деликатно воздержалась от перехода на личности, понимая, что у каждого человека есть как достоинства, так и недостатки. Не судите по себе, месьё, займитесь собой.»
   Нагромождение лжи и бреда просто чудовищное (что характерно для Лиры), плюс ссылка на Ленина (ВИЛа!!) но мы с Божьей помощью, попробуем разобраться, кто действительно далек от литературы и кто из нас двоих больший невежа . Итак, вперед, мой верный читатель!
   Обращаю внимание на выделенный фрагмент, вы думаете это слова Лиры?? Я наверное сильно удивлю читателя, если сообщу, что практически те же слова (о том, что было До) сказал известный жидомасон А.И. Герцен. «Чего стоит, например, такое определение русской письменной Культуры воспитанником Московского университета Герценом: «До XVIII столетия никакого движения в литературе не было. Несколько летописей, поэма XII века (Поход Игоря), довольно большое количество сказок и народных песен, по большей части устных, — вот все, что дали десять веков в области литературы» (там же, с. 215). ( Все    всё    поняли?    Лира    повторила    слова     Герцена,    о    том,    что    было До…!)И если Герцен вещал так на всю Европу и был уверен в истинности своих слов, то ведь до такого невежества еще надо было дойти и для этого еще надо было кончить университет, эту колыбель «просвещения». Здесь нет иронии. Речь идет о характерном принципиальном неприятии национального предания.» В. Отрецов, «Масонство, культура и русская история».  Вопрос с невежеством начал потихоньку проясняться. Вы поняли Лира, что было До? Национальные предания! И если бы вы читали работы Острецова, то  знали бы это наверняка, и может быть не относились к прошлому с таким презрением. Работа В.М. Острецова, является основополагающей для понимания материалов Шехины. Считайте, уважаемая Лира, это откровением. От Arkadiy Parovozov. Вся работа Шехины, вся!, уважаемая Лира, построена на этих очерках, на которые автор жизнь положил, хотя в вашей классификации будет - жизнь угробил.

<<— Если вы желаете хорошенько насолить и даже повредить противнику, — говорил мне один старый пройдоха, — то упрекайте его в том самом недостатке или пороке, который вы за собою чувствуете. Негодуйте... и упрекайте!
Во-первых — это заставит других думать, что у вас этого порока нет.
Во-вторых — негодование ваше может быть даже искренним... Вы можете воспользоваться укорами собственной совести.
Если вы, например, ренегат, — упрекайте противника в том, что у него нет убеждений!
Если вы сами лакей в душе, — говорите ему с укоризной, что он лакей...
>> И.С. Тургенев, 1878, Житейское правило. Как видно уважаемая Лира крепко усвоила инструкцию знатного масона и богоотступника. Если вы сами невежа,- упрекайте соперника в том, что он не имеет отношения к литературе…).
   Это не спорадические явления, я хотел бы, чтобы читатель четко усвоил эту мысль, за всеми(!) сентенциями Лиры торчат большие ослиные уши масонства. Антихристианский пафос уважаемой Лиры, перетекает из одного сообщения в другое по всей Шехине!
     Привожу одну из глав книги В.М. Острецова, из которой становится ясно, что вся «литература» (Лиры) создана масонами, и почему, чтобы стать писателем нужно вначале стать масоном, без сокращений, с небольшими пояснениями, наиболее интересные  и важные мысли выделены жирным шрифтом.

                                                                                           «Глава первая. ИСТОКИ РУССКОГО ЛИБЕРАЛИЗМА
«Либерал. Откуда он произошел ? Первое начало либерализма и всех вольных идей имеет зародыш в религиозном мистицизме секты мартинистов, которая в царствование Императрицы Екатерины II существовала в Москве под начальством Новикова... и многие лица, которые здесь не упоминаются, сильно содействовали Новикову к распространению либеральных идей посредством произвольного толкования Священного писания, масонства, мистицизма, размножению книг иностранных вредного содержания и изданию книг чрезвычайно либеральных на русском языке».
(Из анонимной записки «Лицейский дух», переданной Николаю I в 1830 г. Цит. по «Русская Старина», 1877 г., т. 18. № 3, с. 657).

Либерализм как оформленное течение в общественной жизни появился в прошлом веке и означает отрешение от народно-традиционных и религиозных форм жизни во всех сферах человеческой деятельности: нравственной, политической, социальном и религиозной. Такое движение, однако, проявило себя раньше, с первых шагов Петра I, всю реформаторскую деятельность которого и следует признать началом русского либерализма.
Либеральное направление охватило постепенно высшие слои русского общества в лице аристократии и чиновничества и стало вероисповедной формулой так называемых «интеллигентных» кругов, проявило себя озлобленным врагом русской православной церкви, разлагая христианскую жизнь русского народа во всех сферах его жизнедеятельности.
Как известно, наш народ воспринял христианство с такой глубиной и искренностью, как ни один народ в мире. Самые характерные черты нашего народа — это стремление жить «по правде», «по-Божьему», имея в Церкви руководителя своей совестливости. Выражение нравственных начал проявлялось в жизни русского народа не только в церковной жизни, где более всего ценится святость, но и в художественном творчестве. которое поднимается из глубины благоговения перед этой святостью. из самого сокровенного в русской душе, и в поэзии, и в творчестве социальном. (здесь и далее выделено мной Аrkadiy Рarovozov, для нашей уважаемой Лиры) Именно этим характеризуется и наше самодержавие. Русская идея видит в царе не деспота, не диктатора, но представителя Божьей правды, господствующей в государстве над юридическим началом. Необходима необычайная вера в реальность нравственного начала для такой концепции верховной власти. Эта вера опирается на представление о незыблемости евангелистских установлении о власти, которая есть от Бога и тем самым должна следовать Слову Божьему.
Когда она не следует Слову Божьему, она не есть от Бога, но от Его супротивника.(Это о власти, но и к литературе применимы те же самые слова. А.Р., вы слышите меня, Лира?) Вера русского человека в религиозно-нравственное начало государственного управления выражалась в его неприятии к юридической рассудочности, как выражению недоверия человека к человеку, как замена закона любви законом «разумного эгоизма», следующего принципу: «ты мне — я тебе», с точным подсчетом — сколько мне и сколько тебе. Такое юридическое начало всегда казалось русскому человеку мерзостью пред Богом.
Стремлением к господству нравственного начала наполнена вся русская историческая жизнь, от ее бытовых форм до государственных. Основным содержанием этой жизни в сфере общественной стало два кита: самодержавие и самоуправление. Деревня, село, погост, торг, рядок, посад и город — все управляется выборными, и вся внутренняя жизнь определяется традиционным, обычным правом. Наиболее ярко эти начала русского народа проявились в устройстве Московской Руси, но не исчезли они и в послепетровской России, несмотря на все искажения.
По своему существу господство нравственных начал во всем строе русской жизни несет с собой подлинное откровение для всего человечества. Никогда еще ни один народ не осмеливался устраивать свою жизнь, все свои жизненные отношения под верховенством религиозно-нравственных начал, для которых не страшны, а скорее предполагаются и человеческая свобода как основа любой нравственности, и свобода всего народа, имеющего свое представительство и в органах выборного самоуправления, и в лице церковной власти, стоящей на страже исполнения заповедей Христовых.
И это все не пустые слова. Церковная власть постоянно воспитывала власть имущих целым рядом своих посланий и актов, печалований и постановлений. В то же время юридическое начало не вовсе отсутствовало, но не имело самодовлеющего характера. Отношение' центральной власти к местному самоуправлению опиралось на обычай и закреплялось в специальных актах. Но сама власть самодержца не являлась властью юридической, не была следствием развития социальных сил, построенных на юридической основе. Эта власть была властью помазанника Божия, «она — святыня перед церковью, а потому и перед людьми, всеми и каждым, и прежде всех перед самим царем. Святыня же неприкосновенна, стало быть, и неделима. Неделима потому и власть царская между помазанником Божиим и кем бы то ни было... Коснуться святыни, ограничить власть свою, уничтожить самодержавие не властен, следовательно, и сам самодержец» (К.П. Победоносцев .и его корреспонденты, «Записка» Н. Голохвастова. С.13. М.-Пгр. 1923 г.). Эта истина оказалась забытой Николаем II.
Эта власть не только не ограничена, но и не ограничима, ибо источник ее не юридический, а от Бога идущий. Царь же определяется в глазах христиан как защитник православных основ государства. Не будучи защитником, он не выполняет и своих обязанностей перед Богом и людьми. Поэтому в истории мы часто сталкиваемся с такими мало для нас привычными фактами, как прямой выговор самодержцу со стороны простых горожан, когда он уклонялся, по их мнению, от своих обязанностей. Каждый царь чувствовал это давление общественного мнения, эту оценку своей деятельности. Оно являлось ему в Земском Соборе, в настроении народа на улицах Москвы, в словах юродивых, в мнении патриарха и торговых людей. Царь никогда не был отделен от своих подданных никакими наемниками, ездил и ходил по земле русской без охраны, и в Зимнем дворце вплоть до взрыва бомбы при Александре II не было никакой охраны даже у дверей собственных покоев царя. ( – потрясающий факт! А.Р.)
Разрыв Петра I с Москвой и перенесение столицы ознаменовали революционный разрыв власти со всем прошлым Русского государства, с его народом. Именно православного народа стала бояться новая реформаторская власть и поспешила убраться подальше к чухонским берегам. Уже само Смутное время было возможным из-за предательства боярской верхушкой основ церковных, и для нее стеснительных. Печальный и для нее соблазнительный пример польской шляхты с ее своеволием вызвал к жизни анархические устремления боярства, полагающего возможным свое существование вне авторитета Церкви. Эти первые кадеты русской истории решили связать власть выбранного царя Василия специальной записью.
Опыт не прошел, а сам период Смуты надолго отпугнул народ от веры в царевых слуг: слуга — он ведь может быть и верным и неверным. В народное сознание вошло представление об измене царю его слуг. Не было бы измены в отношении Церкви, не изменили бы и царю. Измена же царю есть, стало быть, и измена христианским основам русской жизни. Однако опыт не научил вельмож ничему, и со Смутного времени Россия двинулась навстречу Петровским реформам. Бояре, подготовившие эти реформы, заимствующие преимущественно из умирающей Польши все самое худшее по части политической, начали еще при царе Алексее Михайловича активное наступление на авторитет Церкви. Их усилиями был дискредитирован замечательный русский человек, патриарх Никон. В Уложении 1649 года уже заметными стали стеснительные для церкви устремления светской власти. Ярким примером этому было введение на монастырских землях светской юрисдикции. В обычай московских бояр стали входить не только польские моды в одежде. Отступления от нравственных основ христианства вызывали обличения со стороны патриарха. Поссорив царя с Никоном, вменив ему все ошибки в деле исправления церковных книг, бояре устами собора 1666 года осудили патриарха и праздновали победу. Собор, осудивший Никона, признал правомочными, однако, все церковные деяния патриарха. Это было нелогично. Но о логике участники Собора не думали.
Коренным деянием Петра, на которое он решился не сразу и под влиянием наследников врагов Никона, стала отмена в 1721 году патриаршества и введение на протестантский манер коллегиального управления делами церкви — Св. Синода, в котором управлять был поставлен от царя Петра кавалерийский офицер. Не случайно Петра народ принимал за слугу антихриста, как позже — масонов. С Петра же начинается и история масонства.
Но еще ранее была ликвидирована Петром боярская дума. Бояре явно не понимали в своей борьбе с церковью и в своем шляхетском устремлении, что рубили сук, на котором сидели. Что же здесь удивительного? Ведь точно так же не понимали и целые поколения наших сытно и кудряво живущих интеллигентов из дворян, а затем и разночинцев, что, борясь с традициями и духовными основами русской самобытности, они рубят сук, на котором сидят, и сидят очень и очень красиво и вкусно. С осетриной и цыганами, с одной стороны, и прокламациями, призывающими к кровавой резне, — с другой.
Целым рядом государственных постановлений Петра и его преемников, особенно Анны Иоанновны, Екатерины II, русская церковь отстраняется от участия в делах государственных, и власть оказывается перед лицом новой и зловещей для себя и для всего народа силы: всемирной организацией вольных каменщиков, «строителями храма Соломона», средоточием «всеобщего единства». По мысли новой власти удел Церкви — простонародие.
В основу идеологии новой русской власти был принят заимствованный с Запада и враждебный любой положительной христианской религии деизм, ставший знаменем всей либеральной интеллигенции Европы. Деизм признает Бога лишь как Творца мира и его законов, без каких-либо последующих отношений Его к своему творению, то есть деизм совершенно отрицает всякий промысел Божий. Это значит, что со стороны Бога исключается всякое участие в жизни мира и человека, а со стороны человека бессмысленными становятся все молитвы, богослужение, и сама религия становится ненужной. Есть ли Бог, нет ли Его — для человека все равно. Бог деистов — это бог философов, ибо Творец есть лишь умозрительная концепция. Такого бога нельзя ни ощущать, ни мыслить в практической сфере человеческой жизнедеятельности.
Вселенная, по учению деистов, есть выражение Бога, его откровение, его «иероглиф», но сам Творец как художник, строитель не исчерпывается своим творением, а стоит вне его, хотя и выразил в нем свою сущность. Близко к этому учению стоит и пантеизм, по которому мир также есть следствие творения безличного Бога, но только мир и Бог составляют одно целое и, по существу, природа и Бог есть одно и то же. Мир в пантеизме есть следствие постоянного исхождения эманации из некоего центра — Бога безличного и неопределимого в словах и понятиях. Его сила и творит из предвечной материи наш мир вещей, природу по имеющимся в ней предвечным образцам. Поэтому природа есть творящий Разум, она есть Единица, ставшая целым, она есть некий иероглиф, который выражает саму сущность Творящего. Деизм, по существу, составил одно целое с пантеизмом в той системе, откуда он был заимствован интеллигенцией Нового времени. Любопытно, что в книге каббалиста Сен-Мартена «О заблуждении и истине» (1775) вместо слова «Бог» употребляется «Единица» и «Первая причина». Сокровенное учение евреев нашло здесь свое выражение.
Оба учения не случайны, и их корни совечны падшему человечеству. Эти учения представляют собой выражение той духовной пустоты, которая появляется у верующего как результат формального отношения к вере и Богу. Оставление молитвы, этого главного условия богообщения, отсутствие борьбы со страстями и похотями, произвол в мыслях и мечтательность, наступление чувственности — все это изгоняет из сердца Духа Святого.(Это специально для Лиры А.Р) Человек остается без Бога и не «видит» Его, не переживает Его и делает уступку своему чувственному «я»: Бог создал мир и ушел, оставив человеку его «природу» с ее похотями, желаниями, страстями. Они — Его порождение, и, значит, следовать им — вполне законно.
Отныне, с торжеством деизма-пантеизма, природа становится неким нормативом для человека. Все, что естественно, — хорошо. Деизм-пантеизм не знает первородного греха, не знает противоестества, извращения природы, так же, как не знает он и сверхъестества. Все, что есть в природе, — хорошо, и греха нет. Добро и зло исчезают из морали и становятся только синонимом плюса и минуса, свойственного миру физическому. Но что есть зло и что есть добро, этого пантеист не знает. Все относительно, и символическим выражением такой относительности становится шахматный пол масонских лож, черное передается белым и одно не может существовать без другого.
В этих учениях категорически отрицается возможность воплощения Бога в человека. Вся христианская религия отрицается начисто. Все европейское просвещение пошло по стезе деизма и, по существу, было его порождением. Именно его легализация в конце XVII столетия привела к реформе древнего масонства.
Историк масонства и сам масон Финдель по этому поводу пишет: «Нельзя сомневаться, что существует связь между этим движением (то есть деизмом. — В.О.) и позднейшим союзом Вольных Каменщиков (...), и не подлежит сомнению, что оно существенным образом способствовало превращению его во всемирный союз символических каменщиков» (Финдель И. Г., История франк-масонства, СПб., 1872 т. 1, с. 104).
Просвещение в лице своих «философов» двинулось сокрушать христианские святыни и довольно быстро дошло до русских берегов. Само это учение не родилось на голом месте и не возникло по догадке умных интеллигентов, само по себе. Это учение целиком входило в систему гностицизма, рожденного вследствие длительной обработки иудаизмом философии Платона и Аристотеля, но в первую очередь Платона. Не остались в стороне и чувственные сюжеты иудаизма, и в конце концов, в европейскую мысль все эти учения вошли через знакомство с еврейской каббалой. В знакомстве с этим учением и в проповеди его, выражаемой в различных философских системах, гуманисты Европы тратили свои лучшие годы и свои молодые силы; Кампанелла, Дж. Бруно, Фильчино, Пика делла Мирандолла, Р. Бэкон, Ф. Бэкон и др. Каббала, выраженная в символах, числах, имеющих чувственный характер, пронизанная эротикой, насколько вообще можно представить себе возможность сочетания эротики и геометрии, давала большой простор для спекулятивной мысли.
Если представить себе к тому же и ее демонологию, магию, то мы будем иметь весь комплекс того, что выразилось в средневековом гуманизме, а затем и в Просвещении. Именно призыв к «естественной религии», то есть к обожествлению «природы», призыв все понять рациональным умом и отвергнуть все, что ему, этому уму, непонятно, призыв обожествления человека и возведение эгоизма на пьедестал Бога — все это имелось в каббале и оттуда вошло в «просвещение», отсюда его антихристианский пафос.
Пропаганда эротики, разврата, совместно с плоской, формальной, «геометрической» рассудочностью, и высмеивание, опошление истин христианства и стало именоваться «просвещением». Беда была в том. что ни Вольтер, ни Руссо, ни Монтескье, ни сотни других писателей Просвещения не были мыслителями в высоком смысле этого слова.
«Религия деизма, — пишет Куно Фишер, — есть чистый монотеизм... Поэтому деизм (здесь и далее выделено в тексте. — В.О.) имеет и чувствует гораздо большее сродство с идеальным иудейством и с идеальным магометанством, чем с христианством. Отсюда объясняется то предпочтение, с которым немецкое просвещение относилось к иудейству...» (Куно Фишер. История новой философии, т. II, с. 398, СПб., 1863). Один из столпов европейского и европейского просвещения, Мозес Мендельсон, направив всю свою энергию на ниспровержение Христианской Церкви, обличая и критикуя христианское вероучение, настаивая на том, что только «естественная религия» и «естественный разум» имеют право на существование, писал, что только иудейское вероучение основывается не на божественном откровении, а на естественном познании и что «единственная цель иудейского откровения состоит в практических законах и житейских правилах» (Куно Фишер. Ук. Соч., с. 477). И надо добавить, что именно каббала возводит наслаждение и сексуальность в онтологию.
Именно в каббале Бог стал безличным началом, образующим вселенную путем эманации и посредствующих персонифицированных сил-сефирот. Такому Богу нельзя поклоняться, ибо он только нечто или даже ничто. Однако такое отрицание трудно выдержать, поэтому мир населен демонами и ангелами, духами, и с ними человек вступает в связь с помощью магии. За благополучным, «интеллигентным» фасадом «просвещения» стояла людоедская демонология и самое грубое суеверие. Настаивая на «естественной религии», проповедовали атеизм, главным содержанием которого было отрицание основного вероучения догмата христианства — триединства Бога. А ведь из этого догмата непосредственно следовало и боговоплощение второго лица св. Троицы — Сына Божия, Иисуса Христа, и его спасительной миссии на Земле. Атеизм получил название «монотеизма» в иудаизме.
Из такого «монотеизма», в котором Бог — ничто, вытекало и отрицание всей культурной жизни европейских народов, построенное на христианстве, как богооткровенной религии. Пытаясь всячески отвергнуть спасительную миссию Христа, делатели «просвещения» готовы были признать в христианской религии возвышенный характер ее нравственности и изображали дело таким образом, что само христианство есть только продолжение иудаизма, внесшее в него свою мораль. «Христианство считается продолжением и дополнением иудейства, — пишет тот же Куно Фишер, характеризуя отношение «просвещения» к религии христианской, — как «гуманизированный, моральный монотеизм», а поскольку главным представляется вера в естество и вера в это естество составляет «естественную религию», то нетрудно догадаться и о взаимоотношении естественной религии и иудаизма: «монотеизм иудейской религии образует основу и первый элемент религии естественной». (Ук. соч., с.371.) «Естественное» философов оказывается просто выражением Торы, с ее магией, алхимией, символизмом.
Каббала вошла в европейскую мысль в различных формах и доказала, насколько хорошо уживается рационализм с иррационализмом и насколько одно не может жить без другого. Петр I унаследовал идеи «просвещения» в учениях Гуго Греция и Пуфендорфа, сочинения которых он потребовал перевести и дать читать своему сыну, зверски впоследствии им замученному и убитому, Алексею. Либерализм стал шествовать по русской земле и в облике бездуховного «патриотизма». Петр унаследовал от европейских мыслителей «просвещения» идею служения некоему Государству, Левиафану Гоббса, которое важнее всех людей, населяющих это Государство. Народ — ничто. Государство — все. Личность — нуль, она только исполнитель воли Государства. Само же государство рассматривается как коллективная личность.
Идея военно-чиновничьего государства как последней цели всех человеческих устремлений входит через «просвещение»; она овладела Петром I и стала основным догматом власти чиновников над народом. В таком абсолютистском Государстве чиновник выполняет роль жреца, а Государство — церкви.
Первым по времени творением нового учения «молодой России», основанной на началах «естественных», а не богооткровенных, стало сочинение Феофана Прокоповича «Правда воли монаршей» (1722 г.), которое разъясняло читателю, что такое демократия, аристократия и монархия наследственная и избирательная и в чем преимущества и недостатки того или иного государственного устройства. Читатель благодаря Феофану знакомился с учениями «изряднейших законоучителей» Гуго Грация, Гоббса и Пуфендорфа, творцами того учения, в котором природа заменяла Бога личного. Проводилась мысль, что власть монарха до тех пор законна, пока она соответствует интересам народа. Каждому читателю закономерно могла прийти мысль: а соответствует ли та или иная мера правительства этим интересам? Мысль политическая покатилась по руслу, указанному трудом Феофана Прокоповича. Сочинение его распространялось по губерниям России правительством Екатерины I, будучи издано в числе 20 000.
Новая поросль чиновников, рожденная регламентами и артикулами Петра I, нуждалась в своей идеологии и получила ее в виде деизма. Но рационализм никогда не идет один. Ему нужен некий «материализм», который в ближайшем рассмотрении есть совокупность мистики в виде тех или иных суеверий и самой пошлой чувственности. Мистика власти того времени, то есть начала XVIII столетия, выразилась в вере в некое Государство, которое само по себе благо, независимо от блага населяющих его подданных. Такая вера была нужна государственным предприятиям Петра, так как все они шли вразрез с интересами конкретных людей, населяющих Россию, они оскорбляли их веру и национальное достоинство. Они были бессмысленными с точки зрения и военной и экономической, не говоря уж о том, что разрывали со всем национальным прошлым России. Сам факт строительства новой столицы говорил, что с кремлевским православным кругом своих ежедневных обязанностей, в котором религиозное и правительственное сливалось в единое целое, новое, «немецкое» правительство рвет навсегда. Назвать Петербург городом Самодержцев невозможно уже по одному его облику.
Начинается кризис власти. Будучи по своим нравственным обязанностям православной, эта власть среди православного народа исповедует чуждую ему «религию естественную».
Посреди стихии религиозной человек, вкусивший прелесть неверия, искал новых форм общения и новых средств удовлетворить свое алчущее истины сердце. Надо ли говорить, что «готовою организацией для объединения тогдашней интеллигенции являлись масонские ложи» (Семевский В.И. Политические и общественные идеи декабристов. СПб., 1909, с. IV). Замечание точное. Теперь новая идеология формирует чиновничий корпус.
На внутренний книжный рынок все больше и больше находит доступ литература «просветительская» и та, что составила главный ее нерв, — сочинения языческих философов, моралистов по преимуществу, Эпиктета, Плутарха, Сенеки, Цицерона, М. Аврелия и др. С годами крепнет и своя интеллигенция и появляются журналы для пропаганды новых взглядов. Уже в 50-е годы XVIII столетия масонские ложи объединяют крупных сановников России. Одновременно издаются и журналы, объединяющие интеллектуальные силы интеллигенции, ставшей с самого начала в оппозицию как к правительству, так и к Церкви. Не вся, но голос разрушительный был звончее, и был в фаворе у власть имущих.
Хотя Москва остается городом традиционной культуры, городом церквей и монастырей, хотя в ней ритм жизни подчинен по-прежнему религиозным обычаям и привычкам, однако и она не остается в стороне от столбовых путей европейского «просвещения». Центральным пунктом, можно сказать, цитаделью «просвещения» становится Московский университет, открытый в 1755 году волей опытного масона с широкими заграничными связями И.И. Шувалова, при активном участии Ломоносова, исповедовавшего, как известно, деизм и к православной вере относившегося весьма и весьма прохладно. Университет, единственный в Европе, не имел даже кафедры богословия. Кураторами университета с самого начала становятся масоны же; Херасков, подлинный его руководитель, в течение нескольких десятилетий руководит кружком студенческой молодежи, сплоченной вокруг журнала «Полезное увеселение» (1760-1762 гг.).
Именно в этом журнале проводятся общие мысли античных стоиков о суете мирской, что «мир есть тлен и суета, нетленна лишь добродетель» и прочее в том же духе. В соответствии с масонской идеологией, самодостаточная мораль должна была «заменить» Церковь. В целом же дух журнала соответствовал «тенденциям масонства первых трех степеней» (С е м е к а А.В. Русское масонство в ХVIII-м веке Масонство в его прошлом и настоящем, т.1, с. 130). Не лишено интереса и то, что именно в этом же журнале было опубликовано «Устроение жизни человеческой» Додели (1703-1764).
Книга заключала в себе излюбленные масонами нравоучения и касалась тех же вопросов, какими изъяснялись масонами в их актах и катехизисах. Она полностью вошла в состав «Карманной книжки для Вольных Каменщиков» в издании Новикова в 1783 году.
Обращение к моральной тематике долженствовало по своему содержанию внушить читателю мысль о ненужности Церкви в делах спасения и ненужности даже и самого Искупления кровью Иисуса Христа грешного человечества. «Спасение» человечества берет на себя масонство и Государство.
Бессчетные рассуждения на тему о некой добродетели с обильной цитацией языческих авторов, (не о вас ли, Лира, эти строки? А.Р.) преимущественно стоиков, заполонили книжный прилавок москвичей. Эпиктет, Сенека, Марк Аврелий, Цицерон и другие стали близкими знакомыми русских читателей. Весь яд языческой мудрости. все, что родило язычество в лице своих декадентствующих интеллигентов на вечерней заре античного мира, все, против чего выступило христианство как душепагубного, — все это вновь вернулось и пришло на русскую землю. Теперь «взыскующие истину» либералы перед грудой костей и черепов в масонских ложах клялись в верности врагам Церкви и повиновении ордену. Здесь формируются идеалы «гуманизма» и его носители.
Западноевропейские «философы» берут отсюда же весь арсенал своих философических мыслей, выношенных в течение веков в различных европейских эзотерических обществах, разного рода академиях, с тем, чтобы уже в конце XVII века, приобретя власть государственную, можно было вылезти на свет, не боясь попасть в руки инквизиции. Теперь инквизиция организуется ею: начинается преследование христианской веры, расшатываются основы этого вероучения. Движение «гуманизма», воспитанного на каббале, дало всходы вначале в виде разного рода ересей, как анабаптизм, альбигойство и им подобные, носящих явно манихейский характер, то есть тот же каббалистический, приспособленный к европейскому типу мышления.
Все они имели коммунистическую направленность, отрицали брак, семью, Церковь, сословное деление. Проповедовали моральную распущенность, необходимость лжи; имели иерархическое устройство, степени посвящения и руководимы были «избранными». Характерно, что «учение мандеев (из среды которых вышло манихейство. — В.0.) возникло, в иудейской среде...» (Трофимова М.К. Историка-философские вопросы гностицизма. М., Наука, 1979, с. 20).
«Ученая республика» гуманистов средних веков вошла в Новое время со всем своим идейным багажом. Этот идейный багаж Ч.У. Гекерторн определял так: «Совершенно противоположные идеи политеизма, пантеизма, монотеизма, философские системы Платона, Пифагора, Гераклита вместе с мистицизмом и демонологией, созданной каббалистикой после плена иудеев, все способствовало к образованию гностицизма». Этот каббалистический гностицизм и вошел в сознание русской либеральной мысли в середине XVIII столетия. В последующие времена, когда в бытовом плане практическое исповедание истин христовой веры было разрушено, для разночинной интеллигенции уже не требовалось такого напряжения ума, какой был нужен, чтобы одолеть отвлеченные сложности теософии, всего круга герметической литературы, чтобы узнать высоты каббалы, достигнуть знаний в практической магии. Тогда мысль этой части интеллигенции сосредоточилась на голом и пошлом отрицании. Родился нигилизм.
Но в середине XVIII века еще слишком остро стоял вопрос о Церкви и ее спасительной роли. Новое знание поэтому давалось как «истинное» христианство. И это понятно. Еще создатель манихейства Манес «понял обширную силу христианства и решился воспользоваться ею, скрыв гностические и каббалистические идеи под христианскими названиями и обрядами. Для того чтобы придать этому учению вид христианского откровения, он назвался Параклитом, возвещанным Христом своим ученикам, приписывая себе гностическим способом большое превосходство над апостолами...» (Гекерторн Ч. У. Тайные общества всех веков и всех стран. СПб., 1876, ч. 1, с. 196).
Дуалистические воззрения каббалы, вобравшей в себя идеи гностиков-манихеев, в которых материя, вещество объявляются абсолютным злом, из которого должна была быть извлечена «искра» духа — человеческая душа посредством все возрастающего «знания», вошли в сознание интеллигенции еще того времени, когда эти воззрения зародились в Римской империи I-Ш вв. по Р.Х., определили многое в сознании и русской либеральной интеллигенции. Поскольку материя — зло, делалось два прямо противоположных практических вывода: раз материя зло изначально и изменить своей природы не может, то пей, ешь и веселись. Дух не может преобразовывать материю, и их связь временная. Тело умрет, а душа будет совершать новые переселения в другие тела — так учила каббала, и так следовало по учению масонов. В другом подходе превалировали меланхолия и мысли о суетности мира и необходимости бежать соблазнов его. Но и здесь, в меланхолии, преобладала чувственность, правда, более утонченная, более интеллигентная. И это настроение соответствовало масонству.
На практике оба подхода прекрасно сочетались, внося путаницу для исследователей масонства. Оба были равнозначны, и сам подход зависел от произвола, а возможно, и от наличия здоровья и денег. Перед нами — апология атеизма. Грех не изгонялся, а регламентировался этикой.

Отредактировано Arkadiy Parovozov (Четверг, 28 декабря, 2017г. 00:15:32)

0

16

Вокруг Московского университета с первых годов его существования все более и более собирается «ученая республика», и ее усилиями издаются сочинения французских энциклопедистов: Монтескье, Дидро, Руссо. Когда знакомишься с содержанием издаваемых книг, когда видишь, как протесты иерархов церкви принимаются с насмешкой теми, кому поручено было стоять на страже благочестия и веры Христовой, то невольно вспоминаешь слова Герцена о том. что с Петра I правительство держало знамя просвещения в России («О развитии революционных идей в России»). И нужно было очень высоко держать это знамя, чтобы оторвать взоры либералов от родной земли и довести свои сердца до полного нигилизма, такого, когда этот либерал Герцен скажет всей Европе: «Мы свободны от прошлого, ибо прошлое наше пусто, бедно и ограниченно», а вся история сведется к навешиванию ярких идеологических жупелов: «московский царизм» и «петербургское императорство». (Ук. соч., см. в кн.: Герцен А.И. Эстетика, критика, проблемы культуры. М., 1987, с. 271.) (Герцен! Мы к нему сейчас вернемся! А.Р.) Для этих создателей идеологического типа мышления, взращенного в масонских ложах, вся живая и полнокровная жизнь заменялась на хлесткие ярлыки, скрывающие невежество, как основу «просвещения».
Чего стоит, например, такое определение русской письменной Культуры воспитанником Московского университета Герценом: «До XVIII столетия никакого движения в литературе не было. Несколько летописей, поэма XII века (Поход Игоря), довольно большое количество сказок и народных песен, по большей части устных, — вот все, что дали десять веков в области литературы» (там же, с. 215). (слова Лиры, о    том,    что    было До…! А.Р.)И если Герцен вещал так на всю Европу и был уверен в истинности своих слов, то ведь до такого невежества еще надо было дойти и для этого еще надо было кончить университет, эту колыбель «просвещения». Здесь нет иронии. Речь идет о характерном принципиальном неприятии национального предания.
С 60-х годов XVIII столетия в жизнь русского «образованного» общества входит Мефистофель «просвещения» — Вольтер и начинает вести с ним веселую и злую игру. Отныне печать Соломона стала все чаще и чаще ложиться на левое обнаженное плечо русского масона, все больше и больше появлялось желающих получить эту печать и все больше и больше интеллигентов целовало левую ногу Великого Мастера в надежде получить насыщение глада духовного и приобрести себе покровительство власть имущих. Ибо уже тогда, в 60-е годы, еще при Елизавете в обществе было известно, что масоны помогают своим членам делать карьеру и в их рядах состоят представители чиновной знати. В отличие от христиан масоны никогда не шли ни на какое мученичество ради идеи.
Достаточно было намека власти, чтобы ложи прекращали свою явную деятельность и спешили заявить о своей полной приверженности престолу. Намека... Но вместо намека правительственные чиновники спешили сами вступить во всемирное братство. Состав масонских лож, отмечает историк масонства Г.В. Вернадский, совпадал с составом чиновничества, и процент масонов резко возрастал по мере движения снизу вверх, в правительственные департаменты. Эта тенденция сохранилась и в последующие годы... И есть сильное подозрение, что это единственная дошедшая до нас традиция.
Масонство, с его преклонением пред мудростью каббалы и магии, самодовольство и невежество, самый грязный разврат, дьявольская насмешка над всем святым, над всем церковным, презрение ко всему народному и традиционному — все это закружило русское, в том числе московское, дворянство в каком-то диком сатанинском танце.
Общество предалось разгулу страстей самых низменных, самых непотребных. Вольтерьянство вошло в сознание потомков как разврат и фармазонство. Быть вольтерьянцем значило быть одновременно «передовым», значило быть масоном и было равнозначно нравственной распущенности. XVIII век — век просвещенного эротизма и веры в прогресс.
Коренная москвичка Елизавета Петровна Янькова вспоминала, говоря о своем брате: «Во дни его молодости, то есть в 1780-х годах, очень свирепствовал дух французских философов Вольтера, Дидерота и других. Брат князь Владимир очень любил читать, хорошо знал французский язык, а вдобавок у них в доме жил в дядьках какой-то аббат-расстрига. Вот он смолоду и начитался этих учений, и хотя был умный и честный человек, а имел самые скотские понятия насчет всего божественного, словом сказать, был изувер не лучше язычника. (...) Очень мне всегда грустно было видеть, что такой хороший и добрый человек, а так заблуждался, и всегда просила я Господа, чтобы он обратил его к себе ими же путями ведает, и, благодарение Господу, брат потом действительно прозрел и покаялся».
В другом месте она вновь вспоминает о брате: «Начитавшись смолоду Вольтера и Дидерота, он ни во что святое не веровал... я веровала, как учит церковь, он все отвергал, — что же тут говорить? Его не разуверишь, что он заблуждается, а слушать его было неприятно и страшно: христианин, а говорит как язычник, и лет сорок или больше не был на духу, не причащался...» (Благово Д. Рассказы бабушки. Л., Наука, 1989, с. 138, 328.) В своих воспоминаниях другой москвич, Жихарев, рассказал о жизни старика Алферова, который говорил ему о днях своей молодости, пришедшей на это же время, что не развратничать казалось в обществе чем-то несуразным. И стар и млад пускались во все тяжкие, «сильно способствовали разврату общественных нравов иллюминаты-алхимики». Этот Алферов рассказывал Жихареву, что они, эти иллюминаты-алхимики, «умели привлекать к себе молодых людей обольщением разврата, а стариков возбуждением страстей и средствами к тайному их удовлетворению. Для этих людей ничего не было невозможного, потому что не было ничего священного...» (Жихарев С.П. Записки современника. М., 1955. с. 230).
В этих воспоминаниях все интересно. Причем голос Яньковой — это голос настоящего русского человека, среди всех невзгод, среди всего вольтерьянства сохранившего чистоту своей веры и свою нравственность, свое сердце и душу. Мы слышим ее соболезнующий голос любящего человека, истинно православного, которому тяжело было наблюдать за гибелью своего брата, живущего «скотским обычаем». В рассказе старика Алферова мы прикасаемся к деятельности иллюминатов-алхимиков, а ведь в Москве таковыми были члены Ордена Розового Креста, в который как раз в это время входил и Н.И. Новиков.
Любопытно, кстати же, и то, что родственник Жихарева М.И. Невзоров, был учеником Н.И. Новикова, на его деньги обучался в Германии, по возвращении привлекался к суду, но избежал заточения, затем издавал журнал масонского толка «Друг юношества», в котором проповедовал идеи каббалистические и, начав как мистик, закончил самым неприкрытым вольтерьянством и атеизмом, не оставляя случая критиковать православную Церковь по каждому поводу и без повода, и притом без всяких для себя неприятных последствий. Вольтер разрушал все основания нравственности, насмехался над самыми святыми для любого человека вещами и превращал все свои произведения в длинный ряд сальных сцен. Вполне можно согласиться с Незеленовым (см.: Н.И. Новиков — издатель журналов. СПб., 1875), что любой сюжет, будь то война, приключения и проч., служил Вольтеру только для изображения грязных сцен насилия над женщинами. Особенно с любовью Вольтер вводил в эти сюжеты священнослужителей и монахов. Он специально проработал всю Библию, чтобы выбрать все эротические сюжеты. Надо ли говорить, какова была цена вольтеровскому скептицизму. Разрушив веру, нравственность, поселив в сердце дьявольскую усмешку, вольтерьянство оставляло человека среди нравственной и религиозной пустоты. Немногие шли по пути покаяния и возвращались в лоно Церкви, как брат Яньковой, который в конце концов «пожелал говеть, подробно исповедал все грехи и сподобился принятия святых Христовых Тайн. С тех пор он ежегодно говел, соблюдал посты и посещал храм Божий» (Рассказы бабушки, с. 329). Но надо признать — среди духовенства выходцев из знати не было.
Намного чаше в поисках утешения вольтерьянец приходил в другой храм — храм Соломона, строить который он и должен был с вступлением в члены Ордена Вольных Каменщиков.
При императрице Елизавете масонство, можно сказать, только-только выходило на широкую дорогу участия в политической и культурной жизни страны. Но «еще не было самого важного и необходимого условия (для широкого распространения. — В.О.),— не было еще русской интеллигенции, объединенной общими духовными интересами...» (Семека А.В. «Русское масонство в XVIII веке» в кн. Масонство в его прошлом и настоящем, т. 1, с. 132). Еще только по-настоящему начался процесс разложения «безыскусственного религиозного идеализма Московской Руси». И далее Семека продолжает: «Для того, чтобы масонство получило широкое распространение, чтобы оно могло сделаться тем русским общественным движением, каким мы видим его впоследствии, прежде всего нужен был... факт образования первой русской интеллигенции», но чтобы стать интеллигентом, оказывается, недостаточно, чтобы человек занимался умственным трудом. Он должен стать человеком, сформированным определенными идеями, у него должна быть «тенденция», а для этого он должен был испытать разрушение своего религиозного чувства, утратить веру в Спасителя и благодатную роль Церкви, он должен был, по словам Семеки, «испытать ужасное состояние душевного раздвоения и страданий от утраты душевной цельности, он должен был пройти подготовительный искус», и таким «искусом» было для русского общества насаждение руками просвещенной императрицы «вольтерианства». Оно было тем гробом для христианина, откуда он восставал масоном. В XX веке роль вольтерьянства в России сыграл марксизм.
Вольтерьанство вводило человека в тот страшный грех, который святая Церковь считает в числе смертных, убивающих душу еще при жизни, так что человек только по видимости живой.
Адский аспект сладострастия, которым полна была литература и до Вольтера, но который сосредоточил все свое внимание именно на этом пороке, был раскрыт во всей своей многосложности и многогреховности в апокалиптическом образе вавилонской блудницы:
«И увидел я жену, сидящую на звере багряном... и держала она золотую чашу в руке своей, наполненную мерзостями и нечистотою блудодейства ея. И на челе ея написано: тайна, Вавилон, мать блудницам и мерзостям земным. Я видел, что жена упоена была кровью святых и кровью свидетелей Иисусовых...» (Откр. Иоанна, гл. 17).
Великому апостолу и пророку удалось полностью раскрыть все сатанинские глубины блуда, наделенного всеми атрибутами земных привязанностей, внешним блеском, богатством, красотой, роскошью и мирской властью в их связи со «зверем из бездны» и «великим драконом, древним змеем-дьяволом», как главным орудием в растлении человека и в разложении его духовной цельности на бездуховные и безжизненные куски стремлений, похотей, желаний и мечтаний.
Что же удивительного, что именно вольтерьянство вело русского человека в масонскую ложу, в которой из него делали «сознательного интеллигента», «интеллигентного» работника (Папюс). Но что же именно нужно было сознавать, чтобы прослыть сознательным? Какой интеллект иметь, чтобы получить патент на интеллигентность?
Семека еще раз подчеркивает, что «путь, приведший к масонству главных представителей русской общественной жизни, был у всех совершенно одинаковым: все они прошли через вольтерьянство» (с. 134). Немало, впрочем, содействовало увеличению рядов русского масонства знакомство и с другими философами-просветителями: Гольбахом, Монтескье, Дидро и проч.
Разные авторы с разных сторон говорили, в сущности, одно и то же. Идеи анабаптистов-манихеев, альбигойцев, «жидовствующих», Нового Израиля излагались европейскими «просветителями» изящно, умно и не без помощи эротических скабрезностей. Скучные теории легко усваивались в упрощённом виде через беллетристику.
Одним из первых крупных, чисто масонских предприятий было издание при Императорском Московском Университете в 60-х годах XVIII в. «Переводов из энциклопедии» (Дидро и Ко), ч. I-Ш. Редактором издания был неутомимый М.М. Херасков, а в числе переводчиков мы видим исключительно масонов: А.И. Бибикова, гр. Шувалова, кн. Козловского, кн. Н.Н. Трубецкого и проч. Для привлечения новых адептов в ложи нужна была «новая» культурная атмосфера, которая и создавалась издательской деятельностью «братьев». Как ни крути, а именно они положили начало русской литературе. Это исторический факт. Литература же — апофеоз «гуманизма» без Бога.( Вы всё поняли, Лира?)
Лишь только окрепнув и потеряв опасения за свою безопасность, масоны двинулись на штурм книгоиздательской деятельности. И то сказать: не было никакой литературы для русского читателя, следуя которой он бы осознал необходимость перестать быть русским, отречься от своей истории, традиций, от спасительной веры и, в конце концов. пойти в подлинный университет каббалистических наук — масонскую ложу. «Учение Св. Ордена преподается (оно) под символами и иероглифами и только Св. Орден яко верная академия дает избранным токмо братьям таинства своя, состоящие в познании света натуры», — говорил в 1789 г. Великий мастер Орловской ложи — З.Я. Карнеев, орловский вице-губернатор. Задача создания нового цельного здания просветительской культуры со своими образчиками поведения, своими героями для подражания, своими тщеславными радостями и чувственными утехами встала во весь рост как необходимая антитеза церковному христианству, с его «узким путем» в Царство Небесное.
Переводчиками творений Вольтера становятся видные масоны: А.Р. Воронцов, А.П. Сумароков, Ив. Лар. Голенишев-Кутузов (переводит любимое произведение Екатерины II «Задиг»), Ал. Спиридов и др. Проблема отношения человека к Богу заменяется в беллетристике на проблему отношения человека к обществу.
Полного расцвета эта культурная просветительская деятельность масонов достигает только в 80-х годах XVIII столетия, когда создается для этой цели в Москве Орден теоретического градуса Соломоновых наук, входящий в состав розенкрейцерства европейского, с прямым подчинением Берлинским «братьям». Берлин в то время — прообраз нынешнего Вашингтона для наших демократов.
Этот Орден был основан именно в Москве не случайно, а в связи с новыми потребностями и задачами, стоявшими перед русскими «интеллигентными работниками» — масонами: создание своей интеллигенции. Вольтерьянство делало свое дело разрушения, и пора было подумать о том, что следует строить на пустом капище русского сердца. В Москве находился единственный в России университет. Поэтому сюда и был перенесен центр просветительской деятельности Ордена, главной функцией которого и было распространение выгодных Ордену идей. Розенкрейцер именовался еще «братом-иллюминатом» (см. Папюс. Генезис и развитие масонских символов. СПб., 1911).
Для уже прошедших искус вольтерьянства следовало теперь объяснять, что материализм просветительства вреден в том смысле, что задерживаться на нем нет смысла, надо идти дальше. В Ордене занимались углубленным изучением тайн магии, в том числе и с человеческой кровью, изучались глубины каббалы, содержащей эти тайны, и, как можно судить по многочисленным свидетельствам, в Ордене служили черную мессу в церкви при запертых дверях. Церковные облачения, которые были обнаружены властями у «братьев» при следствии по делу Новикова, использовались исключительно в черной магии и черной мессе, в служении дьяволу[39]. Известно, что Новиков сам причащал «братьев» ложи. Кощунственные обряды масонства известны: причастие, покаяние и исповедь и др.
И это, естественно, вытекало из самой доктрины масонства-гностицизма в его манихейском выражении. Дьявол есть хозяин этого вещного мира, и с ним нельзя не находиться в связи. Желание масонов иметь власть над природой, в том числе и над человеком, не могло не привести «братьев» к этой связи. Масонская литература полна призываний имени Господа Иисуса Христа, но можно без труда обнаружить, что речь идет не о евангельском Иисусе Христе. В гностицизме каббалы существует бесчисленное множество духовных сущностей, которым можно придать любое имя.
Не христианским духом веет от клятв масонов на груде костей, от обещаний мстить врагам Ордена, от муляжей королей, которым верный каменщик должен проткнуть грудь или отрубить голову, от жутких сочетаний циркуля, треугольника, квадрата и от застывших рисованных небесных светил, от поцелуев ноги Великого Мастера, от всевозможных клятв в молчании и беспрекословном подчинении невидимому начальнику. Все это навевает представление о какой-то кровавой языческой секте древности.
Если верно положение исследователя С.С. Ланды, что Орден иллюминатов Вейсгаупта был создан для реализации возвышенных идеалов «просвещения» (см. Ланда С.С. Дух революционных преобразований... М., 1975), то так же верно и то, что Орден Розенкрейцеров был создан для пропаганды идей того же «просвещения». По чести сказать, невозможно отличить общественные и политические программы этих двух организаций, и, кажется. Пекарский совершенно прав был, когда считал Шварца членом Ордена иллюминатов. В деятельности, повторяю, различий нет.
В 1769 г. молодой отставной поручик Н.И. Новиков, в свое время отчисленный из Московского университета, вдруг начал издавать журналы. Сначала один, потом другой и так почти двадцать лет. Новиков привлекает молодые силы к сотрудничеству, и вокруг него формируется кружок литературной интеллигенции. На протяжении почти всей своей жизни Новиков решал национальную проблему. Она его мучила и терзала, и он ее мучил и терзал, но так и не решил. Проблема сводилась поначалу к обличению французских мод, нравов, которые повредили исконные доблести наших предков. Там, в глубине веков, эти русские добродетели крепли и расцветали: в быту царствовала простота, помещики уважали крестьян, семьи были крепкие, и жены любили мужей и мужья жен. Народ уважал умных и справедливых бояр и оказывал им знаки любви и уважения. Первый журнал — «Трутень» — с яростью обрушивается на тех, кто поддался французскому влиянию и стал мотом, забыл труд и честь. В следующих журналах тема добродетели сменяется обличением древних же наших русских порядков, зато Вольтер попадает в число учителей человечества. Уже в 1772 г. Вольтер — это «прорицалище нашего века». Теперь в испорченности своих нравов виноват сам народ, взявший от «просвещения» самое худшее, когда полагалось взять самое лучшее. Начавшаяся во Франции через 20 лет революция, с ее невероятными жестокостями. бессмысленной бойней, убийствами женщин и даже грудных детей, показала, что было в «просвещении» худого и было ли там доброе.
Из журнала в журнал, из года в год нарастала критика русских нравов. Она становилась все более целеустремленной и начинала преследовать цель чисто революционную. Но об этом ниже. В самых мрачных красках рисует автор (или авторы) «Живописца», выходившего в 1772 г., жизнь и купцов, и монахов, и простого народа, который глуп и невежествен («Живописец», 1772, с. 120), и вот появляется такой пассаж: «...может ли Русский человек, не закрасневшись, осмелиться подумать, что он может в чем-нибудь поравняться с французом?» («Живописец»,  1772, л.7, с.63, цит. по кн. Незеленова).
Однако не все так просто обстояло с патриотизмом для Новикова. Он вновь и вновь возвращается к вопросу о добродетелях исконно русских и начинает издавать научные труды по русской истории при самой деятельной финансовой и моральной поддержке Екатерины II. Он издает в 1772 г. «Опыт исторического словаря о Российских писателях», в котором напрочь разводит в разные углы христианскую духовность и языческую беллетристику, затем знаменитую «Древнюю Российскую Вивлиофику», «Идрографию» и др. сочинения. Правда, в «Опыте исторического словаря» Новиков уже охотно хвалит Вольтера и ставит очень высоко тех российских писателей, кто пишет, ему подражая. Более того, он очень мягко и сочувственно отзывается о цинике и похабнике Баркове. К 1775 г. его сердце окончательно прикипело к Вольтеру и Дидро.
Его деятельность не осталась в тайне. Так же как и его мучения. Вольтер, Дидро, Монтескье — обычный путь вздохов и сожалений. Он пытался насытить себя в теме национального, но не насытил. 1775 год... в этом году Новиков сразу стал мастером стула, и началась его орденская карьера. Пройдет не более шести лет, и он станет во главе русского масонства вместе с несколькими избранными. Как мы увидим — не зря пафос «просвещения» в его журналах нарастал, а, с другой стороны, в его сатирах высмеивались и священники и монахи. Сама же роль церкви в деле духовного окормления никогда не была в поле интересов Новикова. Судя по его литературным трудам, Новиков не знал периода подлинной религиозности. Видна только его неприязнь к «наружной», т.е. православной церкви.
Хотел ли Новиков вступать в масоны, как он относился к масонству — все это риторические вопросы. Ответ на них дает его быстрая карьера в Ордене, его увлечение каббалистической стороной учения, полное забвение истин православия. Для него как бы не было 18 столетий христианской эры. Тысячи мучеников, исповедников, апологетов, иерархов, христианских философов, писателей, зодчих, — все это для Новикова одно недоразумение, не стоящее внимания.
Гельвеции, Вольтеры, Бентамы, масонская символика и иудейская магия, демонология и философия наполняют его душу. В 1777 г. Новиков во главе целого коллектива пишущей братии начинает издание первого масонского партийного журнала «Утренний свет». В «предуведомлении» он излагает некоторые сведения из натурфилософии, части масонского учения, и проводит мысль герметиков-каббалистов о «высоком достоинстве» человека. Человек, по мнению Новикова, должен проявить подобострастие к самому себе. Это обожествление человека, характерное для всех нехристианских учений, Новиков предлагает принять читателям безоговорочно, иначе они заслуживают, «чтобы мы их за диких... зверей почитали...»: «Сих нечеловеков наказывать» будет сатира. для них она будет «бичом». Следующие статьи излагают представления Талмуда о сотворении человека Энсофом.
Лотман полагал, что краеугольным камнем всех течений «просвещения». объединяющим их с масонством, служит антропоцентризм. Поставление человека на место Бога действительно составляет краеугольный камень Талмуда, в котором раввины управляют даже самим Иеговой и в котором весь мир служит человеку вместе со звездами, планетами, духами и Землей. В соответствии с этой мыслью Новиков доносит до читателя: «Всякий человек может некоторым образом сказать себе: «весь мир мне принадлежит», «человеки могут, по благоугождению своему, всем царствовать и всем учреждать». И это естественно: ведь сам Бог не смог обойтись без человека, только через него Он может осознать свое существование. Такова основная мысль Талмуда и всей герметической литературы. Эти идеи и понес Новиков, внедряя в сознание читателей. Дворянин русский занялся пропагандой учения раввинов.
Повторим, что каждый, кто не принимает такой концепции, кто стоит на позициях православного вероучения, — тот «недочеловек», тех надо почитать за «диких зверей» («Утренний свет», 1777 г., «Предуведомление»).
В основе христианства лежит учение о первородном грехе, повредившем всю человеческую природу, и о спасительной жертве Бога-Сына, своею кровью искупившего падшее человечество и даровавшего ему Свою Церковь для благодатной помощи каждому из нас, крещенных во Имя Его. Направленность «Утреннего света» ясна и понятна. Но не нужно думать, что Новикова потащили сразу в застенок за ересь или атеизм. Ничуть не бывало. Дело его процветало на выбранном им пути разложения христианского вероучения. Журналы Новикова представляют в самом возвышенном тоне языческих писателей и философов: Платона, Фукидида. Сенеку, Вергилия и проч. и проч. Одновременно появляются и имена западных мистиков: Юнга, Бёме, Ф. Бэкона, Геснера, Паскаля, Геллера и др. идеологов масонства. Рукою Новикова, как бы к нему кто ни относился, явно водит недоброе сердце. В каждой строчке слышна его ненависть к Церкви и Спасителю. Чего стоит, например, вот такое место из «Утреннего света»: вначале были славны в добродетелях иудеи, но слишком увлеклись обрядами. Им последовали греки, из коих славнейший — Сократ. «Ему следовали Платон, Эпикур. Зенон и многие другие. Потом варварство и происходившее от оного предрассуждение истребляли время от времени сие божественное учение и одержали верх. Наконец, Бэкон и Гроций возобновили путь, по которому следовали Волфий, Николе, Паскаль... Сие столь нужное учение, от которого зависит благополучие как частного лица, так и целых фамилий и обществ, сия божественная наука должна ли быть у нас в пренебрежении?» (Заключение журнала под названием «Утреннего света».)
Итак. божественная наука — языческая философия, без которой жить невозможно по-людски, — была в гонении от «варварства», то есть от христианства, наступавшего на погрязший в разврате языческий мир со всеми его суемудриями. Но вот вновь всходит утренняя заря: Новиков перечисляет имена тех. кто вошел в анналы человеческой мысли как каббалист, мистик или деист и — в любом случае — как враг Церкви.
Темы учения стоиков, дуализм тела и души варьируются в журналах Новикова в русле всей масонской литературы и просветительства того времени.
В области социальной Новиков неустанно критиковал с позиций «естественного права» все сословные различия и, по существу, отрицал законность власти царя. О том, что царь — помазанник Божий, Новиков как бы не подозревал. Для него это пустой звук. Из года в год Новиков в духе своих орденских начальников занимался дискредитацией русской государственной жизни, построенной на основах народного обычая и царской власти, имеющей своим источником Русскую Церковь.
Как следует из всех масонских уставов, актов и других документов. Орден стремился внести полную унификацию во всю человеческую жизнь и во все ее формы: никаких наций, никаких сословий, никаких государств, одна религия без вероисповедания и на всех одно имя, на всех одно правительство. Эта программа выражена одинаково и в уставах баварских иллюминатов, и в «Разговоре для масонов» Лессинга (1774 г.), и во всех творениях и сочинениях масонов. Именно на борьбу с народами с их самобытностью, на борьбу с религиями положительными и богооткровенными, христианскими, на борьбу с наследственными формами власти и были брошены все интеллектуальные силы Ордена по всей Европе. Но что такое с этой точки зрения сам Орден и чего он хотел?
В многочисленных речах московских масонов и их подчиненных в других городах, из имеющихся писем масонов, конспектов лекций на заседаниях лож вырисовывается такая картина. Орден есть «всемирная церковь», а члены высоких градусов в Ордене — священство, призванное от века управлять миром. Поэтому нынешние правители все узурпаторы и должны быть выброшены из своих уютных гнездышек. Им уготована в Ордене смерть (см. «Исповедь франк-масона» у В.И. Семевского в книге «Политические и общественные идеи декабристов», СПб., 1909)[40].
Народ дик и невежествен. Люди — дети и нуждаются в опеке со стороны просвещенных братьев Ордена. Социальные мечтания масонов сосредоточивались на мысли об авторитарно-тоталитарном государстве с социалистическим устройством. Эти идеи выражены отчетливо в любимой книге масонских розенкрейцеров — «О заблуждениях и истине» Сен-Мартена, в «Начертаниях истинныя теологии», также настольной книге московских масонов, в «Истине религии», также весьма почитаемой ими, и в других произведениях (см.: Вернадский. Русское масонство при Екатерине II). С этой точки зрения масоны и воспринимали существующий порядок как нарушение справедливости, как самозванство нынешних властей, которые должны уступить власть законным хозяевам — чиновникам Ордена, в котором чины достаются, уж конечно, по заслугам. Они «истинное священство», как говорилось в одной речи мастера стула З.Я. Карнеева, уже знакомого нам. Так или иначе, но именно таким мироощущением пронизана была русская либеральная интеллигенция, без конца утомляющая слух окружающих обвинениями в деспотии царей даже там, где никакой деспотией не пахло, в несправедливости властей и бесконечным отрицанием всех правительственных распоряжений. Масоны обвиняли в деспотии более чем либеральных правителей России, дававших им возможность безбедно жить, свободно провозглашать идеи социализма и коммунизма и объединяться в тайные общества. Между тем жалобы и обвинения в тирании были вполне искренни, так же как намечавшийся масонами военно-чиновничий строй в случае их прихода к власти (см.: Щербатов М.М. Путешествие в страну Офирскую, 1784)[41].
«История» масонов, то есть их изложение истории народов, преподаваемая в ложах и пропагандируемая через печать, — это история просвещенных истиной пророков, пытающихся помочь диким и невежественным народным массам создать правильные государственные и общественные отношения, просветить их по части добродетели, подарить им науку и искусства. Пророки-герои в конце концов гибнут, но дело их подхватывают их тайные последователи, которым они успевают передать свои знания. Такой подход характерен и для журналов Новикова. Эта парадигма масонства вошла также в сокровищницу либеральной мысли ХVШ-ХIХ веков и дала начало романтизму в литературе. Из оккультизма она перекочевала в «интеллигентное» сознание. Культ героев дал литературе романтизм, а презрение к личности — социализм. Немало такому взгляду на народ способствовало и само вольтерьянство. Своей проповедью чувственных наслаждений, как последней цели всех человеческих усилий, оно поощряло стремление к роскоши, усиливало вымогательство денег у крестьянства и заставляло смотреть на него только лишь как на источник дохода. «И потому, — пишет Незеленов, — едва ли ошибется тот, кто скажет, что вольтерьянство поддерживало в нашем обществе екатерининских времен то неслыханное презрение к простому народу, какого не знали прошедшие века нашей истории» (Незеленов, Ук. соч., с. 67-68). По воспоминаниям Селивановского, не чужд такого презрения был и сам Радищев (там же, с. 76). А теперь послушаем Горького и посмотрим, не услышим ли мы тех же вольтерьянских и масонских напевов уже в XX веке: «Интеллигент всегда, без колебаний жертвовал своей жизнью во имя интересов и требований полудиких масс... русская интеллигенция в течение почти 100 лет мужественно стремилась поднять на ноги русский народ, тот народ, который до сих пор остается зверем. Очень часто этот лютый зверь охвачен безумием, которое внушает страх и ужас» (цитировано по брошюре Эрдэ «Горький и интеллигенция», изд-во «Девятое января», М., 1923 г.). Горький, плод масонско-иудейской идеологии, гуманист!
Уже Вернадский (кн. «Русское масонство при Екатерине II» Пгд, 1917) заметил, что филантропические устремления масонов должны были превратиться в случае их прихода к власти в стремления социалистические. Социализм — это каббалистическое учение о восстановлении Всеединства.
«Утренний свет» (1772 г.) решительно настаивал на том, что бедные имеют право требовать помощи у богатых лишь потому, что те богатые. Интересны доводы журнала: «Вы сыны счастья! — обращается он к богачам. — Скоро умеете расчисляти. Исчислите же, сколько тысяч тварей нашего рода должны нищенствовать для того, чтобы один из вас мог ежегодно 40 или 50 талантов проесть?» И далее следует угроза: богатые должны делать добро, «чтобы устранить от себя ненависть, вдыхаемую видом сластолюбия и расточения вашего в сограждан ваших», которым едва хватает средств, чтобы приобрести для детей своих хлеб.
Статья написана с позиций зависти и злобы, и Незеленов замечает «Статья допускает, как кажется, возможность революции бедных» (Ук. соч., с. 242).
Дискредитация власти в журналах усиливается по мере продвижения Новикова по лестнице масонских градусов. Не упускается случая высказать мысль, что звание царя — ничто, а главное — это личное достоинство («История Троглодитов» — «Утр. свет», ч. VIII), восхваляются вольные порядки Англии, где царствует Конституция. Царь только тогда царь. пока его действия идут на пользу народу, иначе он просто тиран, деспот и всякий волен не признавать власти такого государя. Эта тема назойливо повторяется Новиковым из журнала в журнал, не встречая никакого противодействия со стороны власти. Впрочем, сама Екатерина II следовала дорогой Вейсгаупта по пути просвещения.(Ещё один камешек в огород Лиры. А.Р.)
Не уставая просвещать русских читателей и вводя все новые имена философов и все новые произведения этих философов, Новиков и его сотрудники знакомят и читателей с эзотерическими орденскими идеями. Так, например, в 1785 г. в «Покоящемся Трудолюбце» (ч. IV) появляется статья «О науке называемой каббале». В статье говорится о каббале «позволенной», с помощью приемов которой можно открыть тайный смысл Библии и изъяснить «правильно» даже Евангелие, как это делал «славный ученый Пика», и «непозволенной». С помощью этой каббалы можно повелевать демонами и употреблять знание для околдования.
Таков основной круг идей, с которыми выступил Н. И. Новиков на арене русской общественной и просветительской деятельности
. В 1778 году он, живя в Петербурге, знакомится с М.М. Херасковым, Н.Н. Трубецким и другими московскими масонами и переезжает в Москву в 1779 г. Здесь он встречается с приехавшим «немчиком» И. Г. Шварцем. Складывается тесный кружок масонов, которые проявляют ревность в делах просвещения и составляют сначала «сиянтифическую» масонскую ложу, то есть научную, а еще позже московские масоны в числе тех же лиц и еще нескольких поступают в распоряжение Берлинских начальников и входят в «Общество братьев Розового Креста». (1781 г.)
Как пишет Т. Соколовская, «это было посвящение на всю жизнь». Кровью, взятой из жилы, писали клятву верности и молчания и беспрекословного подчинения начальникам. Каждые три месяца — подробный отчет о всех своих делах и переживаниях начальнику. Кроме того, в архив Ордена поступал и портрет «брата»[42].
Каждые же три месяца братья должны были приносить начальнику всю свою корреспонденцию, и уже начальник определял, что оставить для архива ложи. а что можно сжечь. «Братья Златорозового Креста в России были избранными в среде избранных» (Соколовская Т.О. Братья Златорозового Креста. — Русский Архив, 1909, № 9, с. 89). Дерзать мечтать быть принятым в Розенкрейцеры могли лишь братья «сильной воли, светлого ума и строгой жизни». Их политические устремления: «соединение всех наций и племен в одну всемирную семью» под главенством «священников» Ордена. Ввиду огромности, «важности цели, они оправдывали все средства для ее достижения» (Соколовская Т.О. Ук. соч., с. 89). В Ордене практиковалось достижение «сверхнатурального состояния» с помощью самоуглубления, чтения определенных книг и специальных мантр (заклинаний) и механических приемов. В этот момент считалось, что душа масона бродит в потустороннем небесном мире, посещает планеты и может беседовать с великими героями. Ему открывалась книга «Судеб» человеческих, и он становился «избранным», «просветленным», кому само небо повелело вести братьев к победе, к власти.
Среди участников московских руководителей Ордена, решивших все свои силы отдать издательской и педагогической деятельности, мы видим представителей преимущественно знатного и богатого русского барства. Исключение составляли лишь сам Новиков, его друг С.И. Гамалея и И.Г. Шварц. Первая задача московских Розенкрейцеров состояла в том, чтобы создать круг чтения начинающего масона, для чего потребны были переводчики. Нельзя считать случайным, что в качестве базы Орден использовал университет. Работа с молодежью всегда была одной из главных забот масонов. В специальном журнале ордена читаем: «ни о чём толико не было прилагаемо стараний, как о воспитании юных чад ордена...» («Свободно-каменщицкий магазин», Предисловие. М., 1784).
Здесь же, в университете, была и крупнейшая типография. С помощью куратора Хераскова Новиков берет в аренду типографию сроком на десять лет, до 1 мая 1789 года, а Шварц с помощью того же Хераскова быстро зачисляется в штат профессором университета. В течение трех лет «братья» создают Педагогическую семинарию (1779), «Собрание университетских питомцев» (1781 г.) и Филологическую семинарию, или Переводческую. Все эти предприятия направлены на вовлечение студентов в Орден. Шварц в целом ряде лекций развивал темы из каббалы и в конце концов удостоился обвинения в том, что он вовлекает молодежь в масонские ложи. Шварц неуклюже оправдывался.
Каббалист Бёме стал альфой и омегой московских маронов. Его учение и излагал Шварц студентам, как и классическую легенду ордена о тайном знании, передаваемом от Адама и через Моисея.

0

17

Юная поросль российского юношества активно участвовала в литературных начинаниях, вызванных к жизни волей их масонских благодетелей. В собраниях читались переводы, оригинальные сочинения студентов, назначались премии, лучшие сочинения печатались в масонских журналах. Такие журналы, как «Московское ежемесячное издание» (1781 г.). «Вечерняя заря» (1782 г.), выпускались преимущественно силами студентов Московского университета, да и в других журналах они также принимали значительное участие. Многие из юных питомцев стали известными масонами, профессорами университета, издателями, литераторами, заняли видные посты в иерархии государства.
Здесь, в этих центрах масонской науки, получил путевку в литературу Карамзин, всегда с благодарностью вспоминавший Новикова, здесь же возрос как масон и как издатель и литератор А.Ф. Лабзин, издававший в 1806 и в 1817-1818 гг. «Сионский вестник», орган пропаганды масонского мистицизма, и кому обязан своим продвижением в видные архитекторы А.Л. Витберг, друг Герцена, который, вероятно, и посвятил последнего в масонство; среди студентов же масонских семинарий мы видим и А.Ф. Малиновского, ставшего затем директором Архива Министерства иностранных дел и оказавшего большую помощь Карамзину. Участниками изданий масонских журналов был и будущий профессор университета и директор благородного пансиона, председатель Общества Любителей Российской словесности А.А. Прокопович-Антонский, и видные впоследствии журналисты П.А. Сохацкий и В.С. Подшивалов.
Бывший секретарь Хераскова П.И. Страхов, выпускник университета, стал деятельным масоном — с одной стороны, а с другой — профессором университета и в начале следующего столетия директором университета.
Таким образом, Орден «Розового Креста» осел на ниве просвещения и вырастил здесь богатый урожай либеральной мысли.
В 1782 г. братья и кавалеры «Орла и Пеликана», московские Розенкрейцеры, создали в качестве своего юридического лица «Дружеское общество» как филантропическое на ниве педагогики, а еще через два года была ими создана Типографическая Компания (1784 г.), в руководство которой полностью вошли все «братья» «Розового Креста». Дело книгопечатания было поставлено на широкую ногу. «В XVIII в., — пишет Герцен, — русская литература, по сути дела, являлась лишь благородным занятием нескольких умных людей и не оказывала никакого влияния на общество. Серьезное начало этому влиянию было положено франкмасонами, сразу придавшими другой характер литературному дилетантизму. Франкмасонство было широко распространено в России...
Глава его, Новиков, был одной из тех великих личностей в истории. которые творят чудеса на сцене, по необходимости погруженной во тьму, одним из проводников тайных идей (...) Во всех этих предприятиях Новиков пользовался огромной поддержкой франкмасонов, будучи великим мастером масонской ложи».
Это было «великим делом» «во имя нравственного интереса». (Герцен, «О развитии революционных идей в России».)

Кроме авторов-просветителей с Запада, все большее количество литературы. издаваемой Компанией, приходится на мистико-каббалистическую литературу и собственно масонскую, издаваемую в тайной типографии у Меньшиковой башни. Лонгинов пишет по этому поводу:
«Новые книги, появившиеся в Москве с 1779 по 1784 г. ...составили весьма значительный процент в общем количестве русских книжных новостей и внесли почти совершенно новый элемент в текущую литературу, оригинальную и переводную. Это новое явление было исключительно результатом деятельности так называемого мартинистского круга, особенно же Новикова. Толчок, данный ею, отозвался и в Петербурге: нетрудно проследить и там появление за это время книг, сходных по своему духу с теми произведениями, которые распространялись московскими мартинистами» (Лонгинов, 226). «Дружеское общество», будучи объявлено как филантропическое, получало щедрые пожертвования со стороны состоятельных москвичей и, конечно, самих членов Общества. Уже в 1783 г. на счет «братьев» воспитывалось в семинарии переводческой и педагогической до пятидесяти человек юношей. «Щедрые пожертвования, — пишет Лонгинов, — давали обильные средства для содержания на счет «Общества», этого рассадника деятелей на поприще мартинизма, из которого вышли известные впоследствии мистики и масоны» (203). Добавим — но и историки, писатели, поэты, ученые и даже митрополиты[43].
Напрасно поэтому профессор Шварц доказывал, что его курсы лекций не были пропагандой масонства. Напрасно он приводил такой довод, что раз масонство есть тайна, то его и невозможно проповедовать. Увы, «лекции Шварца... служили истинной школой масонства». («Русский Вестник», 1864. № 8). Надо отдать должное — Шварц тратил на дела просветительские все свои средства.
Типографическая Компания издавала самые различные книги, и в том числе такие, которые подвергала критике на заседаниях своих лож в Высших градусах, как лишенные мистического начала, механически трактующие мироустройство. Так, Шварц критиковал учение, например, Гольбаха. Критические выпады делались на заседаниях «теоретического градуса соломоновых наук», к которому относились наши Розенкрейцеры, и в сторону Вольтера и Руссо. То, что было полезно для интересов Ордена в качестве начальных ступеней, на более высоких уже не могло принести пользы.
Наивно противопоставляя зачастую французскую философию, как рационалистическую немецкой иррационалистической философии, зачастую не понимают всей условности деления на рационалистическое содержание философии и иррационалистическое. Любая рациональная система мышления имеет иррациональные корни, а иррациональная система мышления на самом деле рациональная по принятому в ней стандарту.
Любое познание имеет и ту сторону, и другую. Немецкая же иррациональная философия вся целиком берет свое начало от средневековых каббалистических мистиков, как Раймонд, Луллий, Беме, которому особенно много обязаны Гегель и Шеллинг, Флюдд, Альберт Великий и другие. Все эти мистики составили идейное содержание масонства прошлого и настоящего. Здесь идейные корни социализма и либерализма. (См. «Краткая еврейская энциклопедия». Иерусалим, 1988, т.4, с. 5).
Тесная связь московских масонов-просветителей с Берлином выразилась и в том внимании, которое стали оказывать Новиков и Шварц публикациям немецко-еврейских писателей, как Мозес Мендельсон, Лессинг и другие. Видимо, из лож Германии пришла волна и сентиментализма в литературе. Чувствительные воздыхания стали с легкой руки масонов-литераторов признаком высокой добродетели (см. сб. «XVIII век», № 11).
В результате деятельности Типографической Компании «братьев Розового Креста» была создана громадная по числу и разнообразию литература — и художественная, и философская, и мистическая, сплошь переводная или скомпилированная самими братьями. В результате деятельности масонов-переводчиков русский язык стал менять и свою лексику, и сам синтаксис. Вводились новые слова и новые понятия, которых не было в русском языке. Столь же успешно из употребления исключались тысячи русских слов, которым не находилось места в этой мистической литературе иудаистского толка. Создавался жаргон интеллигентов Москвы конца XVIII столетия, который и лег в основу современного литературного русского языка.(Очень ценная мысль, мы говорим на масонском жаргоне. А.Р.)
В 1792 году Новиков был арестован за связь с наследником престола Павлом Петровичем. Известно, какие надежды возлагали русские масоны на цесаревича. Он был своим, полностью сформированным братьями. С конца 80-х годов ждали смерти Екатерины II, и не только в России, но и на Западе. Перед Розенкрейцерами в случае смерти Екатерины II открывался путь к власти над всей Россией (см.: Вернадский. Ук. соч., с. 230).
На допросе Новиков лгал, ссылался на забывчивость и в целом вел себя как опытный конспиратор: не знаю, не видел, забыл. Вовремя каялся, бил себя в грудь и требовал к себе строгой кары. Его ответы на вопрос об иллюминатах напоминают злое юродство над следователем. Но все-таки ответ на один вопрос можно считать правдивым, поскольку он подтверждается и другими данными.
Следователь задал вопрос об университетской ложе. На этот вопрос Новиков ответил так: «Прозвана же она (ложа) была университетской потому, что из университетских, сколько их там было, то почти все в ней были, но были и другие. Мастером же стула ложи был профессор Страхов», — пояснил Новиков.
Итак, сколько их там было — все каменщики и плюс еще студенты, вовлеченные в общество строителей храма Соломона. А ведь университет был главным поставщиком чиновничества.
В деятельности «братьев Розового Креста» в Москве все извивы масонского пифона видны, как в террариуме. Есть обширная тайная организация, руководимая из Берлина; она создает легальные просветительские организации, объединяет и воспитывает студентов, создает литературные объединения, организует семинары по философии, педагогике, литературе, формирует общественное мнение.
Как вспоминает известный русский историк Б.Н. Чичерин, «Московский университет сделался центром всего умственного движения в России. Это был яркий свет, распространявший свои лучи повсюду...». Герцен вторил ему: «... университет рос влиянием, в него, как в общий резервуар, вливались юные силы России со всех сторон, из всех слоев; в его залах они очищались от предрассудков, захваченных у домашнего очага... До 1848 г. устройство наших университетов было самое демократическое» («Былое и Думы», цит. по кн.: «Московский университет в воспоминаниях современников». М., 1989, с. 116). А ведь это были годы николаевского уже «деспотизма». Впрочем печать была при всех царях либеральной.
Результаты такого очищения испытал на себе и Лубяновский, который учился в университете в 90-х годах XVIII столетия: «Из семинарии я вышел с благоговением к Евангелию и учению Церкви, с покорностью начальству и не от страха, а по чувству необходимости в руководстве, с привычкою к нужде, с равною охотою к учению и к исполнению обязанностей, в чем бы они ни состояли. В университете семинарское семя не скажу чтобы совсем заглохло во мне; но по мере развития во мне круга понятий странные мечты вкрадывались в голову... забавная самонадеянность: не только я умел бы сам везде ходить без помочей, но и других водить» ( О как! Сама ничего не знаю, знать не хочу и не буду, но других осуждала, осуждаю и буду осуждать. Кого то мне это напоминает. А.Р.) (Московский университет в воспоминаниях современников. М„ 1989, с. 46-47).
Известно, что эти странные мечты привели Федора Петровича Лубяновского в масонскую ложу, и через несколько лет его имя значится в ложе «К Мертвой голове», которая «работала» в Москве в начале XIX века. В этой ложе он «работал», кстати, вместе с Н.С. Мордвиновым, которого декабристы прочили в будущее временное правительство и который очень не любил Русь и очень любил Англию и любил сочинять конституции; здесь же мы видим и министра просвещения А.К. Разумовского (1748-1822), друга каббалиста Сен-Мартена, преподавателя Московского университета А.Х. Чеботарева, руководителей московского масонства и Ордена Розенкрейцеров, соратников Новикова — князей Трубецких, А.Ф. Лабзина, О.А. Поздеева, московского почт-директора Ф.П. Ключарева, замешанного в распространении французских прокламаций в Москве в 1812 г.
В приведенной цитате из воспоминаний Лубяновского интересна вот эта деталь: у юноши (Лиры! А.Р.) еще не обсохло молоко матери на губах, но яд невежества в интеллектуальной оболочке создавал иллюзию всезнайства, хотелось поучать других. В 1861 г. Герцен в «Колоколе» призвал университетских недоучек идти в народ, учить русских крестьян правде и истине. Чему они могли научить? Бога нет, человек от обезьяны, царя не надо. Вот и вся мудрость.
Истина конкретна. Либерализм, «дух времени», «буря перемен», «ветер свободы» — это все идеологические эвфемизмы, иносказания. Историю делают люди. и поэтому она существует. Для нас должно быть интересно, кто обеспечивал организационно этот «дух просвещения», кто финансировал, кто прикрывал опасные затеи сверху — со стороны правительства, цензуры и полиции, кто составлял планы выпуска тех или иных книг, определял их тираж и цену.
«Сразу возникает вопрос, — пишет В .И. Рабинович, — как осуществлялась пропаганда в Российской империи 90-х годов XVIII в. не только материальных основ, но и вольнодумной «философии истории», а главное. обоснованных и вытекающих из этих постулатов идеалов антицаристского «бунта»? (Рабинович В.И. Вслед Радищеву. М., 1986, с. 117).
Относительно материалистической философии вопросов не может возникнуть: сама императрица Екатерина II — и на практике, и в личной жизни — услаждалась амурами, и именно ей принадлежала инициатива пропаганды разрушительных антицерковных и антимонархических идей Дидро, Вольтера, Монтескье и прочих вольнодумцев. Именно она повела решительное наступление по совету своих западных просветителей — друзей и масонов — на русскую Церковь и полностью отобрала у нее все ее имущество, даже те вклады, которые делали люди на помин души своих близких. (См. Маккавеев П. «Религиозно-церковные воззрения имп. Екатерины II. — «Странник», 1904, т II, ч. 2).
Но Рабинович приводит и интересные факты. Например, он выяснил, что главный следователь в деле Новикова Шешковский, находился в близких отношениях к семье вольнодумцев и ростовщиков из старообрядцев Каржавиных. Он обнаружил, что Шешковский получал немалые деньги от этих оборотистых дельцов, не верящих в Бога, но твердо верящих в тот постулат, которым отец Чичикова одарил своего оборотистого, хотя и неудачливого сынка: «Копейка, копейкой-то все прошибешь!»
Непосредственные выпады против царицы, богохульство в книгах, пропускаемых в печать, проповеди социалистических идей — «все это было возможно, конечно же, лишь при странном бездействии начальника тайной канцелярии Шешковского, при невежестве такого цензора, как санкт-петербургский полицмейстер Жандр, при либерализме цензоров-профессоров Московского университета Барсова и Брянцева, при содействии Новикова, при горячей поддержке друзей» (Ук. соч., с. 118). Заметим: «при странном бездействии...» Сколько будет впереди ещё «странного».
Конечно, подкуп мог иметь значение, но ведь и над Шешковским было начальство, и книги мог читать каждый. Может быть, и играло тут роль невежество того или иного чиновника, но картина распространяемого, этого подтачивающего сам строй либерализма, с годами не менялась — менялись только цензоры, но и их назначали исключительно из либералов же, зарекомендовавших себя на этой стезе. Дело тут не в тупости или невежестве. Цензоры назначались чаще всего из профессоров университетов.
Когда шел допрос декабристов и им задали вопрос, что способствовало образованию у них либерального образа мыслей, то они в один голос отвечали: само правительство. Именно правительство декларировало необходимость конституции, а со времен Феофана Прокоповича ставило вопрос о формах правления на открытое обсуждение в обществе.
Еще в 1790 г. священник Самборский, наставник вел. кн. Александра Павловича, писал гр. Н.И. Салтыкову: «Вольноглаголание о власти самодержавной почти всеобщее, и чувство, устремляющееся к необузданной вольности, воспалившееся примером Франции, предвещает нашему любезному отечеству наиужаснейшее кровопролитие». (Семевский В.И. Идеалы и общественные взгляды декабристов. СПб., 1909, с. 21).
Ругать правительство и все его мероприятия стало модным с первых шагов масонской интеллигенции в России. Не к тому, что все интеллигенты были масоны, а к тому, что все масоны были интеллигенты. Два столетия Романовы выращивали в России социализм. (Романовы! А.Р.)
Касаясь описываемого нами периода, Тукалевский, историк масонства, пишет, что «масонство было идентично тогда с понятием интеллигенции в настоящее время» (Масонство в его прошлом и настоящем, т. 1, с. 190).
Точно так же употребляет эти два слова как синонимы и Папюс, и другие авторы масонства. Масон — это «сознательный работник». Точно такой же термин, но уже в отношении интеллигентов применяет и народник Ткачев. Причем речь не идет о профессиональных занятиях человека. Он может быть и рабочим, и купцом. Речь идет о человеке, принявшем определенный символ веры, о человеке с выраженной «тенденцией». Какой и куда устремленной?
Этого пункта в либерально-нигилистической идеологии нельзя не коснуться. Вся русская либеральная мысль шлифовалась на отрицании. Выкиньте из Герцена его пафос отрицания, и из многотомника собраний сочинений его трудов едва ли останутся две-три неинтересные (так у автора, скорее всего ошибка, на самом деле надо читать – едва ли останутся две-три интересные страницы А.Р.) страницы. У главы Ордена иллюминатов была такая же точно отработанная система отрицания во всех сферах, куда идеология может въехать незаметно и под приятным соусом. В первую очередь — это искусство и публицистика. Но созидательного в них — кот наплакал. (Блестяще! Не так ли ведет себя наша уважаемая Лира? Лить грязь значит умеем, а сгенерировать свежую мысль – нет! А.Р.) Посмотрим, что же должно было наступить вслед за победой Ордена, или что предлагали просветители взамен «отжившему мещанскому филистерскому обществу».
Радищев был воспитан французом-гувернером, бывшим советником руанского парламента. Он учился сначала в Пажеском корпусе, затем в Лейпциге вместе со своим другом Ушаковым. Он был хорошо знаком с идеями Мабли (1709-1785) и хорошо усвоил их. Идеи Мабли не были оригинальны, как и идеи самого Радищева. Эти идеи имели устойчивую традицию и составляли социальную доктрину тайных академий гуманистов, о которых уже шла речь. Через Радищева можно слушать самого Мабли и всю «просветительскую» Европу со времен Кампанеллы и Томаса Мора.
Чудовищное разнообразие общественных и политических форм жизни, нравов ужасает Мабли. Оно свидетельствует о том, что людьми управляют их капризные желания. Человечество разлагается вследствие неравенства имуществ и состояний. При наличии частной собственности у человека проявляется врожденная жадность, растут «бесполезные потребности», и единственный путь установить подлинное равенство, которое обеспечит счастье всем народам, — это ликвидировать собственность и сделать ее общей. В новом обществе основой равенства должны служить постоянно контролируемые правительством потребности. Они, эти потребности, должны быть снижены до самого необходимого для поддержания жизни. Кроме того, они должны быть у всех одинаковы. Все должны желать одного и того же. Человек рождается чистым листом бумаги, и все люди от рождения лицо в лицо и шаблон в шаблон (см. «О законодательстве или принципе законов» Мабли).
В этих постоянно контролируемых сниженных потребностях — основа равенства. Материальной основой является общественная собственность. Может возникнуть вопрос, отвечает своим оппонентам Мабли, что людям станут безразличны нужды отечества. Это не так. Раз каждый гражданин все необходимое будет получать от правительства, то он будет чувствовать себя обязанным... И вот здесь Мабли, как потом и наши советские идеологи, делает небольшое передергивание, еще не замечая, быть может, логической ошибки. Человек будет чувствовать себя обязанным государству. Но государство — это ничто, оно не кормит. Оно не управляет. Все дает правительство и его чиновники. Они персонифицируют государство, они — подлинные властители народа. Но Мабли, как и большинство «государственников», как и Гуго Гроций, как и Руссо, верят в самостоятельную субстанцию государства, которому служит правительство и его чиновники, и не верят, что им служит народ, как завоевателям. утвердившим свою власть меньшинства с помощью идеологии и репрессивного аппарата.
Идеалом для Мабли стала Спарта и ее законодатель — Ликург, так как он «отнял у своих граждан их право собственности на землю (...) Я не колеблюсь считать эту злосчастную собственность первопричиной неравенства имуществ и состояний, а следовательно, всех наших зол» (Мабли. Ук. соч. в кн.: «Утопический социализм». М., 1982, с. 142). В новом государстве чиновники станут «отцами отечества», у которых не будет иных функций, «кроме поддержания нравственности (в смысле определенного образа жизни, — В.О.) и распределения между семьями необходимых им вещей». При этом Мабли пишет: «Я не страшусь того, что общность имуществ сделает граждан равнодушными к судьбе государства». А кто этого боится? Коммунисты? Нет. Демократы? Тоже нет. Еврейство? Но оно всемирно.
Мабли строг и не знает жалости в вопросах счастья будущих поколений: «Если бы мне дали возможность, я бы вам дал законы, более строгие. чем платоновский». Известно, что «Республика» Платона вдохновляла целые поколения человеколюбцев утопистов-гуманистов на социалистические теории фашистско-военного образца. Известно, что Платон сам вдохновлялся примером Спарты. У него не предусматривалось семьи, дети были общие, и вся жизнь была размечена до миллиметра. Личная жизнь исключалась. Сегодня Спарта разжирела и обрюзгла, но жива в лице Америки.
Государство должно быть бедным, — настаивает Мабли, как, впрочем. и прочие творцы чиновничьего социализма, как Мор, Кампанелла, Морелли, как и московские масоны Розенкрейцеры — Новиков и другие (см.: Вернадский. Ук. соч.). Новиков предлагал, например, заменить одежду всех граждан, в том числе и женщин, на мундиры, ввести полицию из «братьев», которая будет следить за каждым жителем страны, установить склады продовольствия для бедных, контроль за промышленностью и т. д. Страной по замыслам московских масонов будут управлять, как и всем миром, «братья».
«Если мы хотим, чтобы правители были справедливыми, нужно, чтобы у государства было мало потребностей...» (Мабли, с. 147).
Поскольку жадность — врожденная черта характера, то нужен постоянный контроль за каждым гражданином. Чрезмерные потребности могут погубить республику (с. 148).
Если мы перейдем к Бабефу. то увидим точно такие же мечтания и представления. Только малые потребности и одинаковость в одежде, манерах, образе жизни в бригадах и на виду и строгость наказаний за малейшую провинность могут утвердить государство всеобщего равенства, братства и свободы. Государственная собственность и мельчайшая опека каждого со стороны чиновников — вот главный пафос будущего счастья на Земле. В сущности, эта доктрина царствует сегодня и на Западе.
Радищев унаследовал эти идеи, как, впрочем, и многие другие, ставшие «сознательными работниками» интеллигенты. Этот круг идей проповедовался вместе с безбожием-деизмом в журналах Новикова, в лекциях Шварца, в изданиях Типографической Компании.
Чтобы сразу обозначить в главных чертах тот «золотой век», который с младенчества, со студенческих лет грезился либералам, радикальным и малодушным, но все равно грезился, посмотрим еще на одного проектиста и практического бунтаря одновременно. Речь идет уже о 70-х годах XIX в. Новиков и его друзья розенкрейцеры посадили сад, и вот стали созревать плоды. Еврейская печать стала к этому времени «истинной печатью Антихриста» (М. О. Меньшиков). На сцене Ткачев. «Социализм есть социалистическая формула (!) социалистических отношений, формула, выведенная из тщательного научного изучения и критического анализа явлений общественной жизни, и эта формула настолько же всеобща и обязательна. как и любая математическая теория... На берегах Сены, как и на берегах Темзы, на берегах Невы, как и на берегах Куры и Днепра, — социализм повсюду одинаков...» (Ткачев П.Н. Соч. в двух томах. М.. 1975-1976, т. 2, с. 321.)
Итак, над нами висит рок. Хошь не хошь, а ступай, куда судьбой ведено. Собственность — главный грех. Она будет ликвидирована[44]. В условиях обобществления правительство должно «развивать в своих членах только те потребности, которые могут быть удовлетворены данною производительностью труда» (Избр. соч. в 4-х томах. М., 1932-1933, т. 2, с. 205-206). Основой политического строя будет равенство.
Делу выполнения этих задач перевоспитания народа способствует то обстоятельство, что периодическая печать России благодаря развитию масонства в правительственных кругах переходит в XIX веке в еврейские руки. Это дало основание Меньшикову писать: «Власть наша предоставила образованное общество и народ обработке еврейской прессе... Мы видим как бы подмену русской души» («Новое время», 1907, № 11137).
Осуществить великую задачу «перековки» по Ткачеву могут только «люди умственно и нравственно развитые, т. с. меньшинство» (цит. по кн.: Федоркин Н.С. Утопический социализм идеологов революционного народничества, М., 1984, с. 127). Очень много времени, сил уйдет на то. чтобы перевоспитать, «пересоздать» природу человека, чтобы добиться абсолютной похожести всех на каждого и каждого на всех. Главная задача — чтобы потребности человека были в гармонии с возможностями. Удовлетворение потребностей будет регулироваться «сознательным меньшинством» сверху, а через привлечение путем пропаганды своих идей народных масс и снизу. Каждый обязан будет доносительством на каждого: государство-то общенародное. Тотальная слежка всех за каждым и друг за другом — кто что сказал, кто во что одет и откуда у него и т. д. Может, по этому поводу воспитанник Московского университета цензор Никитенко писал в 1862 г.: «Мы испытали деспотизм личный, но Боже сохрани нас испытать еще деспотизм полудикой, варварской демократии». И не этот ли деспотизм процветает сегодня в США.
Ткачев верит или делает вид, что верит, что придет время, все станут одинаковыми, поймут, что они одинаковы и тогда наступит вечное счастье «сознательного человечества». Никто не будет хотеть выделиться, одеть что-нибудь яркое, выдумать что-то свое и воплотить выдуманное как свое. Любимая материалистами теория, по которой весь мир состоит из серых точек-атомов, нашла в этой социологии воплощение.
Ткачев был убежден в том, что в обществе, в котором существует «разнообразие индивидуальностей... присутствует и борьба...», а это несовместимо с эрой «вечного прогресса», в обществе будущего все будет единогласно, там не будет никакой борьбы, иначе счастье не будет прочным.
В обществе будущего земля и орудия должны быть общими. Религия должна быть уничтожена. Преобразования должны затронуть и семью: цель — «в постепенном уничтожении существующей семьи...» (Ткачев П.Н. «Набат» в кн.: «Штурманы будущей революции». М., 1987, с. 78).
Так же, как и Мабли, и Радищев, и все народовольцы, и марксисты, и бундовцы, Ткачев категорически отвергал возможность мирного развития общества. Только вооруженный переворот и физическое уничтожение старых эксплуататорских классов, разрушение всего прежнего общества до основания. Ткачев знал труды Маркса, но считал, что могильщиком капитализма будет сознательная часть интеллигенции. Только ей доступно прозрение будущего и стремление к нему. Но нужно торопиться. Жизнь в деревне все лучше и лучше. Она вступила на путь капитализма, становится все богаче село, и через несколько лет никакими силами не поднимешь крестьян на дальний путь в социалистический рай. Нужен государственный- переворот.
В отличие от Бакунина Ткачев не относил русский народ к революционерам по природе. Только пока народ беден, его можно поднять на грабеж и насилие. Он все разрушит, поубивает господ, растащит по своим гнездышкам господское добро и... захочет жить по-старому, общинному, единолично. Снова свое поле, свадьбы, крестины, песни за околицей и наживание добра. Идеалом грядущей революции народ, особенно крестьянство, быть не может. Осуществление крестьянских идеалов «к жизни мало подвинет нас к конечной цели социальной революции — к торжеству коммунизма». Никакого социалистического идеала, считал Ткачев, народ не построит. Роль строителя должна принадлежать «исключительно революционному меньшинству». Следовало сплотить эту революционную интеллигенцию в дисциплинированную, направляемую из одного центра партию.
Это «сознательное меньшинство» должно дестабилизировать обстановку в стране, создать революционную ситуацию, вселить растерянность в правящие верхи, создать хаос. Достоевский знал, что писал, когда в «Бесах» социалисты устраивают поджоги, распространяют слухи и идут на убийство.
Основная тяжесть революции ляжет на плечи «цивилизованного русского меньшинства». Другой народник, Лавров, подчеркивал, что интеллигент — это тот, кто осознал необходимость сокрушить весь быт и строй русской государственной и религиозной и бытовой жизни.
Для «рабочих» использовался термин: «интеллигентные работники физического труда». Важнейшая задача — пропаганда идей. Те из рабочих, кто их усвоил, и становились «сознательными».
Захвату власти должно предшествовать возбуждение страстей. Необходимо довести до сознания всего народа, что «вообще ни одна радикальная общественная реформа не обходилась до сих пор без насилия и кровавых междоусобиц» (Ткачев. Соч. в 2-х томах. 1975-1976). Никаким реформам правительства — не верить. Улучшение жизни народных масс только затруднит прогресс общества. Необходимо работать на развал страны, вызывать хаос, сеять слухи, убивать царевых слуг, чтобы наступила паника.
Как мы знаем, Россия быстро развивала экономику во второй половине XIX в. и до 1917 г., по всем показателям опережая другие страны Европы и Америки. И социалистов, взявших старт от «Дружеского общества» московских Розенкрейцеров, лихорадило. Им помогал реформаторский зуд верхов.
Сверху — переворот, захват власти, снизу — подготовленный бунт. Но народ, считал Ткачев, только тогда поднимется против власти, когда «его страсти будут возбуждены до предела» и чтобы он был «уверен в успехе или безнаказанности своего протеста». Страсти и чувства безнаказанности поведут грабить господ, убивать и жечь. Эту часть революции он назвал революционно-разрушительной. «Сознательное меньшинство», сплоченное в дисциплинированную партию, на первом этапе возбудит народ, вызовет в нем чувство безнаказанности. Оно, это меньшинство, захватит власть и обратится с призывом к народу покончить с проклятым прошлым, и народ «одним могучим порывом уничтожит теперешних защитников и охранителей» государства Российского.
По мысли Ткачева, правительственная власть в России не защищена массами людей и висит как бы в воздухе. Нужно арестовать правительство и сесть на его место. С этого момента и начнется революция. Захватив власть, «интеллигентное меньшинство» соберет органы народной власти. Народную Думу, чтобы все его действия были санкционированы как бы самим народом. С этого времени революционное меньшинство выступает от имени революционного государства.
После того как бунтующая народная масса «уничтожает консервативные и реакционные элементы общества», наступает второй этап революции. На фоне широкой пропаганды новых форм жизни, дискредитации прежних — семьи, церкви, чувства Родины, чувства национального, чувства собственника своей земли, как только народ «одним могучим порывом уничтожит теперешних защитников и охранителей» данного режима и «возвратит себе отнятую у него землю», приходит очередь и его самого. Ведь дальше разрушения и, как уже было сказано, грабежа народ не пойдет в силу своей консервативности. Его, считал Ткачев, инстинкт бунтаря — это инстинкт грабить и крушить то, что «не мое». Этот инстинкт надо разбудить в нем для разрушительной работы. Но потом он снова захочет жить на своей земле по-старинному. Вот тут-то и наступит второй, главный, этап революции.
«Революционное меньшинство должно реализовать свой революционный идеал идеального общественного устройства», оно должно внести свою разрушительно-революционную деятельность в недра крестьянской жизни», устранить из нее «враждебные коммунистическому прогрессу формы, заменяя их формами, наиболее приспособленными к потребностям этого прогресса».
Ткачев был большой реалист и понимал, что «революционное меньшинство не должно рассчитывать на активную поддержку народа». Возможно, что придется применить силу и именно для этого-то «сознательное меньшинство» и должно иметь в своих руках революционное государство. Это меньшинство, озаренное знанием конечных целей мирового прогресса, и «вносит новые прогрессивно-коммунистические элементы в условия народной жизни; сдвигает эту жизнь с вековых устоев...». Революционность народа по мере углубления революции будет угасать, а революционный напор «интеллигентного меньшинства» будет нарастать. Наличие Народной Думы не может сковать инициативу правительства. Вся полнота власти будет находиться в руках революционной интеллигенции.
В отдаленном будущем Ткачев, так же как и Маркс, и Ленин, и Бакунин, видел отмирание государства, но в очень отдаленном и эфемерном. Ведь сначала нужно сделать всех безликими, с малым уровнем запросов — «самых естественных», никогда не превышая оных и только тогда-а-а... А пока, утверждал в пику Бакунину Ткачев, власть самая суровая и беспощадная, опека над каждым членом общества и всеобщее шпионство друг за другом. Достоевский ничего не выдумал в своих «Бесах». Материал-то он черпал из судебных процессов и собственного опыта.
Думая о роли пролетариата, какую ему придавали Маркс и Ленин в своих официальных теориях, вспоминаешь, что и Ленину приходилось объяснять, почему среди руководства партии пока нет рабочих. Оказывается, интеллигенция, сознательная, конечно, лучше знает потребности рабочих и поэтому может говорить от ее лица. Нравится это рабочим или нет? Нравится им, что именно говорят за них, или нет — это не имеет никакого значения в догматике революционного нигилизма, то есть того течения в общественной мысли, которое построено на отрицании «до основания» всей русской жизни, до самой мельчайшей молекулы. Да, по правде сказать, в этой жизни все так взаимосвязано...
Вынь душу — загаси лампаду пред Ликом Спаса, и вот ты уже ничто — комок белка, серая точка — атом среди других атомов, направляемых к деятельности волей «избранного меньшинства»: неких цадиков хасидизма, иудейской секты. Весь строй мыслей Ткачёва заимствован из масонских лож.
По времени, между Радищевым и Ткачевым немногим более полстолетия. А, между тем, мысли, развиваемые Ткачевым, это есть просто практический вывод из идей, высказанных в свое время Радищевым в его «Путешествии». Вместе с тем, нетрудно увидеть, что революционные события в России, разыгрываемые еврейскими революционными организациями, от Бунда и социал-демократов до кадет, проходили как раз по сценарию, описанному именно Ткачевым.
Теперь не мешает вспомнить, что проницательная императрица Екатерина II сказала по прочтении книги Радищева: «автор едва ли не мартинист» и — «касательно же метафизики мартинист». Действительно, Радищев высказал в своей книге идеи, характерные для последователя французского каббалиста ХVШ века Сен-Мартена, приверженца «естественной религии» и «естественного права», в годы французской революции присоединившегося к революционерам и приветствовавшего казнь короля.
Таким образом, сама логика заставляет нас сказать, что и Ткачев и все революционное движение в России было проявлением мартинизма, попросту, масонства, осуществлением доктрины иудаизма.
Вернемся, однако, назад. Радищев не был какой-то белой вороной на общем небосклоне просветительско-масонской мысли. Его книга не воспринималась в обществе как какое-то невиданное слово в области отрицательной мысли. По переписке московских масонов с А.М. Кутузовым. жившим по их заданию в Берлине с конца 80-х гг. XVIII в.. переписке. которая перлюстрировалась и о чем знали и сами участники переписки. они лишь «упрекали» Радищева в несвоевременности книги. Впрочем, Павел I вполне простил вольнолюбца, а Александр I поручил ему даже участвовать в составлении законов. Режим в стране не изменился, изменилось лишь отношение к критике. Да и какое искреннее возмущение могло быть по поводу книги Радищева, если в 1789-м в Петербурге знатные особы иллюминировали свои дома по поводу взятия Бастилии? Посол Франции Сегюр свидетельствовал о большом энтузиазме в Петербурге по поводу взятия Бастилии, особенно среди молодых лиц высокого общественного положения. Люди обнимались на улице и поздравляли друг друга. Настроение было приподнятым. Получив известие, что король Людовик XVI принял конституцию, многие петербуржцы плакали от радости. Москвичи не отставали. Газеты и журналы из Франции свободно лежали на столе в Кадетском корпусе в Петербурге и в Московском университете, и «Марсельезу» насвистывали молодые люди и немолодые. Болотов в глуши деревенской переводил своим соседям из газет статьи о революции и казни короля. Ткачева и большевиков начали готовить в те годы. Крупнейшие деятели — масоны из окружения Екатерины II, как Н.И. Панин, А.Р. Воронцов и другие, — были конституционалистами; масоны же принимали самое деятельное участие в работе Комиссии уложения о новых законах. В этой Комиссии были все сословия представлены, кроме... духовенства, которого Екатерина II не любила.
Организованного центра просветительства не могло не быть, и все историки прошлого — Вернадский, Пыпин, Пиксанов, Соколовская и др. — единодушно называют его. Это масонские ложи с их строгой дисциплиной и сплоченностью. Гностико-каббалистические идеи направляли общее русло просветительской мысли и деятельности. Орден же Розенкрейцеров был ядром руководства в самом масонстве. Его задача. так же как и других, сходных с ним по рангу ритуалов, состояла в первую очередь в создании благоприятной среды для деятельности «братьев», то есть в создании общественного мнения и определенной, то есть, безусловно, враждебной христианской церкви и Спасителю, культурной среды. Земные награды и земной удел человека вместо горних высот, тесного пути в Царство небесное. Утонченная чувственность, духовная прелесть, самообольщение вместе с символическим типом мышления, гедонизм, самолюбование своими пороками, ритуалы ли смерти, которые так любили масоны, или покаяния пред «братьями», когда уничижение есть паче гордости — везде мы видим один и тот же подход — чувственный и земной. Недаром вся система масонской идеологии была соткана из Талмуда и каббалы. С первого шага адепт попадал в атмосферу иудейских символов, имен и названий.
Точно так же. как и в экзотерической философии, рассчитанной на всех, братьям объяснялось, что христианство евангельское надо понимать символически и ключ к пониманию даст каббала. «Знание каббалы, — пишет Папюс (Папюс. Каббала. СПб. 1910), — делает невозможным сомнение в религии, потому что она единственная, мирящая разум с верой», показывая, что всемирные догматы различно сформулированы, но, в сущности, всегда и везде одинаковы: поэтому, продолжает д-р Папюс, как все обряды представляют в разных видах одно и то же учение, «то интеллигентный человек, масон, может придерживаться любой религии». Основа экуменизма заложена в этих комментариях каббалы, принятой масонством в качестве главного источника мудрости. Но руководитель Ордена мартинистов начала нашего века делает оговорку: «Хотя посвященный может придерживаться со спокойной совестью той религии, в которой воспитан, потому что все обряды представляют в разных видах одно и то же учение», нельзя лишь «исповедоваться священнику». Но без исповеди священнику нет покаяния и не может быть Причастия Святых Тайн. Без этого же человек не может принимать участия в церковной жизни и сам себя отлучает от Церкви.
Нападки на священников занимали видное место в пропаганде просветителей. Не чужд этому делу был и Новиков с первого своего журнала. А ведь то большой грех - критиковать священнослужителей. Веротерпимость, о которой, не уставая, говорили масоны, ими не распространялась на русскую православную Церковь. Личные качества священнослужителей бесконечно расписывались ими в самых черных красках.
Церковь русская называлась ими «наружной» и формальной, она, по учению «братьев Иеговы», строителей храма Соломона, присвоила себе не принадлежащие ей прерогативы власти над душами людей, и она должна быть разрушена. «Вы подлинное священство, — обращался к братьям Розенкрейцерам З.Я. Карнеев в Орловской ложе «Орфе», — вам принадлежит весь мир» (см. это место у Вернадского с. 179). Точно так же трактовался вопрос о Церкви во всей мистико-каббалистической литературе на протяжении двух столетий. Ненависть вынашивалась долго, пока не прорвалась в 1917 г. и не вошла в плоть и кровь носителей антихристова начала интеллигентов прошлого и настоящего. Не зря трудился кружок каббалистов — розенкрейцеров.
Это розенкрейцерство, о чем выше упоминалось, привело к пленению русского народного ума, общественного сознания еврейской печатью уже к середине XIX в. и открыло самый широкий доступ евреям в правительственные крути. Граф Н. П. Игнатьев в 1881 г. имел все основания писать: «В Петербурге давно уже существует еврейско-инородческая группа весьма сильная, она держит в руках адвокатуру, биржу... и большую половину печати... группа эта имеет громадное влияние на служебный мир». («Источник» 1995, № 2). В этом мире и расцвело масонство.
И если на нижних ступенях только теоретически познавали прелести Талмуда, его концепцию переселения душ, их пленения телом, которое в ложах символизировалось в виде цепей, которые надлежит разорвать, чтобы освободить романтический дух, то...: «...с 1782 г.. таким образом, приняли небывалые размеры в Москве работы масонские и начались даже занятия розенкрейцерские, основанные на них, но ведущие гораздо далее к этой области теософии, где уже практически не только признаются, но изучаются в высших степенях каббала, магия и алхимия». (Лонгинов).
Заметим кстати, что магия есть составная часть каббалы. Последняя же имеет много ответвлений, в том числе и весьма мрачное — с черной магией, так называемой Лурианской. а также франкизм с эротической распущенностью и «уловлением» «святого Духа» по типу наших хлыстов.
Каббала, будучи сотканной из символов и иероглифов и будучи чувственной, со своими триадами мужских и женских сефирот и их примиряющей сефироты, создавшими весь видимый мир (тезы, антитезы и синтезы — легко переводится, как видим, на язык умозрения эта символика), и стала источником вдохновения для множества философских учений.
С таким идейным содержанием, отрицая первородный грех и свободу воли, личного Трехипостасного Бога и Спасительную жертву Иисуса Христа и соответственно личную ответственность человека за свои поступки перед Богом, просветительская когорта московских Розенкрейцеров выступила в поход против святынь русского народа, вооружённая литературой, печатным станком, дисциплиной.
Нелишне будет заметить, что московские «братья» не только получили право на жизнь в Берлине, но оттуда же они получали и инструкции, весьма мелочные, регламентирующие каждый шаг подопечных немецких «братьев» московских розенкрейцеров. Именно только по разрешению из Берлина могли в Москве принять в Орден того или иного «брата». Каждый «брат» предварительно «утверждался» в Берлине. Новиков был хорошо известен там, и он был назначен вторым лицом в руководстве Ордена Розенкрейцеров, который сам, заметим, был скрыт от младших «братьев» и представлял Орден в Ордене. Относительно другого «брата» историк пишет: «Он (Лопухин И. В.) вступил в Орден именно в 1782 г. и быстро выдвинулся среди товарищей, был мастером стула ложи «Латона», с 1784 г. стал управлять ложей «Блистающая Звезда», в том же году по предписанию Берлинских начальников был назначен надзирателем для русских братьев» (Масонство в его прошлом и настоящем, т. II. с. 230). Речь идет об известном И.В.Лопухине.
Не надо вообще забывать, что опека наставника над своим подопечным охватывала поголовно всех «братьев» и была тем плотнее, чем выше был градус «брата». Сохранились письма Новикова своему начальнику барону Шредеру. В них Новиков сообщает о всех «трепетаниях» своей души, спрашивает разрешения на перемещения своего работника в типографии. просит разрешить самим на месте назначать цену книгам, не спрашивая Берлинских начальников, так как спрос меняется быстро и неудобно ждать долгого разрешения из Германии. Из Берлина регулярно приходят вопросы, на которые Новиков должен был подробно отвечать. Список выпускаемых книг также согласовывался с мнением берлинского начальства или планировался им непосредственно. В Берлин шли подробные отчеты о состоянии дел в России, подробно изъяснялись. в частности, относительно наследника престола Павла Петровича — его воззрения, настроения, мысли, и даже частное письмо вел. князя Новикову ушло в Берлин. Заодно туда же шли и членские взносы московских «братьев». В определенный момент оттуда же пришла команда на «силанум», то есть временное приостановление масонских работ, вызванная опасностью обнаружения связи с Берлином в момент охлаждения отношений русского и прусского дворов в конце 80-х годов XVIII столетия. В Ордене были следующие правила, типичные для всего масонства, а не только для баварских иллюминаторов: «
Иллюминат... должен быть совершенно свободен от всякой религии.
2.       Цель оправдывает средства... все то, что предрассудки именовали преступлением.
3.       ...Правители земные суть похитители власти.
4.       Иллюминаты должны стараться завладеть всеми правительственными местами, помещая своих адептов.
5.       Цель Ордена есть освобождение народов от государей, дворянства и духовенства.
6.       Любовь к отечеству несовместима с предметами необъятной обширности, составляющими цель Ордена: должно пылать усердием к сей цели» (см.: «Записка Магницкого» в ст. «Два доноса». — «Русская старина», 1899. т. 7. с. 69-70).

0

18

Орден был слишком обширен, чтобы замыкаться на одной стране. Он и был создан как всемирный. Новиков с «братьями» призывали в «Воззвании к владыкам» к установлению всемирной федерации с учреждением в «своем любезном отечестве малом» «Патриотического Общества», которое установит единый для всех стран мира порядок с владычеством «святых чиновников» Ордена вольных каменщиков, строителей храма Соломона (Вернадский. Ук. соч.. с. 182-187).
Приведу выдержки из писем известного масона О.А. Поздеева. ставшего в начале ХIХ века во главе Ордена Розенкрейцеров и. видимо, не начальных степеней. Письма лишь частично были опубликованы в 1871 г. И вообще история масонского Ордена в этом плане крайне скудна на документы, а в советское время они и вовсе не публиковались, но зато обильна на желания доказывать то, что хочется доказать. Документы помогли бы поставить многих любителей всевозможных эссе на твердую почву фактов.
Письмо от 1784 г. Москва (ОР ГБЛ, ф. 14, № 320):
«Но что надлежит до вас, то помните, что вы принадлежите к ордену (в тексте круг с точкой), хотя вы, и никто из вас его не знает, следовательно, не спросясь с членами его, открытыми вам по благости Господней, не должны сделать ни шагу, ибо в ордене есть изложения, числом, мерою и весом расположенная работа, к достижению во храме, где человек сокрытая зрит не только ко взору, но и от ума обыкновенных человеке». Благодарите Всемогущего, что Он из стольких тысяч избрал вас немногих и строит к цели. еще вам самим неизвестной. Помните, что работа ваша есть повиноваться и молчать и мир сей весь считать за единое ваше проходное училище, не привязываясь ни к какому его углу, и не делать из того себе собственность и приводите себя будучи в мире, в такое равнодушное положение, чтобы вам до миру, что в нем ни производится, не было нужды...»
1784, Москва.
«Но на вас я с помощью Спасителя возлагаю особенную должность: именно вас самих, которого вышние братья расположены готовить в орден внутренний. О всем, что у вас в вашей ложе (в рукописи квадрат — знак ложи) происходить будет, меня уведомляйте. Расположенных и желающих братьев тихонько и скромно наставляйте в наших практических работах, и если кто зачал корпорально или морально очищать, меня, — не объявляя никому, уведомляйте и описывайте прямо кто и како зачал еще себя обрабатывать, а кто не зачал еще себя обрабатывать, о тех не пишите. Сей вашей со мной переписки никто знать не должен... сохраняйте все вверенное вам и берегите себя от всего, что может затворять льющиеся ток из глаз ваших».
Внутренний орден — Орден московских Розенкрейцеров, члены которого были неизвестны в таком качестве своим подчиненным. Подчиненный мог, скажем, жаловаться «брату», полагая, что они одних степеней, на начальство, и не догадываться, что жалуется как раз самому начальнику на него же. За каждым «братом» наблюдали тщательно, равно и за знакомыми, и никто никогда сам, только по своей инициативе не становился масоном, но длительно изучали его мировоззрение, взгляды, характер и самого приглашали в Орден. Так что сказки о Новикове, которого прямо-таки затаскивали в ложу, а он не хотел, следует поставить на один уровень с аистом, который приносит детей. Эту сказку историки рассказывают со слов самого Новикова на его допросе. Удивительная доверчивость!
«Брат» следит за другим и обязан доносительством. Любой, хоть и самый великий писатель, художник, патриот, философ, который так нами уважаем, что мы, боясь посмотреть в глаза правде исторической, говорим: «Масон? Ерунда, тогда все там были». Может, и были. Но распорядок жизни был именно таков. Молчание о делах Ордена, дисциплина, занятия на лекциях, выучивание их, ответы наставнику. Приготовление самому по заданной теме к лекции для «братьев»: исполнение языческих чувственных обрядов с костями, черепами и тех страшных ритуалов магии, которые «братья» никогда не сообщали никому, даже те, кто «оставил молоток», то есть прекратил масонские работы, как бы вышел из Ордена. — все это было буднями, рутиной жизни любого масона. Пестеля ли, Новикова ли. Греча или Грибоедова, Бенкендорфа или Кюхельбекера, Гоголя или Тургенева. Пушкина или Жуковского...
Работы, о которых пишет Поздеев, как видно, серьезно изменяли личность и требовали усердия, времени и определенных способностей интеллекта. Не каждый достигал высоких степеней «философии». Большинство историков считает, что масонство стало первой школой и светской философии (см.: Тукалевский В.Н. «Новиков и Шварц». Масонство в его прошлом и настоящем, т. 1. с. 193: «...масонские искания — это те зачатки светской философии, это те поиски философского миросозерцания. которые появились среди интеллигентов XVIII века»).
Москва, 1785г.

«Слышу я, что вы собираетесь идти в отставку, а ложу на кого вы покинете? Я советую стараться наперед на свое место заготовить человек двух. Сверх того, советую вам справиться с вашею совестию, не выболтали ли вы чего из вашей Т. С. и, вспомня это, вообразя живо ваше преступление, просить Бога о прощении.
Я считаю, что когда вы, разговаривая с братьями, вошли в огонь, то в то время и не помнили, что вы тайны предаете: любезный брат, не затворяйте в Орден дверей себе и другим, и помните, что холоднокровие есть истинное положение каменщика, где рассудок его здравый присудствен...»
Т. С. — это «Теоретический Градус», программный документ для степени такого же названия в Ордене Розенкрейцеров, к которому принадлежало все руководство делом просветительства в Москве. Им же принадлежали Типографическая Компания, Дружеское общество, книжные склады, аптека. Целый сонм служащих по распространению книг просветительского толка, маго-каббалистического, учебники и пр. У организации были свои представители даже в землях Донского Войска.
Ситуация, затрагиваемая в письме такова: «брат» проговорился в беседе с младшими, и кто-то уже донес из бывших там его «братьев», и вот Поздеев недвусмысленно угрожает. Опека, как видим, плотная.
«Братья» должны отчитываться письменно о всех не только делах, но и настроении своем и о своих личных качествах, которые он должен изменить ради интересов Ордена. Первая добродетель масонская есть согласно их обрядникам и катехизисам — молчание. Следующее письмо касается этого вопроса.
Москва, 1785г.
«Вы ко мне не пишите, зачали ли вы делаться хладнокровнее, умереннее в ваших издержках, молчаливее, пишите о сем спросясь с вашей совестью.
Скажите брату Н., что ежели чувствует он, что зачал быть лучше и отстал от тех пороков, кои мешали ему работать, то чтобы принес вам на письме искреннее раскаяние о в с е х (разрядка моя. — В.0.) в жизни его соделанных пороках и если он еще в мастера не введен, то нынешней зимой можете приехать с ним, дабы его здесь ввести.
А если в мастера уже введен, то возьмите письменно его признание с собою мне показать, дабы я видел, искренно ли оно, и како его, если Бог велит, вести дальше».
Наставник всегда должен был быть намного выше в интеллектуальном плане и в смысле специальной подготовки психологической, и волевой, лучше знать специальную герметическую литературу, общефилософскую, чем его подопечные, которых он «водил». На этом был основан его авторитет. В Ордене же проповедовался культ Разума, как и во всем «просвещении». В качестве примера: в 1777 г. И.П. Елагин, меценат, собравший около себя талантливую литературную молодежь, оказывающий ей поддержку по службе и материальную помощь, был уж одним из главных руководителей русского масонства. Но и он имел наставника. В том году им был Рейхель, который следил за его культурным, интеллектуальным ростом, «корпоральным и моральным очищением».
Под его руководством Елагин изучает античную философию: Платона, Анаксагора, Плутарха, Цицерона; знакомится с учением Пифагора, Зороастра, Гермеса Трисмегиста, Орфея и др. и «многих сим подобных влияли в душу мою новые и спасительные размышления» («Русский Архив», 1864. т. 1., с. 107). С помощью Рейхеля он ищет мистическое ядро и в творениях Отцов Церкви. Пять лет ушло у Елагина на изучение назначенных ему книг. Но это была только половина пути сенатора, директора Императорских театров и, можно сказать, основателя Русского театра, лучшего переводчика на русский язык французских романов, тайного советника Елагина Ивана Перфильевича, кому страна во многом обязана появлением на свет сочинений Фонвизина, Лукина и др. деятелей российской словесности.
Через пять лет наставником его становится доктор Эли, «в знании языка еврейского и каббалы превосходный». Совместив греческую философию с каббалой и с комментаторами каббалы из крута герметиков, впитав в себя всю эту антихристианскую премудрость, он сводит полученные знания в громадный труд: «Учение древнего любомудрия, или наука свободных каменщиков... предложенная И.Е(лагиным), великим Российская Провинциальная Ложи мастером» (Вернадский, с. 136).
Иван Перфильевич Елагин — в русской истории и особенно в истории русской культуры XVIII века — фигура знакомая. С одной стороны он многие годы был близок к Екатерине II и выполнял ее многочисленные личные поручения, с другой — покровитель театров и молодых литературных дарований. О себе же он пишет: «Я с самых юных лет моих вступил в так называемое масонское или свободных каменщиков общество — любопытство и тщеславие, да узнаю таинство, находящееся, как сказывали, между ими, тщеславие, да буду хотя на минуту в равенстве с такими людьми, кои в общежитии знамениты, и чинами и достоинствами и знаками от меня удалены суть, ибо нескромность братьев все сие мне благовестила. Вошед таким образом в братство, посещал я с удовольствием ложи, пониже работы в них почитал совершенною игрушкою, для препровождения праздного времени вымышленного.» («Русский Архив» 1864, т. 1., с. 95.)
Эта игрушка оказалась, однако, настолько увлекательною, что увлекла Елагина на всю жизнь, совершенно переменила его судьбу и его мировоззрение, дав ему возможность достигнуть высших чинов Империи. «Лестная надежда, не могу ли чрез братство достать вельможных покровителей и друзей, могущих споспешествовать счастию моему» вполне оправдалась — в 42 года он стал тайным советником, а позже обер-гофмейстером Двора. Масонская наука давалась ему с трудом, одно время он даже не хотел ходить в ложу. К этому же времени относится и его увлечение сочинениями французских деистов и атеистов, которых он и перечисляет: Буланже, Даржанс, Вольтер, Руссо, Гельвеций. Все они своими сочинениями пленили сердце Елагина. Это чтение «душу. мою развратило», горестно замечает Елагин, вспоминая о том времени. Апокалипсис, откровение Иоанна Богослова стало казаться Елагину сочинением нелепым и сумасшедшим. «Дерзнул я забыть и веру, в которой родился, и страх Божий, и учение, которое мне при воспитании в училищах преподаваемо было.» (с.595).
Елагин стал обращаться за разъяснениями к людям ученым, кто критиковал Вольтера. Удивило больше всего Елагина то, что все они — и вольтерьянцы и их критики «находились в обществе свободных каменщиков, то и учинилось мне прекословие сие неудоборазрешимою загадкою». Действительно, тут есть над чем задуматься. И. по крайней мере, историки масонства не всегда могут ее разрешить и от того в умах читателя масонство превращается в какую-то пеструю в идейном и политическом отношении аморфную смесь. Неясно, что объединяет людей совершенно различных политических и умозрительных направлении, и почему представители этих направлений сходятся все в одной точке — в масонской ложе. Елагин точно также задумывался над этим вопросом:
«Для чего, рассуждал я, толь великого разномыслия и великого однако учения люди вступили и пребывают в таком ордене, которого упражнения с ученостью их весьма несходны? И отчего сие происходит, если он посещают собрания?»
Этот вопрос столь заинтересовал Елагина, что он стал приставать с ним к каждому ученому чужестранцу, посещавшему ложу. Стал он интересоваться, почему масонским таинством занимаются и простолюдины и знатные, и ученые и невежды, и верующие и атеисты, кроткие и сварливые, добродетельные и порочные. В конце-концов, Елагин приходит в умиление: «Какое чудное смешение, но в собраниях масонских почти неприметное и общественно единому молотку покорное!» (с. 96). Именно с этих вопросов и с этого умиления и началась для Елагина серьезная работа по масонству. Началось изучение философии, теософии. оккультизма, обрядов и прочее, о чем сказано выше.
По существу, Елагин прошел тот же путь в познании и сотворении своего труда, что и иудейские мыслители Александрийской школы I-II века от Р.Х., когда приступили к сплавлению греческой философии с формирующимся в эллинистическом мире иудаизмом.
Авторитет начальника всячески поддерживался в ложах, составлявших предмет забот для наставников-мастеров. Сам Великий Строитель, Великий Демиург, правитель видимого мира именуется Мастером. Мастер все видит и все знает. Как уже было сказано, авторитет мастера подкреплялся его более высоким умственным развитием, образованием. знаниями и, нередко, общественным положением. Поздеев умер 24 апреля г., а его поучения переписывались его почитателями ещё полвека. В качестве примера — еще одно его письмо.
Москва, 1783 г.
«Желаю сердечно успевать вам в работах в вашей собственной ложе. (...) Подкрепляйте обще с л(юбезным) б(ратом{ Егор. Егор. других братьев, поощряйте их каждого не едине не ослабевать и старайтесь давать чувствовать, что В(еликш) М(астер) Ордена с вами и что Он все ваши тайнейшие помышления видит, и, любя вас, хранит от врагов, кидающихся на нас...»
В учении Ордена важное место занимало представление о всемудрых, все знающих начальниках Ордена, живущих где-то на Востоке, обладающих нечеловеческой силой и воздействующих на ход истории в благоприятном направлении от разделенного на индивиды, страны, нации человеческого общества, имеющего еще и сословия, и традиции, и родовые представления, и свои религии, к единому сообществу с одним лицом, с одним правительством и без всякой религии, кроме «естественной», конечно.
Одно стадо и един пастух. Чиновники, просвещенные этим сообществом избранных к руководству народами, будут пасти это стадо на пажитях всемирной цивилизации.
Проф. Московского университета Шварц, начальник по Ордену Новикова, о котором уже шла речь, объяснял на лекциях студентам Московского университета, что начальники Розенкрейцеров, этой мировой организации, объемлющей весь мир, являются обладателями божественной премудрости, утерянной Адамом в результате грехопадения. Адам сохранил божественные знания, дающие власть над природой, в своей памяти и передал их своим потомкам, и они дошли через избранных до Моисея. Он получил эти сокровенные знания или через избранных, или непосредственно от самого Иеговы, сообщил полученную мудрость «семидесяти мудрецам».
Книгу Бытия поэтому надо понимать «каббалистическим» образом, путем мистических толкований. Тайна мудрости божественной перешла последовательно от «семидесяти избранных» к «философам в Иудее», которые соединились и «представили философическое дело под видом сооружения храма Соломона: сия связь дошла до нас под именем Свободного каменщичества, и они по справедливости хвалятся, что взяли свое начало от сооружения храма». От этой секты «философов в Иудее» и пошла история Ордена. Эта мудрость нашла свое выражение, объяснял Шварц, в мистериях древности, учрежденных избранными, также наследниками той же секты «философов иудейских». Начальники ордена каменщиков-розенкрейцеров являются обладателями всей полноты истинной премудрости, они держат себя в сокровенности, «в некоторой части сего видимого света, яко в наружном раю, где они творят и исполняют великие и удивительные чудеса... сип чудеса сохраняются для великого дела, которое откроется в свое время и час, что случится тогда, когда воздвигнется род, рожденный для части более очищенной или более возвышенной Божественного любомудрия» (Семека А.В. Русское масонство XVIII века. — В кн.: «Масонство в его прошлом и настоящем», 1914, т. I, с. 164).
Представление о некой группе избранных, хранящих в тайне чистоту истины и призванных, когда поле человеческой цивилизации будет вспахано и подготовлено для новых посевов, прийти к власти над миром, восходит к Талмуду: «С талмудических времен циркулируют слухи о локализуемой то там, то здесь праведной стране, в которой на берегах реки Самбатион в независимости и древней чистоте веры и обычая живут потомки «колен Израилевых» (Мифы народов мира. т.1,1980, с. 590). Отсюда эти легенды о Шамбале, стране «очищенных» мудрецов. светлых как солнце, которым открыта книга «Судеб». Вся эта пошлая оккультная экзотика идет из каббалы с ее плоской змеиной мудростью.
Для нас, живущих во времени исполнения мечтаний и проектов Мора и Морелли, Бабефа и минских основателей РСДРП, для нас. у кого ближние: братья и сестры, матери и отцы — погибли в концлагерях. замучены в застенках убойных дел мастеров, для нас, видящих бесконечное презрение еврейских и масонских правителей к русскому народу, — все эти слова об «избранных» не могут не быть исполнены глубоко-зловещим смыслом. От них веет приторным сладковатым запахом трупного разложения.
...Ткачев мог и не знать каббалы, и не проходить занятий в Теоретическом Градусе Соломоновых наук. Он мог пользоваться идеями, которые стали устойчивой политической и «культурной» традицией необходимости установить режим господства над народом «сознательного меньшинства» с превращением людей в безликое стадо рабов. В этой традиции утверждалась необходимость захвата власти во что бы то ни стало — через убийства, массовый террор, грабежи и разрушение всей культуры, созданной народом, в том числе и материальной: дворцов, храмов. монастырей, старых городов с их домами и улицами, с уничтожением и самих артельных умельцев, песенников, вышивальщиц, иконописцев, мастеровых.
Именно над созданием «культурной» традиции отрешения от всего традиционно народного и самобытно русского, и трудились братья-розенкрейцеры Теоретического Градуса Соломоновых наук, создав просветительский центр в Москве и положив начало той шоссейной дороги. которая привела страну в сегодняшний день — царство корысти и эгоизма. Законный плод незаконной жизни верхов общества.
Вспомним, что уже «повышение в звании шотландского мастера связывалось с посвящением на борьбу и страдания во имя восстановления разрушенного храма» Соломона. Эта идеология включала в себя «постулат беспрекословного подчинения орденской власти и завет непреклонной борьбы... с врагами Ордена...». Эта традиция беспощадности к врагам вошла в плоть и кровь тех, кто стал на путь борьбы с Русской державой. По мере того. как идеи Ордена все более проникали в сознание людей и становились привычными, ритуалы лож упрощались и в конце концов оставались лишь для очень узкого круга лиц. Мотивы разрушения церквей, разрушения брака, всех заветов народных, уничтожения самодержавия, выливались на страницы журналов и газет. Одни либералы были за постепенный ход к тому, что другие готовили на завтрашний день. но все они ждали конца традиционной и самобытной Руси. устроившейся у себя дома и по-своему, по своим меркам и по своей совести, с Христом в душе и царем в голове. Этого русскому народу и не могли простить либералы-космополиты из «братства» «Розового Креста». и нигилисты «Народной воли», и анархисты РСДРП и Бунда. Исследователи пишут: «Масонство... пролагало путь доктрине либерального индивидуализма», «Масонство... подготовило почву для развития... республиканских идей». (Дружинин) И для погрома тоже...
В самый разгар смуты, охватившей русское общество в 60-е годы XIX в., высокопреосвященный Филарет, архиепископ черниговский, сказал: «Грозны видимые беды. Но нет ли и более грозных? Не ново для России терпеть беды от врагов. Среди бед росла и крепла она, но от бед не слабела, а крепла. Почему? Потому что в основе ея общественной жизни было сильное начало — любовь к св. Вере.
С этим живительным и могучим началом она счастливо выдержала все политические беды и. им оживляемая, шла от победы к победе.
Что же теперь?.. Нашлись русские, которые стали проводить в русское общество посредством литературных органов и контрабандных книг те самые начала, которые уже облили потоками крови Запад... страшные опыты, ознаменованные пожарами и прокламациями подпольной литературы. До чего дошло дело?» («Странник», 1863. июнь. с. 85).
Чтобы понять всю пошлость и безнравственность либерального нигилизма, надобно знать, чувствовать и веровать в святыни христианские, постигать их в Церкви, жить с нею одной жизнью. Беспрерывное отрицание основ русской жизни нас привело в сегодняшний день. Этот путь идет от Радищева и Новикова, от «братьев» храма Соломона. Приходит в XIX век, и Герцен, наследник этих идей. зовет к крови и топору. Важно подвести итог. Масонство породило литературу, современную науку и философию. Классическая формула масонства, объясняющая его цель: «познание Бога через познание себя и натуры», будучи развернутой, объясняет вышесказанное. Познание натуры стимулировало развитие наук и развитие философии, как богословия пантеизма, познание же себя - искусств. Все это ставит вопрос о подлинном содержании того, что мы называем «культурой» и что является средством пропаганды той идеологии, что совершает «обрезание» всего самобытного, неповторимого как в человеческом мире, так и в природе, пытаясь все унифицировать, опошлить, обезличить. Нет никакого сомнения, что вся устремленность коллективной деятельности человечества под воздействием масонства, осуществляющего каббалистические идеи, имеет определенно демонический характер: своими усилиями свести принудительно благодать с неба на землю.
«Просвещение» же через литературу и философию, осуществляемое в России союзами масонского ордена, надо рассматривать, как процедуру «обрезания», проводимую не «духом времени», а плановым образом, целенаправленно, по плану Торы. В результате этой процедуры оказался разрушенным весь Русский мир со всей его бытовой и языковой культурой, совершенно не вмещавшегося в геометрические линии масонского чертежа «светлого будущего». Как кажется, в этом вся суть: заменить мир Божий на мир демонический...»

            У кого-нибудь остались сомнения поклонницей какой «литературы» является наша Лира? Кто-нибудь ещё сомневается в её невежестве? У кого-нибудь есть сомнения, кто имеет отношение к литературе, а кто нет? Кто   нибудь ещё сомневается, какие ценности исповедует и пытается нам втюхать  ментальный двойник Ильи Бениаминовича Одесского, пользователь Лира?
              «Язык наш – древо жизни на земле и отец наречий иных» - это высказывание принадлежит Президенту Российской Академии Наук адмиралу А.С. Шишкову, который во время царствования Николая I, достойного врага масонства, составил Славянорусский корнеслов. И именно поэтому я считаю возможным доверять данному источнику. (Лира). Такую белиберду очень легко написать, но проверка требует значительного времени, именно на это и рассчитывают ментальные двойники Ильи Одесского, полагая, что пользователи не станут тратить время на проверку (пипл схавает!).
(Но!) Мы кое в чем поднаторели - мы тарелки бьем весь год, Мы на них уже собаку съели, если повар нам не врет. В Высоцкий.
Итак:
1. Алекса́ндр Семёнович Шишко́в (9 [20] марта 1754, Москва — 9 [21] апреля 1841, Санкт-Петербург) — русский писатель, литературовед, филолог, мемуарист, военный и государственный деятель, адмирал.
2. Первая жена (ок. 1795) — Дарья Алексеевна Шельтинг (1756—04.09.1825), голландка и лютеранка.
3. Вторая жена (с 20.10.1826)— Юлия Осиповна Нарбут (09.07.1779—06.06.1849), полька и католичка, дочь лидского хорунжего Иосифа Нарбута и разводная жена вице-президента юстиц-коллегии Игнатия Лобаржевского. В молодости славилась своей красотой, прекрасным голосом и была известна по всей Польше своею ловкостью и дурным поведением.
4. [ 8 ] А.С. Шишков – поборник русской национальной традиции преимущественно в ее этнографическом варианте; один из основоположников славянофильства, «патриотического» направления в русском либерализме, направления ратующего за русскую православную церковь, будучи вне самой церкви, вне ее духовного авторитета, вне церковной ограды.(выделено мной Arkadiy Parovozov) Впрочем, в то время Екатерины Второй и Александра1 и многие из духовенства увлекались мистицизмом. (В. Острецов Масонство, культура и Русская история.)
               Или опус о том, как Филарет Библию переводил на славянский язык. (То у них собаки лают, то руины говорят. В. Высоцкий) Впрочем здесь Лиру быстро вычислили и вывели на чистую воду.
               Есть и другие проколы. И их много. И это настораживает. Очевидно Лира не знакома с работами В.М. Острецова и не желает этого делать. Очевидно Лира не понимает диалектики предмета обсуждения (жидомасонства). Для чего этот пользователь находится на Шехине? Ведь здесь не Одноклассники, здесь у неё не получается блистать среди домохозяек, скармливая публике цитатки из Ремарка, Кастанеды, Коэльо и Кафки. Чтобы глумарасить? Чтобы стать модератором и устроить очередной погром? Неужели это только мне очевидно? А где админы, модераторы? (Одмена на висельницу!)  Хотя УТилиТА и почувствовала недоброе, но никаких мер принято не было. Написал эти строки – неожиданно пришла в голову мысль, что возможно её специально держат, как алкотестер, чтобы проверять других пользователей; как лакмусовую бумажку. Нашел новичок Лирины ошибки – молодец!, годен! Если дело действительно обстоит так, то админы весьма умны, готов снять перед ними шляпу и признать Лиру полезным насекомым.
                Тем не менее, обращаясь к Лире, хотел бы заметить, что некоторые люди горят, освещая путь другим, а некоторые гниют, распространяя смрад вокруг себя. В основе того и другого лежит процесс окисления, а выбор зависит от человека. Выбор добра и зла, уважаемая Лира. Жизнь человека, его стремления и помыслы полностью в воле Божьей. И только этот выбор единственный, зависящий от самого человека. Ваша религия Лира – деизм, ваша литература – масонская литература, ваша деятельность – служение сатане, люциферу поганому.
                У «полезного» насекомого, ментального двойника Ильи Бениаминовича Одесского, спрятавшегося под логином «Лира», выявлено:
1 – отсутствие логического мышления и способности к осмыслению материала (анализ и синтез)
2 – нежелание и даже противодействие в узнавании нового
3 – глумление (глумарасность) над всеми, кто её (его?) не устраивает, или над тем чего она (оно?) не понимает или что идет вразрез с её (его) масонскими принципами
4 – неумение создать свежую мысль; вся деятельность сводится к не очень умной и не очень конструктивной критике (флуду) и насмешкам (типичная интеллигентка по Папюсу)
5 – мстительность (признак масонства), выражающаяся в  противодействии  работе других участников форума
6 – недостаточное понимание диалектики жидомасонства

                                                                                       Учитывая вышеизложенное, предлагаю:
1. Рассмотреть вопрос о целесообразности присутствия пользователя «Лира» на форуме Шехина.
2. При невозможности положительного решения по первому пункту (удаление, блокировка, внесение в черный список и т.д.), рассмотреть вопрос о снятии с Лиры полномочий ведущей в теме – Литература, за полную профнепригодность
3. Обязать ментального двойника И.Б. Одесского, "Лиру" вести себя на форуме, согласно нормам и правилам христианской морали и нравственности
4. Обязать ментального двойника И.Б. Одесского, «Лиру», в течение полугода (01.01.2018-01.06.2018) ознакомиться с работами В.М. Острецова (как основополагающими для понимания современного положения дел в России и мире), по истечении срока сдать зачет (онлайн!) администратору  (franki). По результатам зачета принять окончательное решение по ментальному двойнику И.Б. Одесского – «Лире».
5. Вынести предложение на всеобщее голосование.

                Рost scriptum. Считаю, что  свою работу выполнил неплохо. Старался быть объективным, независимым от эмоций, следовать логике и опираться на факты. Прошу отнестись к прочитанному с максимальной серьезностью. Это не импульсивный выплеск, а результат напряженных размышлений в течении нескольких дней.  Результат работы: 1. Выявление агента, засланного цадиками, с целью дезорганизации работы форума. (Человек просит открыть для него новую тему, далее просит о назначении его модератором, получает полный доступ  материалам форума и …зайт гезунд.) 2. Представление читателю настоящей литературы.
                В качестве бонуса добавлю материал из следующей главы:
«…..Действительно, что значит слово «прогресс», что такое эта самая всеми обожаемая «культура», выше которой нет ничего на свете? Ты можешь быть атеистом и сионистом, культуристом и пианистом, можешь быть мусульманином или буддистом, или не быть ни тем, ни другим. но быть культурным ты обязан. То есть исповедовать ту самую религию, «в которой согласны все люди», говоря языком масонского катехизиса 1723 г., положившего начало новой эре человечества. Когда историки и философы говорят о «строго научном подходе» к гуманитарным предметам, в частности, к истории человечества, то, вероятно, не все из них понимают, что в той «объективности», которая им так нравится, изначально заложена определенная идеология, выражающая себя уже в самих терминах и в характере отбора материала. А это уже «не объективность», а тенденция. (здесь и далее выделено мной. Аrkadiy Рarovozov)
Совершенно очевидно, что сами употребляемые слова, несущие на себе все здание нашего мировоззрения, имеют по самой их роли религиозное значение. Смысл их большинству не ясен только потому, что корень их лежит как раз в области религиозной, чаше всего в сфере оккультно-теософской, поскольку и вся политическая сфера формируется масонством. Познать же роль масонства, когда его пытаются рассматривать вне его идеологии — вещь просто смешная и нелепая. Рассматривать же его в пределах его же идеологии — это значит по большей части опознать самих себя и свою науку, как часть масонской идеологии. (Прекрасная мысль!А.Р.) Но на это нужно и известное мужество, и внутренняя свобода, и готовность к тому, что тебя больше никто никогда не напечатает. К тому же, если отказаться от принципов «современного мировоззрения», в том числе от шаблонов в роде «законов развития общества», «всеобщей эволюции природы», от «прогресса» и от «культуры» как религии культа «чисто человеческих дел», то нужно последовательно исповедовать религию Божественного Откровения, данную нам в учении Церкви Христовой. Но последовательность чужда большей части людей.
Несомненно, масонство оказало принципиальное влияние на общественное сознание и идеологию современного политического мировоззрения.
Нелепо в этом смысле выглядят попытки некоторых публицистов и историков, воспевая «прогресс», «труд», «коллективизм» и «культуру», то есть принципы масонства, в то же время обличать масонство и низводить его на роль какой-то шайки международных аферистов. Клеймить масонов и воспевать «гуманизм» в лице Пушкина и Толстого, Достоевского и Чехова, как «наших столпов». — это значит либо не понимать главного и основного, чем жива душа человеческая, либо под видом такого обличения, открывая канал доверия у читателей патриотическим пафосом, умышленно внедрять основные принципы масонско-просветительской идеологии.
В том и трудность понимания темы, что вопрос состоит в ценности и смысле основных понятий нашего времени, таких. как «культура», «прогресс» и некоторых других. Здесь надо выбирать. Надо уметь отказаться от благоговения перед «нашими столпами», как и перед вообще «великими» и «значительными». Ведь сказано, «не сотвори себе кумира».
Надо освободиться от мысли, что главная ценность заключается в концертных залах, мерседесах и атомных электростанциях. Человечество могло бы существовать и без этих приятных и опасных игрушек. Значительная часть его без них и живет. Может случиться так, как это бывает с человеком: богатый и довольный, он много ест, много веселится, мало двигается и нежится в комфорте житейском. Но когда, как результат такого образа жизни, приходят болезни, он начинает думать, как хорошо было бы, живи он с самого начала по-другому. Можно не сомневаться, что даже «прогрессивное человечество», пропитанное самыми что ни на есть демократическими мыслями, когда-нибудь начнет думать именно таким образом. И именно тогда, когда будет поздно. Ведь эта часть человечества, что занимает командные высоты во всех государствах, очень сильна задним умом.»

Спасибо всем тем людям, кто сохранил в своём сердце и донес до нас огонек Правды, Веры, Любви, Надежды. «Не бывать басурманам на земле Русской! Век стоит Русь не шатается, и века простоит – не шелохнется!» Желаю здоровья всем пользователям форума, а Шехине процветания!

Отредактировано Arkadiy Parovozov (Среда, 27 декабря, 2017г. 23:45:05)

0

19

Неужели месьё считает, что я стану читать его бред, на составление которого ему потребовалась целая неделя? Право, он высокого о себе мнения.
Это тема, где рекомендуется книга В.М. Острецова, а мнения жидовского ника "Аркадий Паровозов" об этой работе никто не спрашивал. Тем более - мнения невежественного дилетанта, каким он себя здесь показал.
Я - за справедливость, поэтому и доказала несостоятельность данного частного мнения.
А уж то, что он себе напридумывал обо мне лично - так это меня вообще не касается, это лично его проблемы-то, только он этого никак понять не может... Спаси, Господи, этого право славного!

0

20

"...бред", "потребовалась целая неделя", "никто не спрашивал", "частного мнения", "меня вообще не касается", "лично его проблемы" - ЧЕРЕЗВЫЧАЙНО ЗНАКОМАЯ стилистика.
P.S. Вначале написал, потом подумал - благодаря "...бреду" может возникнуть мнение, что подозреваю под ником "Лира" А. Широва персонально. Ни в коем случае, хотя такая ассоциация возникает первой. Стилистика, которую имел в виду, присуща т.н. "шахматным интеллектуалам" в целом, познакомился с нею на форуме "Шпиль", кажется, куда как-то зашел по ссылкам как раз из темы об А. Широве.

Отредактировано иванЕс (Суббота, 30 декабря, 2017г. 03:33:02)

0


Вы здесь » Шехина » Полезно ознакомиться » Виктор Острецов "Масонство, культура и русская история"