Шехина

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Шехина » Гендерный спам » Копипастерский слив


Копипастерский слив

Сообщений 141 страница 160 из 185

141

Кто есть ху понятно было еще до горьачевых пописывающих в забугорье и живущих за счет грабежа еще больших колоний в сравнении с той где всегда народ колония буржуазного метрополита

Перечитывая сегодня И.В.Сталина, поражаешься тому, насколько современны его статьи и речи. Многое становится понятным и в нашей недавней истории. Видны корни и причины трагических событий времен той же перестройки, над которыми до этого ломал голову много лет.

Но что еще более важно — становится ясен путь, каким следует идти, чтобы все-таки победить окончательно и теперь уже бесповоротно.

Вот буквально несколько очень важных примеров тому:

«Условия мирного строительства не прошли даром для нас. Они наложили свой отпечаток на нашу работу, на наших работников, на их психологию. За эти пять лет мы шли плавно вперед, как на рельсах. В связи с этим создалось у ряда наших работников настроение о том, что все пойдет как по маслу, что мы сидим чуть ли не на экстренном поезде и двигаемся по рельсам прямо без пересадки к социализму.

На этой почве выросла теория “самотека”, теория “авось – небось”, теория о том, что “все образуется” само собой, что у нас нет классов, враги наши успокоились и все пойдет у нас как по писаному. Отсюда некоторая тяга к инертности, к спячке. Вот эта психология спячки, эта психология “самотека” в работе, – она и составляет отрицательную сторону периода мирного развития.

В чем состоит опасность таких настроений? В том, что они засоряют глаза рабочему классу, не дают ему разглядеть своих врагов, усыпляют его хвастливыми речами о слабости наших врагов и подрывают его боевую готовность.

Нельзя утешать себя тем, что в партии у нас миллион членов, в комсомоле – два миллиона, в профсоюзах – десять миллионов, что этим все обеспечено для окончательной победы над врагами. Неверно это, товарищи. История говорит, что самые большие армии гибли от того, что они зазнавались, слишком много верили в свои силы, слишком мало считались с силой врагов, отдавались спячке, теряли боевую готовность и в критическую минуту оказывались застигнутыми врасплох.»

«Самая большая партия может быть застигнута врасплох, самая большая партия может погибнуть, если она не учтет уроков истории, если она не будет ковать изо дня в день боевую готовность своего класса.»

Так и хочется сказать – как в воду смотрел. Может поэтому СССР и жил, что его руководитель денно и нощно бил во все колокола.

«Быть застигнутым врасплох, это – опаснейшее дело, товарищи. Быть застигнутым врасплох, это – значит стать жертвой “неожиданностей”, жертвой паники перед врагом. А паника ведет к распаду, к поражению, к гибели.»

«Или, например, взять комсомол. Вы, конечно, не будете отрицать, что кое-где в комсомоле имеются  совершенно разложившиеся элементы, беспощадная борьба с которым абсолютно необходима. Но оставим в стороне разложившихся. Возьмем последний факт беспринципной групповой борьбы внутри комсомола вокруг лиц, борьбы, отравляющей атмосферу в комсомоле. Чем объяснить, что “косаревцев” и “соболевцев” в комсомоле сколько угодно, а марксистов приходится искать со свечой в руках? (Аплодисменты.)»

«Я знаю, что, подымая ярость трудящихся масс против бюрократических извращений наших организаций, приходится иногда задевать некоторых наших товарищей, имеющих в прошлом заслуги, но страдающих теперь бюрократической болезнью. Но неужели это может остановить нашу работу по организации контроля снизу? Я думаю, что не может и не должно. За старые заслуги следует поклониться им в пояс, а за новые ошибки и бюрократизм можно было бы дать им по хребту. (Смех, аплодисменты.)»

«Неверно, что у нас нет уже классовых врагов, что они побиты и ликвидированы. Нет, товарищи, наши классовые враги существуют. И не только существуют, но растут, пытаясь выступать против Советской власти.»[1]

Как идейный лидер Советского государства И.В. Сталин прекрасно видел, что проводимая в интересах рабочего класса  экономическая политика объективно «наступает на хвост» всякого рода буржуазным элементам.

«Конечно, нашу политику никак нельзя считать политикой разжигания классовой борьбы. Почему? Потому, что разжигание классовой борьбы ведет к гражданской войне. Потому, что, коль скоро мы стоим у власти, ноль скоро мы упрочили эту власть и командные высоты сосредоточены в руках рабочего класса, мы не заинтересованы в том, чтобы классовая борьба принимала формы гражданской войны. Но это вовсе не значит, что тем самым отменена классовая борьба или что она, эта самая классовая борьба, не будет обостряться. Это тем более не значит, что классовая борьба не является будто бы решающей силой нашего продвижения вперед. Нет, не значит.

Мы говорим часто, что развиваем социалистические формы хозяйства в области торговли. А что это значит? Это значит, что мы тем самым вытесняем из торговли тысячи и тысячи мелких и средних торговцев. Можно ли думать, что эти вытесненные из сферы оборота торговцы будут сидеть молча, не пытаясь сорганизовать сопротивление? Ясно, что нельзя.

Мы говорим часто, что развиваем социалистические формы хозяйства в области промышленности. А что это значит? Это значит, что мы вытесняем и разоряем, может быть, сами того не замечая, своим продвижением вперед к социализму тысячи и тысячи мелких и средних капиталистов-промышленников. Можно ли думать, что эти разоренные люди будут сидеть молча, не пытаясь сорганизовать сопротивление? Конечно, нельзя.

Мы говорим часто, что необходимо ограничить эксплуататорские поползновения кулачества в деревне, что надо наложить на кулачество высокие налоги, что надо ограничить право аренды, не допускать права выборов кулаков в Советы и т.д., и т.п. А что это значит? Это значит, что мы давим и тесним постепенно капиталистические элементы деревни, доводя их иногда до разорения. Можно ли предположить, что кулаки будут нам благодарны за это, и что они не попытаются сорганизовать часть бедноты или середняков против политики Советской власти? Конечно, нельзя.

Не ясно ли, что все наше продвижение вперед, каждый наш сколько-нибудь серьезный успех в области социалистического строительства является выражением и результатом классовой борьбы в нашей стране?

Но из всего этого вытекает, что, по мере нашего продвижения вперед, сопротивление капиталистических элементов будет возрастать, классовая борьба будет обостряться, а Советская власть, силы которой будут возрастать все больше и больше, будет проводить политику изоляции этих элементов, политику разложения врагов рабочего класса, наконец, политику подавления сопротивления эксплуататоров, создавая базу для дальнейшего продвижения вперед рабочего класса и основных масс крестьянства.

Нельзя представлять дело так, что социалистические формы будут развиваться, вытесняя врагов рабочего класса, а враги будут отступать молча, уступая дорогу нашему продвижению, что затем мы вновь будем продвигаться вперед, а они – вновь отступать назад, а потом “неожиданно” все без исключения социальные группы, как кулаки, так и беднота, как рабочие, так и капиталисты, окажутся “вдруг”, “незаметно”, без борьбы и треволнений, в лоно социалистического общества. Таких сказок не бывает и не может быть вообще, в обстановке диктатуры пролетариата – в особенности. 

Не бывало и не будет того, чтобы отживающие классы сдавали добровольно свои позиции, не пытаясь сорганизовать сопротивление. Не бывало и не будет того, чтобы продвижение рабочего класса к социализму при классовом обществе могло обойтись без борьбы и треволнений. Наоборот, продвижение к социализму не может не вести к сопротивлению эксплуататорских элементов этому продвижению, а сопротивление эксплуататоров не может не вести к неизбежному обострению классовой борьбы.

Вот почему нельзя усыплять рабочий класс разговорами о второстепенной роли классовой борьбы.»[2]

Почивать на лаврах и восхищаться успехами было не в характере Сталина. Он не уставал объяснять советским трудящимся куда и как расползаются вчерашние буржуи, во что они рядятся и чем занимаются, как они пытаются приспособиться к новым условиям и почему это опасно. Почему советскому народу, если он хочет окончательно победить буржуазию, нельзя проходить мимо никакого проявления буржуазного сознания и к чему может привести беспечность. Что рабочий класс должен хранить как зеницу ока, чтобы не попасть вновь в рабство буржуазии, Сталин отмечал особо.

«В итоге осуществления пятилетки в области промышленности, сельского хозяйства и торговли мы утвердили во всех сферах народного хозяйства принцип  социализма, изгнав оттуда капиталистические элементы.

К чему это должно было привести в отношении капиталистических элементов и к чему оно на самом деле привело?

Это привело к тому, что оказались вышибленными из колеи последние остатки умирающих классов: частные промышленники и их челядь, частные торговцы и их приспешники, бывшие дворяне и попы, кулаки и подкулачники, бывшие белые офицеры и урядники, бывшие полицейские и жандармы, всякого рода буржуазные интеллигенты шовинистического толка и все прочие антисоветские элементы.

Будучи вышибленными из колеи и разбросавшись по лицу всего СССР, эти бывшие люди расползлись по нашим заводам и фабрикам, по нашим учреждениям и торговым организациям, по предприятиям железнодорожного и водного транспорта и главным образом – по колхозам и совхозам. Расползлись и укрылись они там, накинув маску “рабочих” и “крестьян”, причем кое-кто из них пролез даже в партию.

С чем они пришли туда? Конечно, с чувством ненависти к Советской власти, с чувством лютой вражды к новым формам хозяйства, быта, культуры.

Пойти в прямую атаку против Советской власти эти господа уже не в силах. Они и их классы несколько раз вели уже такие атаки, но были разбиты и рассеяны. Поэтому единственное, что остается им делать, – это пакостить и вредить рабочим, колхозникам, Советской власти, партии. И они пакостят как только могут, действуя тихой сапой. Поджигают склады и ломают машины. Организуют саботаж. Организуют вредительство в колхозах, в совхозах, причем некоторые из них, в числе которых имеются и кое-какие профессора, в своем вредительском порыве доходят до того, что прививают скотине в колхозах и совхозах чуму, сибирскую язву, способствуют распространению менингита среди лошадей и т.д.

Но главное не в этом. Главное в “деятельности” этих бывших людей состоит в том, что они организуют массовое воровство и хищение государственного имущества, кооперативного имущества, колхозной собственности. Воровство и хищение на фабриках и заводах, воровство и хищение железнодорожных грузов, воровство и хищение в складах и торговых предприятиях, – особенно воровство и хищение в совхозах и колхозах, – такова основная форма “деятельности” этих бывших людей. Они чуют как бы классовым инстинктом, что основой советского хозяйства является общественная собственность, что именно эту основу надо расшатать, чтобы напакостить Советской власти, – и они действительно стараются расшатать общественную собственность путем организации массового воровства и хищения.

Для организации хищений они используют частнособственнические навыки и пережитки колхозников, вчерашних единоличников, а ныне членов колхозов. Вы, как марксисты, должны знать, что сознание людей отстает в своем развитии от фактического их положения. Колхозники по положению уже не единоличники, а коллективисты, но сознание у них пока еще старое, частнособственническое. И вот бывшие люди из рядов эксплуататорских классов используют частнособственнические привычки колхозников, чтобы организовать расхищение общественного имущества и тем поколебать основу Советского строя – общественную собственность.

Многие наши товарищи благодушно смотрят на подобное явление, не понимая смысла и значения фактов массового воровства и хищения. Они, как слепые, проходят мимо этих фактов, полагая, что “тут нет ничего особенного”. Но они, эти товарищи, глубоко заблуждаются. Основой нашего строя является общественная собственность так же, как основой капитализма – собственность частная. Если капиталисты провозгласили частную собственность священной и неприкосновенной, добившись в свое время укрепления капиталистического строя, то мы, коммунисты, тем более должны провозгласить общественную собственность священной и неприкосновенной, чтобы закрепить тем самым новые социалистические формы хозяйства во всех областях производства и торговли. Допускать воровство и хищение общественной собственности, – все равно, идет ли дело о собственности государственной или о собственности кооперативной и колхозной, – и проходить мимо подобных контрреволюционных безобразий, – значит содействовать подрыву Советского строя, опирающегося на общественную собственность, как на свою базу. Из этого исходило наше Советское правительство, когда оно издало недавно закон об охране общественной собственности. Этот закон есть основа революционной законности в настоящий момент. А обязанность строжайшего его проведения в жизнь является первейшим долгом каждого коммуниста, каждого рабочего и колхозника.

Основная забота революционной законности в наше время состоит, следовательно, в охране общественной собственности, а не в чем-либо другом.

Вот почему борьба за охрану общественной собственности, борьба всеми мерами и всеми средствами, предоставляемыми в наше распоряжение законами Советской власти, – является одной из основных задач партии.

Сильная и мощная диктатура пролетариата, – вот что нам нужно теперь для того, чтобы развеять в прах последние остатки умирающих классов и разбить их воровские махинации.

Некоторые товарищи поняли тезис об уничтожении классов, создании бесклассового общества и отмирании государства как оправдание лени и благодушия, оправдание контрреволюционной теории потухания классовой борьбы и ослабления государственной власти.  Нечего и говорить, что такие люди не могут иметь ничего общего с нашей партией. Это – перерожденцы, либо двурушники, которых надо гнать вон из партии. Уничтожение классов достигается не путем потухания классовой борьбы, а путем ее усиления. Отмирание государства придет не через ослабление государственной власти, а через ее максимальное усиление, необходимое для того, чтобы добить остатки умирающих классов и организовать оборону против капиталистического окружения, которое далеко еще не уничтожено и не скоро еще будет уничтожено.

Нельзя сказать, чтобы эти бывшие люди могли что-либо изменить своими вредительскими и воровскими махинациями в нынешнем положении в СССР. Они слишком слабы и немощны для того, чтобы противостоять мероприятиям Советской власти. Но если наши товарищи не вооружатся революционной бдительностью и не изгонят из практики обывательски-благодушное отношение к фактам воровства и расхищения общественной собственности, то бывшие люди могут наделать не мало пакостей.

Надо иметь в виду, что рост мощи Советского государства будет усиливать сопротивление последних  остатков умирающих классов. Именно потому, что они умирают и доживают последние дни, они будут переходить от одних форм наскоков к другим, более резким формам наскоков, апеллируй к отсталым слоям на селения и мобилизуя их против Советской власти. Нет такой пакости и клеветы, которых эти бывшие люди не возвели бы на Советскую власть и вокруг которых не попытались бы мобилизовать отсталые элементы. На этой почве могут ожить и зашевелиться разбитые группы старых контрреволюционных партий эсеров, меньшевиков, буржуазных националистов центра и окраин, могут ожить и зашевелиться осколки контрреволюционных элементов из троцкистов и правых уклонистов.»

«Вот почему революционная бдительность является тем самым качеством, которое особенно необходимо теперь большевикам.»[3]

О сознании простых людей  и, в особенности, членов партии

«…Можно ли сказать, что мы уже преодолели все пережитки капитализма в экономике? Нет, нельзя этого сказать. Тем более нельзя сказать, что мы преодолели пережитки капитализма в сознании людей. Нельзя этого сказать не только потому, что сознание людей в его развитии отстаёт от их экономического положения, но и потому, что всё еще существует капиталистическое окружение, которое старается оживлять и поддерживать пережитки капитализма в экономике и сознании людей в СССР и против которого мы, большевики, должны всё время держать порох сухим.»

«Понятно, что эти пережитки не могут не являться благоприятной почвой для оживления идеологии разбитых антиленинских групп в головах отдельных членов нашей партии. Добавьте к этому не очень высокий теоретический уровень большинства членов нашей партии, слабую идеологическую работу партийных органов, загруженность наших партийных работников чисто практической работой, отнимающую у них возможность пополнить свой теоретический багаж, – и вы поймёте, откуда берётся та путаница по ряду вопросов ленинизма в головах отдельных членов партии, которая нередко проникает в нашу печать и которая облегчает дело оживления остатков идеологии разбитых антиленинских групп.»

«Вот почему нельзя говорить, что борьба кончена и нет больше необходимости в политике наступления социализма» [4]

«Надо покончить с оппортунистическим благодушием, исходящим из ошибочного предположения о том, что по мере роста наших сил враг становится будто бы все более ручным и безобидным. Такое предположение в корне неправильно. Оно является отрыжкой правого уклона, уверяющего всех и вся, что враги будут потихоньку вползать в социализм, что они станут в конце концов настоящими социалистами. Не дело большевиков почивать на лаврах и ротозействовать. Не благодушие нам нужно, а бдительность, настоящая большевистская революционная бдительность. Надо помнить, что чем безнадежнее положение врагов, тем охотнее они будут хвататься за крайние средства как единственные средства обреченных в их борьбе с Советской властью. Надо помнить это и быть бдительным.»[5]

Сталин о «соседях» по планете, их нравах и намерениях

«Советская власть победила только на одной шестой части света, что пять шестых света составляют владения капиталистических государств. Они забыли, что Советский Союз находится в обстановке капиталистического окружения. У нас принято болтать о капиталистическом окружении, но не хотят вдуматься, что это за штука – капиталистическое окружение. Капиталистическое окружение – это не пустая фраза, это очень реальное и неприятное явление. Капиталистическое окружение – это значит, что имеется одна страна. Советский Союз, которая установила у себя социалистические порядки, и имеется, кроме того, много стран – буржуазные страны, которые продолжают вести капиталистический образ жизни и которые окружают Советский Союз, выжидая случая для того, чтобы напасть на него, разбить его или, во всяком случае, подорвать его мощь и ослабить его.»

«Об этом основном факте забыли наши товарищи. А ведь он именно и определяет основу взаимоотношений между капиталистическим окружением и Советским Союзом.

Взять, например, буржуазные государства. Наивные люди могут подумать, что между ними существуют исключительно добрые отношения, как между государствами однотипными. Но так могут думать только наивные люди. На самом деле отношения между ними более чем далеки от добрососедских отношений. Доказано, как дважды два четыре, что буржуазные государства засылают друг к другу в тыл своих шпионов, вредителей, диверсантов, а иногда и убийц, дают им задание внедриться в учреждения и предприятия этих государств, создать там свою сеть и “в случае необходимости” – взорвать их тылы, чтобы ослабить их и подорвать их мощь.»

«Таков закон взаимоотношений между буржуазными государствами.

Спрашивается, почему буржуазные государства должны относиться к Советскому социалистическому государству более мягко и более добрососедски, чем к однотипным буржуазным государствам? Почему они должны засылать в тылы Советского Союза меньше шпионов, вредителей, диверсантов и убийц, чем засылают их в тылы родственных им буржуазных государств? Откуда вы это взяли? Не вернее ли будет, с точки зрения марксизма, предположить, что в тылы Советского Союза буржуазные государства должны засылать вдвое и втрое больше вредителей, шпионов, диверсантов и убийц, чем в тылы любого буржуазного государства?

Не ясно ли, что пока существует капиталистическое окружение, будут существовать у нас вредители, шпионы, диверсанты и убийцы, засылаемые в наши тылы агентами иностранных государств?

Обо всем этом забыли наши партийные товарищи и, забыв об этом, оказались застигнутыми врасплох.»

Сталин о благодушии и успокоенности

«Но есть другого рода опасности – опасности, связанные с успехами, опасности, связанные с достижениями. Да, да, товарищи, опасности, связанные с успехами, с достижениями. Опасности эти состоят в том, что у людей, малоискушенных в политике и не очень много видавших, обстановка успехов – успех за успехом, достижение за достижением, перевыполнение планов за перевыполнением – порождает настроения беспечности и самодовольства, создает атмосферу парадных торжеств и взаимных приветствий, убивающих чувство меры и притупляющих политическое чутье, размагничивает людей и толкает их на то, чтобы почить на лаврах.

Не удивительно, что в этой одуряющей атмосфере зазнайства и самодовольства, атмосфере парадных манифестаций и шумливых самовосхвалений люди забывают о некоторых существенных фактах, имеющих первостепенное значение для судеб нашей страны, люди начинают не замечать таких неприятных фактов, как капиталистическое окружение, новые формы вредительства, опасности, связанные с нашими успехами, и т.п. Капиталистическое окружение? Да это же чепуха! Какое значение может иметь какое-то капиталистическое окружение, если мы выполняем и перевыполняем наши хозяйственные планы? Новые формы вредительства, борьба с троцкизмом? Все это пустяки! Какое значение могут иметь все эти мелочи, когда мы выполняем и перевыполняем наши хозяйственные планы? Партийный устав, выборность парторганов, отчетность партийных руководителей перед партийной массой? Да есть ли во всем этом нужда? Стоит ли вообще возиться с этими мелочами, если хозяйство у нас растет, а материальное положение рабочих и крестьян все более и более улучшается? Пустяки все это! Планы перевыполняем, партия у нас неплохая, ЦК партии тоже неплохой, – какого рожна еще нам нужно? Странные люди сидят там, в Москве, в ЦК партии: выдумывают какие-то вопросы, толкуют о каком-то вредительстве, сами не спят, другим спать не дают…»

«Необходимо разбить и отбросить прочь гнилую теорию о том, что с каждым нашим продвижением вперед классовая борьба у нас должна будто бы все более и более затухать, что по мере наших успехов классовый враг становится будто бы все более и более ручным.

Это не только гнилая теория, но и опасная теория, ибо она усыпляет наших людей, заводит их в капкан, а классовому врагу дает возможность оправиться для борьбы с Советской властью.

Наоборот, чем больше будем продвигаться вперед, чем больше будем иметь успехов, тем больше будут озлобляться остатки разбитых эксплуататорских классов, тем скорее будут они идти на более острые формы борьбы, тем больше они будут пакостить Советскому государству, тем больше они будут хвататься за самые отчаянные средства борьбы как последние средства обреченных.

Надо иметь в виду, что остатки разбитых классов в СССР не одиноки. Они имеют прямую поддержку со стороны наших врагов за пределами СССР. Ошибочно было бы думать, что сфера классовой борьбы ограничена пределами СССР. Если один конец классовой борьбы имеет свое действие в рамках СССР, то другой ее конец протягивается в пределы окружающих нас буржуазных государств. Об этом не могут не знать остатки разбитых классов. И именно потому, что они об этом знают, они будут и впредь продолжать свои отчаянные вылазки.

Так учит нас история. Так учит нас ленинизм.

Необходимо помнить все это и быть начеку.

Необходимо разбить и отстранить прочь другую гнилую теорию, говорящую о том, что не может быть будто бы вредителем тот, кто не всегда вредит и кто хоть иногда показывает успехи в своей работе.

Эта странная теория изобличает наивность ее авторов. Ни один вредитель не будет все время вредить, если он не хочет быть разоблаченным в самый короткий срок. Наоборот, настоящий вредитель должен время от времени показывать успехи в своей работе, ибо это – единственное средство сохраниться ему как вредителю, втереться в доверие и продолжать свою вредительскую работу.

Я думаю, что вопрос этот ясен и не нуждается в дальнейших разъяснениях.

Необходимо разбить и отбросить прочь третью гнилую теорию, говорящую о том, что систематическое выполнение хозяйственных планов сводит будто бы на нет вредительство и результаты вредительства.

Подобная теория может преследовать лишь одну цель: пощекотать ведомственное самолюбие наших работников, успокоить их и ослабить их борьбу с вредительством.»[6]

Сталин о «пятой колонне», планах империалистов и их пособников

Планы как под копирку с известных нам 90-х годов. А может 90-е — копирка с 40-х, только в набат бить некому было?

Достижения у народа были великие, а правители — «марксистов приходится искать со свечой в руках».

Не нашлось ни марксистов, ни коммунистов, да и сам пролетариат дремал под настойчивое убаюкивание обуржуазившейся позднесоветской пропаганды.

«Ведь расстрелянные враги народа основной своей задачей ставили свержение советского строя, восстановление капитализма и власти буржуазии в СССР, который бы в этом случае превратился в сырьевой придаток Запада, а советский народ – в жалких рабов мирового империализма. Важное место в планах врагов народа занимали: подрыв экономической и военной мощи СССР, содействие иностранным агрессорам в деле нападения на СССР, подготовка военного поражения СССР.

Захватив власть и установив бонапартистские порядки в стране, опираясь на вооруженное ими контрреволюционное отребье, на уголовные и деклассированные элементы, эти презренные и жалкие предатели намеревались, прежде всего отказаться от социалистической собственности, продав в частную собственность капиталистическим элементам важные в экономическом отношении наши хозяйственные объекты. Под видом нерентабельных ликвидировать совхозы и распустить колхозы. Передать трактора и другие сложные сельскохозяйственные машины крестьянам-единоличникам, именуемым ими фермерами, для возрождения кулацкого строя в деревне. Закабалить страну путем получения иностранных, займов. Отдать в концессию важные для империалистических государств наши промышленные предприятия. Отдать Японии сахалинскую нефть, а Украину — Германии. В то же время осужденные враги народа стремились всеми силами подорвать боеспособность советских вооруженных сил.

Вот что, например, о планах врагов народа заявил на процессе один из активных участников антисоветского заговора Сокольников: “…Мы понимали, что в своих программных установках нам надо возвращаться к капитализму и выставлять программу капитализма, потому что тогда сможем опереться на некоторые слои в стране – создавать мелкокапиталистическую среду, мелких торговцев, мелкую буржуазию”. И далее: “Путь к власти лежал через постепенное восстановление капиталистических элементов, которые бы вытеснили и, в известной мере, заменили элементы социалистические”.

На судебных процессах враги народа признались, что они “направляли свои усилия на то, чтобы “переломить партии хребет” и вместе с тем “переломить хребет” и Советской власти”.

Корни этой компании, этой банды надо было искать в тайниках иностранных разведок, купивших этих людей, взявших их на свое содержание, оплачивавших их верную холопскую службу. И мы эти корни нашли.

Не покладая рук работали иностранные разведчики, отыскивая и находя себе, к сожалению, союзников в нашей стране, помощников в среде, правда, разложившихся, враждебных советскому строю людей.

Поскольку разоблаченные и расстрелянные враги народа имели своей целью открыть ворота иноземному врагу, врагу-агрессору, своевременное разоблачение и ликвидация их – одно из важнейших мероприятий в деле подготовки страны к успешной обороне. Революция только тогда что-либо стоит, если она умеет и может защищаться, – не раз предупреждал нас Ленин. Неприступные крепости легче всего берутся изнутри.[7]»

[1] И.В. Сталин. Речь на VIII съезде ВЛКСМ. Соч., т. 11, стр. 67-69.

[2] И.В. Сталин. Об индустриализации и хлебной проблеме. Соч., т. 11, стр. 171-172.

[3]  И.В. Сталин. Итоги первой пятилетки. Соч., т. 13, стр. 206-212.

[4] И.В. Сталин. Отчетный доклад XVII съезду партии. Соч., т. 13, стр. 347-350.

[5] И.В. Сталин. О недостатках партийной работы и мерах по ликвидации троцкистских и иных двурушников. Соч., т. 14, стр. 152-153.

[6] И.В. Сталин. О недостатках партийной работы и мерах по ликвидации троцкистских и иных двурушников. Соч., т. 14, стр. 166-167.

[7] И.В. Сталин. Выступление на расширенном заседании Политбюро ЦК ВКП(б). Соч., т. 15, стр. 33-34

0

142

"К вечеру город был освобожден — все оставшиеся в живых каменоломщики разбежались, скрываясь по городу. Начались обыски, аресты и расстрелы, брали всех подозрительных, придерживаясь правила: лучше уничтожить десять невинных, чем выпустить одного виновного; заодно был утоплен издатель меньшевистской газеты «Волна», все время писавшей против добровольцев.
Три дня продолжалась эта история и одновременно взрывались последние выходы Аджимушкайской каменоломни. За это время в Керчи было уничтожено до 3000 человек, большей частью евреев. Англичане, бывшие в Керчи, целыми днями бегали со страшно довольными лицами по городу, снимая фотографическими аппаратами повешенных и расстрелянных."
http://ic.pics.livejournal.com/remi_meisner/31890124/75661/75661_original.jpg

Покровский двинул пластунов обеих бригад на Невинномысскую и овладел ею. Оттуда я произвел внезапный налет на Темнолесскую и взял ее. При этом был пленен эскадрон красных и взяты кое-какие трофеи.
Приехавший вскоре генерал Покровский распорядился повесить всех пленных и даже перебежчиков. У меня произошло с ним по этому поводу столкновение, но он лишь отшучивался и смеялся в ответ на мои нарекания. Однажды, когда мы с ним завтракали, он внезапно открыл дверь во двор, где уже болтались на веревках несколько повешенных.
— Это для улучшения аппетита, — сказал он.
Покровский не скупился на остроты вроде: «природа любит человека», «вид повешенного оживляет ландшафт» и т.п. Эта его бесчеловечность, особенно применяемая бессудно, была мне отвратительна. Его любимец, мерзавец и прохвост есаул Раздеришин, старался в амплуа палача угодить кровожадным инстинктам своего начальника и развращал казаков, привыкших в конце концов не ставить ни в грош человеческую жизнь. Это отнюдь не прошло бесследно и явилось впоследствии одной из причин неудачи Белого движения.
http://ic.pics.livejournal.com/remi_meisner/31890124/75961/75961_original.jpg
Из караула пришел подпор. К-ой и кап. Р. Подсели к нашему чайнику. "Сейчас одного "товарища" ликвидировал", - говорит К-ой. "Как так?" - спрашивает нехотя кто-то. "Очень просто, - быстро начал он, отпивая чай, - стою вот в леску, вижу - "товарищ" идет, крадется, оглядывается. Я за дерево - он прямо на меня, шагов на десять подошел. Я выхожу - винтовку наизготовку, конечно, - захохотал К-ой, - стой! - говорю. Остановился. Куда идешь? - Да вот домой, в Сулин, - а сам побледнел. - К большевикам идешь, сволочь! шпион ты... твою мать! - К каким большевикам, что вы, домой иду, - а морда самая комиссарская. - Знаю, говорю... вашу мать! Идем, идем со мной. Куда? - Идем, хуже будет, говорю.- Простите, говорит, за что же? Я человек посторонний, пожалейте.- А нас вы жалели, говорю... вашу мать?! Иди!.. Ну и "погуляли" немного. Я сюда - чай пить пришел, а его к Духонину направил..." - "Застрелил?" - спрашивает кто-то. "На такую сволочь патроны тратить! вот она матушка, да вот он батюшка". К-ой приподнял винтовку, похлопал ее по прикладу, по штыку и захохотал...
...Из-за хат ведут человек 50-60 пестро одетых людей, многие в защитном, без шапок, без поясов, головы и руки у всех опущены.
Пленные.
Их обгоняет подполк. Нежинцев, скачет к нам, остановился - под ним танцует мышиного цвета кобыла.
"Желающие на расправу!" - кричит он.
"Что такое? - думаю я.- Расстрел? Неужели?" Да, я понял: расстрел, вот этих 50-60 человек, с опущенными головами и руками.
Я оглянулся на своих офицеров.
"Вдруг никто не пойдет?" - пронеслось у меня.
Нет, выходят из рядов. Некоторые смущенно улыбаясь, некоторые с ожесточенными лицами.
Вышли человек пятнадцать. Идут к стоящим кучкой незнакомым людям и щелкают затворами.
Прошла минута.
Долетело: пли!.. Сухой треск выстрелов, крики, стоны...
Люди падали друг на друга, а шагов с десяти, плотно вжавшись в винтовки и расставив ноги, по ним стреляли, торопливо щелкая затворами. Упали все. Смолкли стоны. Смолкли выстрелы. Некоторые расстреливавшие отходили.
Некоторые добивали штыками и прикладами еще живых.
Вот она, гражданская война; то, что мы шли цепью по полю, веселые и радостные чему-то, - это не "война"... Вот она, подлинная гражданская война...
Около меня - кадровый капитан, лицо у него как у побитого. "Ну, если так будем, на нас все встанут", - тихо бормочет он.
http://ic.pics.livejournal.com/remi_meisner/31890124/76096/76096_original.jpg
Мальчики думают, что если они убили и замучили несколько сотен и тысяч большевиков и замордовали некоторое количество комиссаров, то сделали этим великое дело, нанесли большевизму решительный удар и приблизили восстановление старого порядка вещей. Обычная психология каждого честолюбивого взводного, который считает, что он решил исход боя и всей войны. Но зато мальчики не понимают, что если они без разбора и удержа насильничают, порют, грабят, мучают и убивают, то этим они насаждают такую ненависть к представляемой ими власти, что большевики могут только радоваться наличию столь старательных, ценных и благодетельных для них сотрудников.
http://ic.pics.livejournal.com/remi_meisner/31890124/76438/76438_original.jpg
Скоро Новочеркасск. Туда сбежалось лучшее,- лихорадочно организуется. Отсюда тронется волна национального возрождения. Во главе национальный герой, казак Лавр Корнилов. Вокруг него объединилось все, забыв партийные, классовые счеты...
"Учредительное собрание - спасение Родины!" - заявляет он. И все подхватывают лозунг его. Идут и стар и мал. Буржуазия - Минины. Офицерство - Пожарские...
Пришли в ст. Плотскую, маленькую, небогатую. Хозяин убогой хаты, где мы остановились, - столяр, иногородний. Вид у него забитый, лицо недоброе, неоткрытое. Интересуется боем в Лежанке.
"Здесь слыхать было, как палили... а чевой-то палили-то?"
"Не пропустили они нас, стрелять стали..." По тону видно, что хозяин добровольцам не сочувствует.
"Вот вы образованный, так сказать, а скажите мне вот: почему это друг с другом воевать стали? из чего это поднялось?" - говорит хозяин и хитро смотрит.
"Из-за чего?.. Большевики разогнали Учредительное собрание, избранное всем народом, силой власть захватили - вот и поднялось". Хозяин немного помолчал. "Опять вы не сказали... например, вот, скажем, за что вот вы воюете?"
"Я воюю? - За Учредительное собрание. Потому что думаю, что оно одно даст русским людям свободу и спокойную трудовую жизнь".
Хозяин недоверчиво, хитро смотрит на меня. "Ну, оно конечно, может, вам и понятно, вы человек ученый".
"А разве вам не понятно? Скажите, что вам нужно? что бы вы хотели?" "Чего?.. чтобы рабочему человеку была свобода, жизнь настоящая и к тому же земля..." - "Так кто же вам ее даст, как не Учредительное собрание?"
Хозяин отрицательно качает головой.
"Так как же? кто же?"
"В это собрание-то нашего брата и не допустят".
"Как не допустят? ведь все же выбирают, ведь вы же выбирали?"
"Выбирали, да как там выбирали, у кого капиталы есть, те и попадут", упрямо заявляет хозяин.
"Да ведь это же от вас зависит!" - "Знамо, от нас, - только оно так выходит..."

Трудно было власти….. миловать не приходилось… ...каждое распоряжение несло, если не наказание, то предупреждение о нем… ...Лиц, уличенных в сотрудничестве большевикам, надо было, без всякого милосердия, истреблять.
Временно надо было исповедовать правило: «лучше наказать десять невинных , нежели оправдать одного виновного».
Только твердость и жестокость могли дать необходимые и скорые результаты.

Генерал-лейтенант Денисов С. В. "Записки. Гражданская война на Юге России 1918-1920".
http://ic.pics.livejournal.com/remi_meisner/31890124/76619/76619_original.jpg

Широко развернулась деятельность Добровольческой контрразведки по очистке Киева "от преступных элементов: коммунистов, комиссаров и прочей мерзости". Всем домовым комитетам и квартирохозяевам было приказано немедленно сообщить о своих квартирантах, въехавших в течение последнего месяца в квартиру или дом.
Началась эпидемия доносов. Сотни ни в чем не повинных людей, казавшихся "подозрительными", ежедневно сгонялись под конвоем на проверку в тюрьмы контрразведки. Допрос их производился "с пристрастием": грубое обращение, издевательства, побои, пытки, насилия над арестованными женщинами и т.д. При огромном количестве арестованных с допросами не канителились. Многие "подозрительные" не дожили до следующего дня. Разгрузка тюрем также производилась без особой волокиты. В этом деле воинские части помогали контрразведке. В штабе генерала Глазенина ликвидировали "подозрительных" прежде всего по одному существенному признаку: "жид". "Виновного" немедленно пускали "в расход". Таким путем за полтора месяца оккупации в Киеве было по официальным подсчетам Добрармии истреблено 2000 "коммунистов" и им "сочувствующих".

Полетика Н. П. "Вoспоминания".Было известно, что то, что творилось в застенках контрразведки Новороссийска, напоминало самые мрачные времена средневековья.
Попасть в это страшное место, а оттуда в могилу, было как нельзя более легко. Стоило только какому-нибудь агенту обнаружить у счастливого обывателя района Добровольческой армии достаточную, по его, агента, понятию, сумму денег, и он мог учредить за ним охоту по всем правилам контрразведывательного искусства. Мог просто пристрелить его в укромном местечке, сунуть в карман компрометирующий документ, грубейшую фальсификацию, — и дело было сделано. Грабитель-агент, согласно законам, на сей предмет изданным, получал что-то около 80 процентов из суммы, найденной при арестованном или убитом "комиссаре". Население было терроризировано и готово добровольно заплатить что угодно, лишь бы избавиться от привязавшегося "горохового пальто", не доводя дело до полицейского участка.
Выходило примерно так: вся обывательская масса в ее целом была "взята под сомнение" в смысле ее политической благонадежности; с другой стороны, существовало стоявшее, — наподобие жены Цезаря! — выше подозрений фронтовое офицерство; за ними шли: контрразведка, уголовный розыск и, наконец, государственная стража, действовавшие под охраной высших властей в полном единении с шайкой спекулянтов, грабителей и убийц. Все это сонмище, в конце концов погубившее Добровольческую армию, было в равной мере опасно для населения "глубокого тыла", по отношению к нему, сонмищу, абсолютно лишенному элементарных прав человека и гражданина.
Все, носившие английские шинели и подобие погон, ходили в Новороссийске вооруженными до зубов; пускали в ход нагайки, револьверы и винтовки по всякому поводу и, как будто, никакой ответственности за это не подлежали. Ибо всё остальное подозревалось в несочувствии, в измене добровольческому делу, в злостной спекуляции, большевистской и социалистической агитации или хотя бы в "распространении ложных слухов" и принадлежности к "жидам".

Виллиам Г. Я. "Побеждённые".     Как же вы пропагандируете? — поинтересовался я.
Он рассказал:
—        Видишь, у меня есть целый штат прохвостов, то бишь, агитаторов,  обучавшихся  в особой  школе...  Образованные мерзавцы!.. Они ездят по моим инструкциям — для провокации. Чтобы тебе стал сразу, понятен характер деятельности, выслушай.
Иду я, или один из моих негодяев, например, по Серебряковке и вижу, солдат без ноги, без головы, без руки там, одним словом пьяный, пристает к публике: «Подайте жертве германского плена!..» Я к нему: «Желаешь получать сто на день?..» Ну, конечно, желает... Так вот что, братское сердце: вместо того, чтобы бестолку голосить «жертва германского, плена», голоси «жертва большевистской чрезвычайки». Понятно?! Говори про чрезвычайку, ври, что в голову прилезет, и — получай сто целковых на пропой души.
Тут я припомнил, что мне это уже приходилось слышать в Новороссийске. Пьяные оборванные, наглые люди в солдатских фуражках и в шинелях, благоухая «самогонкой», что-то такое рассказывали об ужасах, пережитых ими в чрезвычайках, нередко откровенно дополняя свои рассказы:
— По сто целковых платит за эту самую канитель Василь Иваныч. Подайте жертвеВ 14 час. состоялась панихида по 4-м убитым офицерам и солдатам на их могиле, было много жителей. Заметили, между прочим, одного старика, который всю панихиду плакал...
В 19 часов вернулась экспедиция Двойченко - нашли только одного главного участника убийств, - расстреляли, остальные бежали; сожгли их дома, забрали фураж, живность и т.п. Оттуда заехали в Долгоруковку, отряд был встречен хлебом-солью, на всех домах белые флаги, полная и абсолютная покорность всюду... Как люди в страхе гадки, нуль достоинства, нуль порядочности, действительно сволочной, одного презрения достойный народ: наглый, безжалостный, полный издевательств против беззащитных, при безнаказанности не знающий препон дикой разнузданности и злобы, а перед сильными такой трусливый, угодливый и низкопоклонный...!
http://ic.pics.livejournal.com/remi_meisner/31890124/76823/76823_original.jpg
http://ic.pics.livejournal.com/remi_meisner/31890124/78069/78069_original.jpg
На одной из станций с горечью на сердце пришлось видеть воочию, насколько русской толпе нужна палка и притом, к сожалению, иностранного происхождения. Наш поезд стоял, ожидая прохода экстренного поезда генерала Жанена; все усилия железнодорожных милиционеров удалить с рельсов сидевшую на них толпу крестьян и пассажиров успеха не имели; но когда явились три чеха и с криками «айда» стали дубасить русских граждан прикладами, то платформа и рельсы опустели, а "хозяева русской земли" чинно выстроились за отведенной им чехами линией.
Печальная картина, причины возможности которой заложены глубоко в нашей истории; грустный вариант привычки быть под татарином, фрязином, немцем, а в последнее время — евреем.
http://ic.pics.livejournal.com/remi_meisner/31890124/78849/78849_original.jpgБыл у генерала Жанена. Веселый, жизнерадостный француз; считается главнокомандующим союзными войсками, но чехи его слушаются только тогда, когда им это удобно. По просьбе Жанена высказал ему свои взгляды на современное положение России и Сибири и на те виды союзнической помощи, которые нам сейчас неотложно необходимы. Пытался ему растолковать, что прежде всего нужно, чтобы союзники признали образовавшуюся в Омске власть и поддержали ее морально и материально; сейчас мы находимся в невероятно тяжелом и сложном положении какого-то bаstard'a, и это дает возможность разражаться разными выпадами Семенову, Гайде и другим атаманам, допускает двусмысленное поведение японцев, давит нас по финансовой части, вносит ужасную путаницу в дело снабжения, выдаваемого нам как-то из-под полы и вроде каких-то подачек. Очевидно, что нам хотят помочь, а если так, то надо делать это скоро, откровенно и полным махом, понимая, что затяжка только истощает Россию и усиливает положение большевиков. Затем нам нужна прочная, планомерная помощь вооруженной силой, но никоим образом не для войны на фронте, а для оккупации важнейших населенных пунктов (!!!!! Каково?) и для установления там законного порядка и нормальных условий жизни; сделать сами мы этого не в состоянии как по недостатку людей и вооруженной силы, так и по причинам чисто морального порядка, свойственным атмосфере гражданской войны, остроте классовой борьбы, горечи испытанного и трудно подавляемой жажде реванша и реакции.
Это нам надо временно до тех пор, пока не окрепнут закон и государственность и не установятся новые административные органы (центральные и по самоуправлению в самом широком значении этого слова).
Для этой цели нам нужны совершенно нейтральные, беспристрастные и спокойные войска, способные сдержать всякие антигосударственные покушения как слева, так и справа. Только под прикрытием сети союзных гарнизонов, не позволяющих никому насильничать и нарушать закон, поддерживающих открыто и определенно признанную союзниками власть, возможно будет приняться за грандиозную работу воссоздания всего разрушенного в стране, восстановления и укрепления местных органов управления и за еще более сложную и щекотливую задачу постепенного приучения населения к исполнению государственных и общественных повинностей, к платежу налогов, одним словом, ко многому, от чего население отвыкло; это неизбежное ярмо надо надеть умеючи, а главное — без помощи наших карательных и иных отрядов.
http://ic.pics.livejournal.com/remi_meisner/31890124/78647/78647_original.jpg

С начала 1919 года, после ухода немцев из Закавказья, нам удалось получить несколько транспортов артиллерийских и инженерных грузов из складов Батума, Карса, Трапезунда. А с февраля начался подвоз английского снабжения. Недостаток в боевом снабжении с тех пор мы испытывали редко. Санитарная часть улучшилась."Кто идет?" - "Китайский отряд сотника Хоперского". Подошли: человек тридцать китайцев, вооруженных по-русски. "Куда идете?" - "Ростов, бальшевик стреляй"...
"И зачем эту сволочь набрали, ведь они грабить к большевикам пошли", говорит кто-то. "Это сотник Хоперский, он сам вывезенный китаец, вот и набрал. В Корниловский полк тоже персов каких-то наняли..."В газету, где я работал, ежедневно попадали коротенькие заметки, получаемые хроникером в полиции, об убийствах арестованных при препровождении в места заключения. Помещались эти, заметки всегда под одинаковым заголовком: "неудавшийся побег". Первоначально заметки эти редактировались полицейскими протоколистами так: "при препровождении в тюрьму покушался бежать, за что был убит". Впоследствии такая редакция показалась конфузной начальству, и была изменена следующим образом: "покушался бежать и, после троекратного оклика, был убит конвоем". Видимость законности была соблюдена, что требовалось: людей не убивали зря, а только после троекратного предупреждения, если таковое не помогало...Власть потеряла целый год, не сумела приобрести доверия, не сумела стать Нужной и полезной, а поэтому нет ничего мудреного в том, что ее авторитет неудержимо, почти что кувырком, летит вниз. Сейчас нужны гиганты наверху и у главных рулей и плеяда добросовестных и знающих исполнителей им в помощь, чтобы вывести государственное дело из того мрачно-печального положения, куда оно забрело, вместо этого вижу кругом только кучи надутых лягушек омского болота, пигмеев, хамелеонистых пустобрехов, пустопорожних выскочек разных переворотов, комплотов и политически-коммерческих комбинаций, вижу гниль, плесень, лень, недобросовестность, интриги, взяточничество, грызню и торжество эгоизма, бесстыдно прикрытые великими и святыми лозунгами.
http://ic.pics.livejournal.com/remi_meisner/31890124/81704/81704_original.jpg
Деникин сетует:

Ревизия добросовестно искала «виновных», привлекала к ответственности крупных и мелких нарушителей закона, но не умела найти грехи системы, не умела и не могла изменить общих условий, питавших преступность.Безвластие, военный террор и бюрократическая анархия. Обыватели замерли в страхе, горя ненавистью к добровольцам. Те видели это и, с отчаянием сжимая в руках оружие, трепетали. Царили взаимное озлобление, вражда, предательство. Сказывались результаты произвола и хищничества. Железнодорожные власти продавали поезда правительственным учреждениям. Машинисты везли только за деньги и спирт, или с приставленными к их вискам револьверами...

Фон Будберг описывал положение дел в царстве Колчака летом 1919-го года - вот так:

Скверно на душе, кругом болото, нравственное разложение и разжижение и грязное политиканство, ведомства грызутся друг с другом и занимаются взаимным ущемлением и подковыркой, а в пределах каждого ведомства идет своя внутренняя борьба, кипят свои домашние водовороты. Конечно, все это было и раньше, но сейчас стало слишком остро, резко, откровенно, а главное — несвоевременно.От белогвардейцев не отставали в плане грабежа и их союзники. Скажем, про чехословаков фон Будберг пишет:

На Урале и в Сибири они набрали огромнейшие запасы всякого добра и более всего озабочены его сохранением и вывозом; ведь требовали они с нас три миллиона рублей за переданную нам императорскую гранильную фабрику под предлогом, что они развили ее новыми станками и машинами; когда же начальник инженеров Тюменского округа полковник Греков стал принимать эти «новые» машины, то среди них оказались снятые с фортов Владивостока и в том числе дизель-моторы с форта номер 6, строителем которого был когда-то этот самый Греков; очевидно, что и остальные машины были приобретены в том же магазине без хозяина, который именуется Россией.
Сейчас чехи таскают за собой около 600 груженых вагонов, очень тщательно охраняемых; они заявляют, что это их продовольственные запасы, но когда при их движении на восток мы во избежание пробега вагонов предложили им сдать это продовольствие и получить эквивалент в Иркутске и Красноярске, то они категорически отказались; по данным контрразведки, эти вагоны наполнены машинами, станками, ценными металлами, картинами, разной ценной мебелью и утварью и прочим добром, собранным на Урале и в Сибири.http://ic.pics.livejournal.com/remi_meisner/31890124/78165/78165_original.jpg

0

143

РПЦ снова вспоминает Историю России, времена правления святого страстотерпца Николая "Кровавого".

Патриарх Московский и всея Руси Кирилл призвал православных россиян брать пример с императора Николая II, 145-летие со дня рождения которого отмечается в воскресенье.
«Казалось бы, такого человека нужно на руках носить и благодарить за то, что он своим тихим голосом и своей кроткой внешностью, никогда никого не обижая и не оскорбляя, сумел так организовать работу страны, что она за короткое время, в том числе и пройдя через испытания революции 1905 года, стала сильной и могущественной», — сказал патриарх.С тихим голосом и кроткой внешностью. А глаза - добрые-добрые. Главное - он никогда никого не обижал и не оскорблял. И страну сильную да могущественную построил. Её потом, в октябре 17-го, жЫды, полячишки и русские, подкупленные хитрой аглицкой королевой, разрушили. Стариков и Кирилл подтвердят, да.

Но случались в сильной да могущественной православной стране и неприятности. Разумеется, инспирированные нехристями-жидами и всякими английскими шпионами, навроде Бланка-Ульянова-Ленина.

Например, была в сильной да могущественной православной стране такая компания - "Лензото". "Ленское золотопромышленное товарищество". Находилась эта компания в собственности русского православного банкира Евзеля Гинцбурга и его компаньонов - г-д Мейера, Варшавера, Винберга и других добрых христиан. Ближе к началу неспокойного 20-го века, добрые христиане набрали у государства кредитов, не смогли расплатиться и замутили по такому случаю общий гешефт с конторой под названием "Русская горнопромышленная корпорация", это было такое русско-английское АО, возглавляемое неким мистером Бойлом (тоже, надо понимать, русским православным христианином). По итогам гешефта получилось зарегистрированное в Лондоне финансовое общество «Lena Goldfields Co., Ltd». Председателем правления этого замечательного русского финансового общества стал лорд Гаррис, также в правление входили такие русские православные предприниматели, как уже известный нам мистер Бойл, мистер Бэкер (директор-распорядитель брокерской фирмы «Л. Гирш и К°»), мистер Фрешвилл (директор компании «Объединенные рудники») и другие достойные г-да. Не английские шпионы, вроде гопника Ульянова-Ленина, а настоящие джентльмены, друзья России, Которую Мы Потеряли. Под чутким руководством этих мудрых и эффективных собственников общество «Lena Goldfields Co., Ltd» расцвело и окрепло, подмяло под себя практически весь Ленский золотопромышленный район. Иной недалекий патриот возмутится - почему это русское золото добывали англичане? Поспешим успокоить нашего патриота: хоть 66% акций «Lena Goldfields Co., Ltd» и принадлежали англичанам, непосредственное управление приисками осуществляли таки русские православные бизнесмены: Гинцбург, Мейер, Шамнаньер, Век, Слиозберг, Грауман, Фридляндский и Белозеров (как этот гой сюда затесался?!!!).

К сожалению, успешному ведению православного бизнеса мешало одно обстоятельство. Одно, но очень существенное. Работало на приисках "Лензото" сплошь неэффективное и вечно пьяное русское быдло. Причем неэффективность и пьянство ещё как-то можно было терпеть. Но злые аглицкие шпионы-большевики научили быдло качать права и чего-то там нагло "трееебовать" - аккуратной выплаты жалованья, улучшения жилищных условий и чтобы сотрудники администрации приисков прекратили сексуально домогаться быдланских самок. И это вместо благодарности эффективным собственникам за создание рабочих мест! Впрочем, православные бизнесмены и их английские компаньоны терпели хамские выходки быдлорабочих с кротостью христианских святых.

Но в марте 1912-го года ленивое быдло, накрученное провокаторами-жидобольшевиками, устроило забастовку из-за какой-то мелочи (мясом тухлым в столовой накормили - да пусть скажут спасибо, что мясо вообще было! зажрались!) и потребовало уж совсем возмутительных вещей. Например: "Расширения квартир, с достаточным количеством воздуха, с бесплатным освещением. Холостым одна комната на двоих и семейному одна комната". А ещё - "8-часовой рабочий день. Предпраздничные дни по 7 часов, воскресные и двунадесятые праздники работать необязательно - считать эти дни льготными". Далее совсем нахальство - "​По первому требованию больного должна явиться медицинская помощь. Болезнь рабочего по вине Ленского товарищества оплачивается поденною платой и болезнь вообще - полднем до дня выздоровления. Обязательная выдача удостоверений больным". Как вам такое? Но это не всё, ещё быдляки хотели, "Чтобы администрация не увольняла по личным капризам, а делала это с ведома рабочей комиссии". И самое возмутительное: "Вежливое обращение администрации. Рабочих не называть на "ты", а на "вы"". Это даже комментировать невозможно. Полный список требований неблагодарного быдла можно прочитать тут: http://www.doc20vek.ru/node/2185

Естественно, сами работяги, как хорошие православные патриоты, никогда бы не додумались выдвигать такие абсолютно невыполнимые и дерзкие требования. Их, конечно, настропалили провокаторы из жидов. Самым видным жидом-провокатором был Тимофей Михайлович Соломин. Этот ушлый жидяра делал все, чтобы притвориться русским рабочим и войти в доверие к быдлу - он с 15-ти лет впахивал то на мыловаренном заводе, то на лесосплаве, то на железной дороге. И вот, занесла его нелегкая на ленские прииски, где жид Тимофей тут же опутал работяг сатанинским колдовством и научил их бунтовать против православного начальства - царя-батюшки, лорда Гарриса, мистера Бойла и господина Гинцбурга. И начался бунт. Проходил он как-то странно. Правильные революционеры, конечно, нарисовали бы плакатиков "Хиколай - Нуй!" и смело выходили бы с оными плакатиками гулять, по выходным дням. А неправильный революционер Соломин, вместо такого эффективного и очевидного шага, как рисование плакатиков и прогулки под открытым небом, подучил работяг не ходить на работу. И добыча золота прекратилась. И господам акционерам прекратили капать дивиденды.

Терпению православных бизнесменов пришел конец. Одно дело - сносить оскорбления от презренной черни. Бизнесмены, как истинные православные христиане, безусловно, подставили бы другую щеку. Но тут-то уже имело место нарушение прав акционеров - солидных, состоятельных господ! А права человека - особенно состоятельного - это святое! Предприниматели обратились за помощью к ОМОНу православной полиции, ничего другого, согласитесь, не оставалось. Не начинать же, в самом деле, обращаться к рабочим на "вы"! Православная полиция, помолясь, арестовала всё кубло жидов-провокаторов, включая Соломина. Но ленивое быдло эти аресты не успокоили - слишком сильна была сатанинская жидобольшевистская магия. Быдланы уже поверили, что они - какой-то там "авангард чего-то там" (эти вредные враки про "авангард" сочинил известный агент сионизма Карл Маркс, специально чтобы подрывать могущество православной Империи на радость еврейским банкирам, инфа 100%). Обманутые рабочие забыли о христианском смирении, вышли толпой на улицу и потребовали освободить арестованных членов стачкома (то бишь жидов-провокаторов). В ответ православная полиция, помолясь, расстреляла взбесившееся быдло к свиньям собачьим. Большевики после своей антихристианской г'еволюции врали, что, мол, убито было 270 человек, а правдивые источники из России, Которую Мы Потеряли утверждают, что убито было всего-ничего, не больше 150-ти человек.

На этом инцидент был практически исчерпан. Дальнейшая судьба недобитого православной полицией быдла неизвестна - наверное, спилось где-нить под забором, как положено быдлу. Общество «Lena Goldfields Co., Ltd» ещё долго добывало золото в Ленском золотопромышленном районе, даже после революции англичанцы умудрились получить у большевиков концессии на разработку золотых месторождений. К сожалению, хитрые английские шпионы-большевики обманули честных английских бизнесменов и в 29-м году жОстко кинули цивилизованных европейцев через каркалыгу: дождались, пока эффективные собственники наладят добычу, а потом выставили их из СССР на пинках - НЭП кончился, типа - а прииски забрали себе. Бездельник и подстрекатель Тимофей Соломин немного посидел в тюрьме, вышел под полицейский надзор, работал на уральских рудниках, заработал инвалидность, а в конце 20-х годов организовал колхоз где-то в Кемеровской области (и наверняка истреблял при этом кулаков - Соль Земли Русской).

Товарищ Сталин писал по поводу ленских событий: "Всё, что было злого и пагубного в современном режиме, всё, чем болела многострадальная Россия, — всё это собралось в одном факте, в событиях на Лене".

Но мы-то знаем, что не было в режиме добрейшего царя-мученика Николая 2-го ничего "злого и пагубного". Большевистская ложь! И ничем николаевская Россия не "болела". И никакая она не "многострадальная". На самом деле Царь-мученик был настоящим христианином и построил замечательную страну - сильную, могущественную, справедливую и (что особенно важно!) православную. При этом кроткий Николай-страстотерпец умудрился никого не обидеть и не оскорбить. Правда, постреляли разок ленских работяг. А до этого - обуховских, ростовских, киевских, екатеринбургских, рижских, бакинских, лодзинских, питерских. А после этого - снова питерских и ивановских. Но это ничего. Это фигня. Тем более, что стреляли-то так, по мелочи. Там десяток, там полсотни, там человек 300... Говорить не о чем. Пацаны совсем и не обиделись. Патриарх Кирилл не даст соврать.

В начале прошлого века рабочие России, Которую Мы Потеряли завели привычку устраивать забастовки и требовать всяких возмутительных вещей. Нет, не "Николяра, пшел вон", не "хватит кормить Кавказ", не "честных выборов" и не "власть - миллионам", как сегодня. Тогда рабочие были людьми малообразованными и поэтому в таких эмпиреях не витали, требовали всякого приземленного, монаскыть - бытового. Восьмичасовой рабочий день, вежливое обращение администрации, увеличение расценок, улучшение жилищных условий (чтобы каждому работяге отдельную койку предоставили) и увольнения только за серьезные косяки, а не по произволу. Выдвигать такие требования рабочих подбивали большевики. Разумеется, это делалось не ради блага рабочих, а с целью подорвать могущество Православной Империи на радость банкирскому дому Шиффа и хитрой аглицкой королеве. Не верите - спросите знаменитого историка Старикова, он подтвердит. Ведь могущество РИ было немыслимо без того, чтобы русский рабочий жил впроголодь, вынужден был снимать койку вскладчину с товарищем-коллегой, впахивал по 12 часов в день и регулярно получал по голове то от приказчика, то от нарядчика, а при первой попытке возмутиться - вылетал с завода с волчьим билетом и подыхал под забором без средств к существованию. А социал-демократы, стало быть, эти священные устои шатали, как могли.

В декабре 1905-го года ярославские рабочие с фабрики братьев Корзинкиных написали петицию генерал-губернатору, с требованиями, в основном совпадающими с перечисленными выше. Генерал-губернатор Римский-Корсаков счел, что общаться с презренным быдлом ему западло, поэтому замкнулся в гордом молчании и ничего рабочим не ответил. Трудящихся такое пренебрежение несколько задело и они решили вручить петицию Римскому-Корсакову лично, и устроили большое шествие, с флагами и транспарантами, под охраной вооруженной рабочей дружины - для солидности. Большевики Губельман-Ярославский и Федоров пытались рабочих от этой затеи отговорить. Во-первых, доказывали большевики, никакая рабочая дружина не спасет демонстрацию от казачьих сотен с карабинами, шашками и нагайками, если только у дружины не будет пары пулеметов, а с пулеметами пока напряженка. Во-вторых, убеждали большевики, забастовки намного эффективнее убеждают начальство пойти на компромисс с трудящимися. Потому, что забастовки бьют по самому больному месту буржуина - по его карману. Кроме того, разгон забастовки - в отличие от разгона "массовых беспорядков" - не очень симпатичен обывателям, а это важно. А бегать по городу с флагами - порожняковая, мол, движуха. Как видим, эти большевики были весьма умны, хитры и коварны. К несчастью рабочие послушались не большевиков, а пару меньшевиков-провокаторов, Тютюкина и Навального Батушина и Кириллова, которые очень красиво расписывали, что стоит только выйти толпой на площадь, помахать флагом и заорать "Мы здесь власть!" - тут же Римский-Корсаков зассыт, оковы тяжкие падут, темницы рухнут и Свобода нас встретит радостно у входа и т.п. Одним словом, шествие таки состоялось. Разумеется, оно было рассеяно тремя сотнями казаков, которые тактически грамотно взяли демонстрантов в "клещи" и в какие-нибудь четверть часа наголову разгромили пятнадцатитысячную толпу гражданских - Россия, Которую Мы Потеряли славилась талантливыми полководцами. Резиновых "демократизаторов" на вооружении правоохранителей в те славные времена ещё не было, поэтому разгоняли работяг по-сермяжному, шашками и нагайками. Сиречь - чтобы было понятнее современникам - заточенными ломами и свинчатками на веревочках. На поле боя осталось 7 убитых и 11 тяжело раненых рабочих. Также был смертельно ранен один казак, бойцы рабочей дружины подло застрелили несчастного, когда он храбро херачил шашкой очередного смутьяна, жидовского подпевалу.

Ну, рабочие сказали свое слово, пришло время и патриотам-охранителям сказать своё. Ярославская православно-патриотическая общественность решила отомстить революционерам-безбожникам и устроить парочку хороших, годных погромов. Погромы проходили под "крышей" местной администрации, а главными организаторами были некие братья Цапки "Энды", эффективные собственники, купцы-предприниматели, кандидаты социологических наук и депутаты от партии "Единая Россия" скупщики краденого и лидеры серьезной ярославской ОПГ. Ну, кому же, как не таким орлам, постоять за Русь-матушку и Царя-батюшку? Далее события развивались следующим образом:

Во время шествия с гробом казака братья "Энды" несли перед собой царский портрет и вели под своим руководством черную сотню хулиганов, городских мещан, торгашей с черными повязками на руках.
Перед домом, на который указывал палец или взгляд переряженного полицейского, братья "Энды" останавливались, опускались на колени перед портретом царя и говорили: "Ваше величество, здесь живет изменник отечества, прикажете громить?"  Вся сотня останавливалась и ждала приказаний.
Через несколько минуть братья "Энды" громко произносили "Разрешаю". И дом подвергался разгрому...
Эти погромы происходили на глазах и при благословении шествующего в похоронной процессии православного духовенства.

Сильно и эффектно! Как видим, акция черносотенцев была исполнена гражданского пафоса и отличалась истинно православной эстетикой. Говорухин бы одобрил. И в фильме Михалкова такое смотрелось бы идеально.

Похороны погибших рабочих тоже превратились в пафосную демонстрацию. Но это уже материал не для Михалкова, а для какого-нибудь Эрмлера или Бондарчука-старшего:

На похороны пришли рабочие других фабрик, заводов и железнодорожники. Траурное шествие превратилось в большую рабочую демонстрацию. Впереди демонстрации шла боевая рабочая дружина. Несли венки с красными бантами, аншлаги и знамена с лозунгами: "Смерть палачам царского самодержавия", "Слава павшим борцам за свободу", "Слава погибшим", "Проклятие убийцам", "Пролетарии всех стран, соединяйтесь", "Против бога и капитала" и т.п.

На сей раз работяг было уже 30 тысяч (не "марш миллиардов", конечно, но цифра внушительная), поэтому разгонять их поопасились. Более того, генерал-губернатор соизволил, наконец-то, заметить рабочее движение и даже снизошел до общения с ним. Общался Римский-Корсаков через газету "Ярославские губернские ведомости":

Похороны убитых участников преступления, к прекращению которого, к сожалению, я - губернатор - не имел других средств как призвать войска, имели характер совершенно несоответствующий этому грустному и величественному обряду. Вместо установленных Церковью песнопений вас заставили принять участие в пении революционных песен и вместо тихого, скорбного настроения, обыкновенно являющегося у человека после похорон близкого, вы вернулись с кладбища враждебно настроенными против правительства и снова собираетесь на сходки... Послушайте моего совета, бросьте заниматься политическими вопросами, подумайте о себе, своих женах и детях и, благословясь, приступайте к работе. Приближается праздник Рождества, поработайте как обычно. Идите в церковь и там воспойте: "Слава в вышних Богу - на земле мир и в человецех благоволение"...

Как можно видеть, царская власть трогательно заботилась о гражданах России, Которую Мы Потеряли. Губернатор следил, чтобы трудящиеся вернулись к станкам, а господа Корзинкины и прочие эффективные предприниматели города Ярославля не остались без прибылей в канун Рождества Христова. Это так мило и православно, что аж слеза наворачивается. Не лезьте в политику - трудитесь, молитесь, поститесь и слушайте радио "Радонеж". Под таким шикарным призывом, думаю, подписались бы и многие современные православные идеологи. Так Россия, Которую Мы Потеряли в очередной раз обогнала время. Работяги прониклись этим призывом "замиряться с правительством" и прекратили забастовку. Зловещая Гидра Революции была на время придавлена, а прибыли эффективных собственников - спасены. Для пущего эффекта русские патриоты устроили ещё одну акцию, финальный аккорд, тыкскыть:

После окончания забастовки на Большой Мануфактуре генерал-губернатор показал свой "мир". 23 декабря около часу дня во двор фабрики сразу нагрянули со всех сторон шесть сотен казаков, полк солдат и полиция. Ворвались в училища и начали погром. Искали оружия и знамён. В ночь произвели аресты.

После того, как оружие было изъято, красные знамена втоптаны в грязь, а борцы за права рабочих уехали в тюрьму "Коровники", на ярославской земле окончательно воцарился мир. И в человецех благоволение, ага. Разумеется, царь-батюшка оценил борьбу ярославских патриотов с красной жидовской заразой.

23 декабря в Царском Селе состоялся приём депутации "Союза Русского Народа". От ярославской организации инженер А. И. Тришатный царю Николаю прочел черносотенный адрес и сказал речь о том, как черносотенцы боролись с крамолой в Ярославле.
Царь выслушал Тришатного и осчастливил его глупой фразой: "Уповайте на Бога и надейтесь на меня".

Ну, насечет того, что фраза "глупая" - большевичок Попов заврался. Нормальная такая фраза. Отличная демонстрация единства Царя и Русского Народа, нес па? Кстати, Римского-Корсакова за верную службу не забыли отблагодарить. Он получил огромное имение в Ярославской губернии, стал почетным гражданином Ярославля, сенатором, членом Государственного Совета и шталмейстером Императорского двора. Карьера, достойная настоящего патриота, да? Современные историки отмечают также, что Римский-Корсаков, помимо прочих заслуг, "внёс весомый вклад в развитие правого движения в Российской империи" (с). Несомненно так, весомый вклад, разумеется, конечно, естественно... Аминь, аминь, аминь.

А 17-го июля 1918-го года свой "весомый вклад в развитие левого движения" внес исполком Уральского областного Совета рабочих, крестьянских и солдатских депутатов - распорядился без суда и следствия расправиться с неким гражданином Романовым и его семейкой. Хотя нет, чего это я погнал... Разумеется, событие 18-го года никак нельзя сравнивать с событиями 1905-го года. Ведь одно дело - без суда и следствия рубать шашками всякую рабочую быдлоту или жидов, а совсем другое - застрелить насмерть государь-амператора, пускай и бывшего. Мочить бедноту - абсолютно законное и даже похвальное мероприятие, а вот умножать на ноль амператоров - смертный грех и преступление против человечности. Правда ведь, господа г'усские монархисты? 

Есть повод снова вспомнить Россию, Которую Мы Потеряли - златоглавую, наполненную звоном колоколов, ароматом пирогов и хрустом французской булки. На сей раз тема разговора - спецслужбы, siloviki, слуги государевы, которые были призваны беречь покой счастливых обитателей РКМП. Немало мы слыхали похвальных слов в адрес царских служителей Закона - от Солоухина, Солженицына, Говорухина и других маститых историков. Если верить этим историкам, то у царских спецслужб был всего один недостаток: чересчур либеральничали они со всякими подрывными элементами, народниками, эсерами да большевиками. "Надо было почаще жидов-революционеров стрелять-резать-вешать-сжигать, тогда и Империю не потеряли б!" - сокрушаются монархисты. А в остальном - прекрасные были спецслужбы. Профессиональные, честные, гуманные, неподкупные и главное - православные! На зависть всему миру, одним словом. Правда, большевистская пропаганда изрядное количество грязи вылила на царских жандармов, сыщиков и городовых. К счастью, в "святые 90-е годы" (тм) доброе имя царских спецслужб было восстановлено. В 2000-м году даже целый сериал про охранку сняли - про то, как самоотверженные сыщики-патриоты гоняют гнусных негодяев-революционеров. А не так давно вернули стражам порядка православное название "полиция", которое отняли большевики-нехристи

Что же, вспомним вместе, как боролись слуги государевы за мир и спокойствие в Православной Империи.

Начнём с мелочей жизни. В декабре 1891-го года в городе Самаре участились случаи конокрадства. "9 декабря у самарского мещанина Акима Александрова Степанова, живущего на своей ветряной мельнице, от обжорного ряда угнат мерин сивой масти с упряжью, стоящий 60 руб.; 4 декабря от булочной на Москательной улице угнан мерин серой масти с легкими санками, принадлежащий крестьянину Лукьяновского уезда Байковской волости села Байкова Ивану Михайлову Шмелеву, живущему на ветряной мельнице; в первых числах декабря с Троицкого базара — мерин буланой масти с упряжью, принадлежащий крестьянину села Сырейки Самарского уезда Астафию Иванову Белову; 24 декабря от торговой бани Кошелева — мерин буланой масти с упряжью, стоящий 150 рублей, принадлежащий самарскому мещанину Прокопию Тимофееву Семенову, живущему во 2-й части в своей гостинице; 28 декабря с набережной реки Волги угнат жеребец серой масти, стоящий 80 рублей, с упряжью, принадлежащий самарскому мещанину Ивану Моисееву Кривопалову, живущему на Предтеченской улице во 2-й части, в собственном доме". Доблестная царская полиция была полна решимости изловить наглых конокрадов и привлечь их к ответу. Для этого полицейские прибегли к излюбленному (и эффективнейшему!) приёму царских спецслужб - к провокации. Схема простая: провокаторы находят и прибалтывают пару лохов с денежными затруднениями - угощают лохов пивом-водочкой - убеждают окосевших лохов угнать заранее подготовленную полицией лошадь - лохов винтит полиция - следователи списывают на лохов все похищения лошадей за последние пару месяцев - PROFIT! Лохи едут на каторгу за кражу коников в особо крупном, следаки получают награды и поощрения за поимку особо опасных бандитов-рецидивистов.

Сказано - сделано.
Провокаторы Комаровский и Маштаков порыскали по самарским трактирам и нашли подходящих лохов - отставного солдата Егора Тишкина и крестьянина Ваню Зорина. Правда, лохи попались несговорчивые и боязливые, провокаторам пришлось постараться, чтобы убедить их совершить кражу. "Комаровский и Маштаков, не знаю, для чего, пользуясь тем, что я нуждался в деньгах, уговорили меня с Зориным совершить с улицы кражу лошади, какую Маштаков у нас купит. Маштаков несколько дней ходил за мной и уговаривал, почему я и решился", - оправдывался в околотке несчастный Тишкин. Но - оправдывайся, не оправдывайся, а факт преступления налицо. Отлично, чё. Раскрываемость повысилась и всё такое... Прокурор, по крайней мере, был городовыми весьма доволен и запросил для обвиняемых сроку - на всю катушку.

Но списать на чеховских "злоумышленников" Тишкина и Зорина всех лошадей, пропавших в Самаре за декабрь 1891-го - так и не срослось. Адвокат, зануда, начал возмущаться - какого хрена, мол, полиция подстрекательствами занимается? Мол - безобразие! Произвол! Царь дурак! Долой царя! Даёшь! Очень неблагонадёжный был адвокат. Ульянов фамилия. Он ещё потом в историю под прозвищем "Ленин" вошёл.
Дадад, в 1891-м году Ильич уже не бегал в валенках по горке ледяной, но и денег от банкирского дома Шиффа за подрыв устоев Православной Империи он ещё не получал. Подрывал православные устои задаром, на общественных началах - обеспечивал "казённую защиту" малообеспеченным жителям РКМП, таким как Тишкин и Зорин.
"Юристы говорят: если бы не было закона, не было бы и преступления. Для дела, которое сейчас слушается, больше подходят другие слова: если бы не было полиции, не было бы и преступления. Что сказать о такой полиции, которая не ловит преступников, не пресекает преступлений, а делает и преступников, и преступления? Справа от вас, господа судьи, только что прозвучало по этому поводу не слишком скрываемое восхищение. Странная реакция! Я спрашиваю прокурора: если полиция заменяет преступника и делает его дело, то кто же заменит полицию?" - разорялся на процессе  молодой адвокат Ульянов. И таки уломал судей наказывать Тишкина и Зорина только за один эпизод, который они и сами взяли на себя - за похищение злополучного жеребца со двора борделя. Ильич ещё, было, размахнулся подстрекателей-провокаторов на скамью подсудимых усадить, но на это имперский суд пойтить не мог: провокаторы - люди полезные, кроме того, они ведь просто выполняли свой гражданский долг, помогали полиции... А уж о том, чтобы наказать пристава, который оперативные мероприятия так лихо подменял провокациями - и вовсе речи не шло. Зачем служивого обижать?

Быть может, такой вот беспредел пир духа творился только в провинции? Ну, знаете, перегибы на местах и всё такое? Что же, перенесёмся в столицу РКМП, посмотрим, как работала элита царских спецслужб.

Жил да был в РКМП подполковник Спиридович, служил он при царе-батюшке Николае Втором, "начальником дворцовой агентуры", сиречь - начальником тогдашней ФСО. Обеспечивал охрану обожаемого монарха и заодно немножечко шил на дому занимался политическим сыском. В обязанности Спиридовича входило, помимо прочего, собирать компромат на ближайшее окружение Государя и это дело весьма способствовало карьерному росту. Ещё карьерному росту способствовала дружба с не тренером Путина по дзюдо а учителем Николая Александровича Романова по военному делу, генерал-адьютантом Гессе. Вопчем, карьера задалась - на зависть и удивление всем жандармам. Жандармский генерал Новицкий, к примеру, вспоминал, что Спиридович получил штаб-офицерское звание "без всяких особых заслуг по корпусу, что страшно возмущало офицеров корпуса"..Конечно, настоящие революционеры вычислили бы провокацию в момент... Фельдфебель, казак из царской охраны, вдруг - внезапно! - становится вольнодумцем, сам выходит на бомбистов и предлагает помочь добраться до царя - пффф! Всё очевидно же... Но студенты, повторюсь, были молодые и глупые. Они, небось, уже воображали, как ахнут товарищи по партии, когда узнают, что Пуркин и Никитенко до самого Николашки добрались... Короче, собеседники сошлись на том, что презренного царя надо убивать как можно скорее и Ратимов берёт на себя приобретение для цареубийц пары комплектов формы казаков конвоя Его Величества. Ближе к ночи Ратимов сидел в кабинете Спиридовича и подробно описывал, как он, скромный, но отважный фельдфебель, с огромным риском для жизни внедрялся в террористическую организацию. А утром Наумов, Пуркин и Никитенко уже давали признательные показания, размазывая кровавые сопли по расквашенным жандармскими сапогами лицам. Впрочем, всерьёз пытали только Наумова. Революционных студентов даже и бить особо не пришлось, эти дурачки вообразили себя Каляевым и Созоновым, вспомнили рассуждения старших товарищей о том, что "суд надо превращать в трибуну для провозглашения своих лозунгов" и вполне добровольно наговорили себе аж на три смертных приговора. А вот с Наумовым пришлось повозиться, его даже водили посмотреть на повешение настоящего эсеровского боевика - чтобы прочувствовал, тыкскыть. В оконцовке - Наумов подписал то, что от него требовалось. И довольный Спиридович побежал с докладом к дворцовому коменданту. Обезврежена опаснейшая банда революционеров-бомбистов! Планировали, сволочи, проникнуть во дворец и убить Государя-императора Николая Второго, Великого князя Николая Николаевича, Председателя Совета министров Столыпина, вопчем - всех, до кого дотянутся своими грязными террористическими лапами. Комендант поспешил доложить царю, а царь распорядился террористов замочить в сортире судить показательным судом.

На суде несчастный Наумов рыдал и отказывался от своих прежних показаний: "Я совершил величайшую подлость и не вижу, чем я могу искупить её - я оговорил Никитенко и очернил его. Сказанное мною на следствии - неправда. Никто меня не вовлекал и к убийству царя не подстрекал!" ПСР сделала официальное заявление в духе: "Мы, конечно, завсегда рады пару-тройку царских сатрапов прикастрюлить, но в данном случае - партия социалистов-революционеров совсем не при делах, мы Никитенко и Пуркину заданий не давали, не надо нам тут паука на шею вешать". После этого теория о "масштабном заговоре террористов" начала трещать по швам, ведь всем известно, что террористы своё участие в преступлениях никогда не отрицают, в этом какбе и смысл терроризма... Но положение спасли сами Никитенко с Пуркиным, они заговор-то тоже отрицали, но таки не преминули поведать в суде о своих убеждениях и крикнуть не "Путяра, пшёл вон!" а "Долой самодержавие!" После этого судьи с чистой совестью приговорили "террористов" к смертной казни через повешение. Что и было исполнено.

Спиридович с Ратимовым тоже получили по заслугам. Спиридович наконец-то получил вожделенное звание полковника, кроме того - сами Николай Александрович прониклись к бравому сыщику симпатией-с и стали регулярно приглашать его то к завтраку, то к обеду. Ратимов же получил офицерский чин, стал хорунжим. Заодно - непосредственного начальника Ратимова, есаула Петропавловского, орденом наградили. "За хорошее воспитание личного состава", ага - оно и понятно, такого героя взрастил есаул, как тут не дать медальку?

Внимательный читатель заметит, что принципиального различия между методами самарского пристава и методами элиты столичной жандармерии - нет как нет. Только в схеме "элиты" вместо коня, привязанного возле входа в самарский бордель, был Николай Романов. Провокация была излюбленным методом работы царских спецслужб. Оно и понятно, если цель полицейского - карьера и личное обогащение, то по-другому и быть не может. Спиридович не был "белой вороной" среди жандармов. Они все пробавлялись провокациями, подставами, фальсификациями. Ясное дело, от провокаций один шаг до того, чтобы начать "крышевать" террористические организации, пытаться с помощью террористов решать свои вопросы или вопросы своих солидных, состоятельных друзей. Знаменитый сыщик Судейкин, начальник политического сыска, в начале 80-х годов XIX века убеждал своего агента-провокатора Дегаева сколотить команду боевиков для убийства тогдашнего российского министра внутренних дел, Д. А. Толстого - уже не для "разоблачения" фейко-заговора, а на полном серьёзе, считал, что смерть министра карьере на пользу пойдёт, к успеху на всех парах шёл. Только не получилось, не фартануло. Дегаев вовремя понял, что после убийства министра уберут и исполнителей. Поэтому команду боевиков он таки сколотил, но убили они - самого Судейкина. Ну, первый блин комом. А вот преемник Судейкина на посту начальника политического сыска - Рачковский - был умнее и осторожнее. Есть тема, что Рачковский был причастен к убийству министра внутренних дел РИ Плеве. Там странная последовательность событий была: Плеве вышибает Рачковского из внутренних органов - Рачковский зачем-то встречается и беседует со знаменитым Евно Азефом - Азеф организует убийство Плеве - Рачковского восстанавливают в должности. А убиенный г-н Плеве, есть тема, в своё время как минимум знал о планах Судейкина по поводу министра Толстого, а то и "добро" на ликвидацию давал - он сам тогда на место Толстого метил... Кра-со-та, короче.
Ещё пикантный момЭнт: бесстрашный победитель террористов Спиридович обеспечивал безопасность первых лиц государства во время визита Николая Второго в Киев, в 11-м году. Во время этого визита случилась неприятность - в киевском оперном театре террорист Богров застрелил Столыпина. Государственный Совет Империи провёл собственное расследование инцидента и выяснил, что "Спиридович не воспрепятствовал выдаче билетов Богрову, не доложил об этом своему начальству и не учредил в театре и саду купеческого собрания тщательного наблюдения за Богровым, не удостоверился, есть ли у него оружие или какие-либо метательные снаряды. Противозаконное бездействие власти со стороны его, Спиридовича: создало непосредственную, явную опасность для жизни императора; привело к убийству Столыпина". Ну, то есть понятно, да? Начальник ФСО какбе в курсе, что вблизи Первых Лиц ошивается заведомый террорист, но - даже наружку за этим террористом не пускает. Такой вот беспечный фэсэошник, ага-ага. Бедный Столыпин! Проклятые террористы, какого человека загубили! Позор и беда! Это всё Госдеп США масонский заговор, сионисты мутят! ;)))

Я всё это к чему вспоминаю-то. Новостишка тут проскочила:

Главу управделами Генпрокуратуры РФ Алексея Староверова допрашивают в качестве подозреваемого по делу о незаконном хранении оружия. Об этом Интерфаксу сообщил источник в Главном следственном управлении СКР по Московской области.
Как рассказал собеседник агентства, ранее в отношении силовика было возбуждено уголовное дело по ст. 222 УК РФ (незаконное хранение оружия). Однако позднее прокуратура свое постановление отменила. При этом следствие уведомление об этом, судя по всему, не получило, поэтому Староверов допрашивается как подозреваемый. Собеседник агентства не исключил, что впоследствии решение Генпрокуратуры будет обжаловано.
По данным источника агентства, Староверов сдавал свой дом в Раменском районе Подмосковья, где за хозяйством в нем присматривала семья выходца из Киргизии Рустама Усманова. Сам Усманов был уничтожен в ходе спецоперации силовиков, поскольку оказал сопротивление сотрудникам правоохранительных органов.
Как писал ранее «Коммерсантъ», «после обысков, в ходе которых нашли оружие, боеприпасы и экстремистскую литературу, вопросы у следствия появились и к господину Староверову». По данным издания, Староверов уже несколько раз побывал на допросах в ГСУ СКР в качестве свидетеля. Генпрокуратура и СКР от комментариев отказались.

http://www.rbc.ru/rbcfreenews/5464842ecbb20f7236b32939

И многие товарищи оченно удивляются тому, что террористы вот так преспокойно на даче прокурора жили. А не надо удивляться, товарищи. Нормальная темка. Какбе, в этом даже просматривается историческая преемственность и всё такое. Может, террористы солидным и состоятельным друзьям прокурора помогали какие-то вопросы решать? Или их старшие товарищи с прокурором общие бизнесА имели... Палюбэ, полезные и нужные ребята эти террористы. И прокурор с такими знакомствами - полезный и нужный парень. В обиду его не дадут, вот увидите.
Быть может, после Социалистической Революции 2.0, следователи из ВЧК 2.0 раскопают в архивах бывшей Генпрокуратуры и куда более интересные "эпизоды" с участием этой самой "банды ГТА". Ох, сколько забавных историй о приключениях прокуроров, судей, полицейских, депутатов и прочей буржуйской обслуги узнаем мы тогда из статей в газете "Правда"...
А сей пространный пост, если кто не понял, был рекламой Социалистической Революции.

Кстати, о революциях. Госсовет-то в 1912-м году к царю обратился, по поводу "беспечного" Спиридовича. Мол, под суд бы его отдать, царь-батюшка! Минимум - за преступную халатность! Царь-батюшка начертал на госсоветовской кляузе резолюцию: "Дело о... полк. Спиридовиче прекратить без всяких последствий". Царь-батюшка Спиридовича ценил: полезный и нужный парень жеж! Как такого парня оставишь без протекции? Царь-батюшка окружил себя такими вот спиридовичами, судейкиными, рачковскими. Спиридовичи, судейкины и рачковские, соответственно, тянули за собой команды друзей-единомышленников, у каждого друга-единомышленника была своя команда...
А в 17-м году венценосный страстотерпец сокрушался: "Кругом измена, и трусость, и обман!" Да-да, прямо удивительно! Так всё было хорошо, вдруг - БАХ! - и измена буквально повсюду! Прямо - откуда что берётся?

.

0

144

Как же это мы Крым "потеряли", если всем известно, что Крымнаш? К сожалению, тот Крым, который наш, - совсем не торт. Это уже давно не жемчужина Чёрного моря, а гнусная помойка, населённая потомками бандитов и проституток. Сомневаетесь? Не верите? А спросите проживающего в Севастополе г-на Дмитрия Алешкевича. Г-н Алешкевич - очень образованный человек, окончил физфак МГУ и аспирантуру. Г-н Алешкевич - человек из очень интеллигентной семьи, его папа трудится заведующим кафедрой Севастопольского Филиала МГУ. Г-н Алешкевич - очень культурный человек, настоятель храма во имя иконы Божией Матери «Всех Скорбящих Радость». Словом, г-н Алешкевич - образцовый интеллигент, культуртрегер и патриот, что называется, "на отделку". И вот, что этот образцовый г-н пишет о своем родном Севастополе:http://ic.pics.livejournal.com/remi_meisner/31890124/159224/159224_original.jpgА если вам мало утверждений иерея Дмитрия Алешкевича, то можете поинтересоваться, что о Севастополе думают лучшие представители русской нации, борцы за ее, нации, чистоту. Около года тому назад я приводил высказывания убеждённого нациста о Севастополе (орфография авторская, я не виноват):

Севастополь это последний заповедник непуганых совков.
Что то вроде Кубы в миниатюре.
Последний советский анклав в мире.
Населённый вообще напрочь лишённых мозгов дегенератами.
Там нет русских уясните себе. Эти люди со всей своей советской решимостью искренне ненавидят всё русское и слово русский для них синоним слова власовец.
По большому счёту севастопольцы это подлая и гнилая плесень захватившая и размножившаяся в славном русском городе боевой славы.

Как можно видеть, взгляды священнослужителя г-на Алешкевича идеально совпадают с взглядами нацистов. Вас такое удивляет? Меня - ни разу не удивляет. Лучшие представители нации и должны мыслить схожим образом! Видно, гены дают о себе знать, дадад.

Впрочем, хотелось бы заступиться за несчастных дегенератов-севастопольцев, убогих потомков бандитов и проституток. Уж слишком отец Дмитрий строг по отношению к ним. Ведь этим несчастным совкам промыли мозг коммунистической пропагандой! Откуда же им знать Настоящую Историю Белого Крыма?! Так что нашему догогому г-ну иерею можно и попенять немножко - чем браниться без толку, лучше бы рассказал согражданам подробнее о Крыме, Который Мы Потеряли, об этом Последнем Осколке Старой, Настоящей России! Глядишь, хоть некоторые из совков-дегенератов проникнутся и перестанут ненавидеть Белую эмиграцию, начнут, как положено, её любить и преклоняться перед ней.

Но я понимаю, конечно, что г-ну отцу Дмитрию Алешкевичу - не до просветительской работы. Отец Дмитрий наверняка очень занят, круглые сутки поклоны бьет, выпрашивает у Боженьки милости для нас, грешных. Не будем отца Дмитрия от этой важной работы отвлекать, а то ещё прольется на Россию серный дождь, или типа того. Лучше я отвлекусь от своих насущных дел и расскажу читателям про приключения белогвардейцев в Крыму.

Как всегда, опираться я буду на мемуары. Разумеется, не на мемуары всяких совков-коммуняк, а на воспоминания Настоящих Людей - белогвардейцев, дворян, нацистов, либеральномыслящих интеллигентов и прочей Элиты. А канвой моего рассказа станет неполживая статья Николая Романова "Крым - осколок Империи", которую я взял с замечательного монархического сайта imperor.net. Итак, начнём, помолясь.Николай Романов пишет:

4 апреля 1920 года генерал барон Пётр Николаевич Врангель на английском линейном корабле «Император Индии» прибыл в Севастополь и вступил в командование Вооружёнными силами Юга России.

Именно так и должны приезжать в родное Отечество настоящие Патриоты. Запомните, дети! Ленин - шпион, отстаивающий интересы Германии, ведь Ленин разок проехал через Германию в наглухо задраенном и, до кучи, запломбированном вагоне, какие ещё доказательства измены вам нужны? А Врангель, который в открытую катается на английском сверхдредноуте, - патриот, отстаивающий интересы России, сомневаться в этом может только ненавистник всего русского, зомби-совок и ватник. Правда, Георгий Владимирович Немирович-Данченко, бывший начальник отдела печати Гражданского управления Правительства Юга России, утверждает в своих мемуарах, что перед покатушками на HMS "Emperor of India", Врангель о чем-то там договаривался с аглицкими генералами...
Ген. Врангель уехал в конце февраля в Константинополь, как говорили, направляясь в Зап. Европу. В Константинополе, по-видимому, он отказался от своего намерения, так как имел продолжительные совещания с А.В. Кривошеиным и представителями союзного командования. А когда 21-го марта в Севастополе последовала неудачная попытка наметить нового Главнокомандующего путем избрания Военным Советом под председательством ген. Драгомирова, на следующий день на английском сверхдредноуте «Император Индии» в Севастополь прибыл бар. Врангель и к вечеру был назначен ген. Деникиным по телеграфу из Феодосии Главнокомандующим русской армией.

О чем Врангель совещался с "представителями союзного командования"? Уверен, он рассказывал им, как собирается обустроить Россию. А аглицкие генералы, наслушавшись барона, так растрогались, что даже дали ему линкор. "Поезжай скорее, родное сердце! Спасай Расею! Мы, аглицкие генералы, только и мечтаем, чтобы Расея стала богатым, могучим и процветающим государством! Последние лет триста вся внешняя политика Великобритании только на усиление России и была направлена!" Да-да, так все и было. Кто будет смеяться, тот - ватник недобитый.

Впрочем, вернемся к статье с монархического сайта. Есть одно замечание. Что-то Николай Романов начал чересчур сумбурно. С места в карьер. "Вступил в командование Вооружёнными силами Юга России" - это, конечно, хорошо. Но хотелось бы, хоть в общих чертах, узнать - каково было положение дел в Крыму ДО того, как Врангель прибрал власть к рукам. Что представляли из себя отступившие в Крым Вооруженные силы Юга России, которыми начал рулить наш чОрный барон? Об этом мы почитаем в мемуарах Якова Александровича Слащёва-Крымского (он же "генерал Яша", он же прототип генерала Хлудова из знаменитой пьесы "Бег"), который непосредственно руководил обороной полуострова зимой 19-20 гг.

Ватага беглецов буквально запрудила Крым, рассеялась по деревням, грабя их. В этом отношении приходилось поражаться, что делалось в частях Добровольческой армии. Части по 3-5 месяцев не получали содержания, между тем как из Ставки оно выдавалось...
Крым был наводнен шайками голодных людей, которые жили на средства населения и грабили его. Учета не было никакого, паника была полная. Каждый мечтал только о том, чтобы побольше награбить и сесть на судно или раствориться среди незнакомого населения.

Как-то всё это не очень красиво выглядит. Вроде, элита, сливки нации, белая кость, голубой понос... А туда же - пограбить и за кордон. Может, это только по-первой так было? Может, потом, после Новороссийского разгрома, в Крым пришли настоящие белые - честь имеющие, благородные и самоотверженные? Что по этому поводу скажет "генерал Яша"?

Состояние войск, прибывших в Крым из Новороссии, было поистине ужасно: это была не армия, а банда.

Невероятно... Впрочем, может Слащёв-Крымский лжет? Он же, паскуда, большевикам продался после Гражданской. Небось, клевещет на Белое Рыцарство, гад. Но, ничего. У нас есть источники, заслуживающие безусловного доверия. Например, книга Григория Николаевича Раковского. Вот он - в отличие от Слащева - настоящий патриот. Биография вкратце: "Родился в семье священника. Окончил духовное училище в Орше, учился в Могилёвской духовной семинарии. В 1910 перешёл в Варшавский университет, который окончил в 1914 со степенью кандидата юридических наук. Будучи студентом сотрудничал в газетах. В 1914 ушёл добровольцем на фронт, служил в чине корнета. В 1917 ранен и уволен из армии. Стал сотрудником газеты П.Н. Милюкова «Речь». После Октябрьского переворота 1917 — военный корреспондент в Добровольческой армии. В 1920 эвакуировался в Константинополь, оттуда переехал в Прагу". Уж Григорий Николаевич точно нам не соврёт, он нам расскажет ПравдуЪ о моральном облике белогвардейцев, отступавших в Крым.

http://ic.pics.livejournal.com/remi_meisner/31890124/160508/160508_original.jpg

Армия была разгромлена морально. В оставленном Новороссийске оставлена была та идея, которая воодушевляла вооруженные силы Юга России в их борьбе с большевиками. У добровольцев и казаков исчезла вера в правоту своего дела. В войсках нарождались новые настроения, пока смутные и неопределенные, но в основе своей носившие характер моральной капитуляции перед большевизмом...
«Цветные войска», как теперь их называли, - корниловцы, марковцы, дроздовцы, - сохраняя внешнюю дисциплину, вернее ее видимость, в действительности являлись разнузданными кондотьерами, развращенными грабежами и насилиями до последних пределов...
Пьянство, разгул, грабежи, насилия и, что особенно угнетало население, бессудные расстрелы и своеобразные мобилизации, выражавшиеся в том, что добровольцы хватали на улицах всех мужчин и тащили к себе в полки, - вот атрибуты, с которыми прибыл в Крым Добровольческий корпус. Севастопольский и Симферопольский районы, наводненные «цветными войсками», переживали тяжелые дни.

Вот жеж, какая досада. Прямо как будто про похождения бойцов батальона "Азов" читаешь... Ну, да ладно. Не будем о грустном. Мы все равно верим, что белогвардейцы были святыми, почти что ангелами, кушали нектар и какали бабочками. А на Раковского, видимо, помутнение нашло.

Не будем дальше читать про моральный облик белогвардейских рыцарей, лучше почитаем статью Николая Романова. После вступления Николаша выдает биографию Врангеля, ее мы пропустим (Википедией мы и без Романова умеем пользоваться) и перейдем к следующему абзацу:

Врангелю, оставшемуся в Крыму один на один с большевиками, отчаянно были нужны союзники. Поэтому он старался поддерживать тёплые отношения и с Н.Махно и с С.Петлюрой и с националистами Северного Кавказа, требовавшими независимости, вступал в союзы с мелкими вооружёнными формированиями.

Да, так все и было. Врангель оставил лозунг "За Единую Россию" и задружился с националистами-сепаратистами. Об этом нам поведает князь Владимир Андреевич Оболенский, председатель Земской управы Таврической губернии.

Из первого моего разговора с генералом Врангелем у меня создалось впечатление, что он решил круто изменить основные линии общей политики своего предшественника: вместо похода на Москву — укрепление южно-русской государственности, вместо борьбы со всякими «самостийностями» — попытка примирения с антибольшевистскими государственными образованиями на юге России на основе предоставления им самых широких автономных прав, наконец, вместо «борьбы до победного конца» — попытка при посредстве союзников заключить мир или, точнее говоря, перемирие с большевиками.

Запомните, дети! Большевики говорили о праве наций на самоопределение потому, что хотели развалить и погубить Россию-матушку. Врангель же дружил с кавказскими националистами и петлюровцами потому, что хотел Россию-матушку спасти. Большевикам - нельзя; Врангелю - можно. Потому что - quod licet Jovi, non licet bovi, так-то вот. Не будем об этом задумываться, а то можно голову сломать. Лучше узнаем подробнее, как Врангель "старался поддерживать тёплые отношения" с Махно. Оболенский рассказывает:

Врангель до такой степени поверил, что имеет в Махно союзника, что велел выпустить из тюрем сидевших там махновцев во главе с атаманом Володиным, которому было предоставлено сформировать вооруженный отряд.
Володин нарядился в фантастический костюм, вроде запорожского, и вербовал в свой отряд отчаянных головорезов и уголовных преступников. Один знакомый татарин мне с ужасом рассказывал, что видел в отряде Володина маршировавшим по улицам Симферополя человека, который убил и ограбил его родных и отбывал за это наказание в тюрьме. ...Атаман Володин повел свой отряд в Мелитопольский уезд, где воевал преимущественно с мирными жителями, грабил и насильничал.

А потом Володина даже пришлось выловить и расстрелять, да. Но мы же не станем винить в преступлениях этого атамана - благороднейшего барона Врангеля? Запомните, дети: большевики несут полную ответственность за бесчинства красного командира эсера Муравьева, а Врангель за бесчинства своих союзников-анархистов отвечать не должен. Почему? Потому что пойди и пофапай на портрет Ленина, коммуняка недобитый, вот почему! Ну, ошибся барон, с кем не бывает? Просто Петр Николаевич был очень добрый и хотел со всеми дружить. Об этой черте баронского характера и Раковский пишет:

С федералистами Врангель хотел казаться федералистом. Централисту он говорил о «единой, неделимой». Монархисту — о царе и республиканцу — о республике.

Кто-то скажет: "Лицемер и подлец!" Но мы, почитатели Белой Гвардии, скажем: "Государственного ума человек, дипломат!" Как пишет Немирович-Данченко:

При взгляде на его высокую, стройную фигуру, затянутую в серую черкеску, когда новый Главнокомандующий проходил легким, словно крадущимся шагом мимо рядов войск, которыми командовал приехавший с фронта Слащев, невольно думалось, что именно таким должен быть вождь борцов за русскую национальную идею, именно такими словами он заставит повиноваться себе, именно в нем найдет армия все то, что отсутствовало в невзрачной фигуре пережившего свою популярность генерала Деникина.

Ага, "голосуй сердцем", знакомая тема. Навеяло, из классики: "Вот она! вот она, матушка-то наша Амалия Карловна! теперь, братцы, вина у нас будет вдоволь!" Впрочем, Немирович-Данченко таки прав. Вождь борцов за "русскую национальную идею" действительно должен быть именно таким, каким был Врангель. Другой человек, собственно, и не пойдёт бороться за "русскую национальную идею". ;) Кстати, хотелось бы знать, в чем пресловутая "идея" заключается. Это мы тоже можем узнать у Немировича-Данченко - патентованного русского националиста, монархиста, антисемита, который в эмиграции даже успел на Гитлера поработать. Так что, Георгий Владимирович, какие же идеи нес русскому народу барон Врангель?

Бог, Святая Русь, земля, свобода, право, выборный Хозяин Земли Русской (в противопоставлении партийному изуверу, посаженному во тьме ночной на русский престол матросскими штыками) — вот с чем обращался ген. Врангель к русским людям, умоляя их помочь ему спасти Россию.

А ген. Врангель попал на престол намного более демократичным способом, нежели пресловутый "партийный изувер". Об этом нам расскажет Слащев:

Врангель интриговал против  Деникина еще тогда, когда Добровольческая армия была в хорошем  состоянии. Уже под Царицыном он доказывал, что Деникин никуда не годится, и тогда еще нанятые им люди и газеты рекламировали его на всех перекрестках, выдумывая несуществующие доблести и заставляя толпу невольно этому верить; в этом отношении с ним конкурировал только Шкура, но тот плавал мельче и мечтал только о кубанском атаманстве...
Ко мне стало приезжать духовенство с епископом Вениамином и сенаторы во главе с Глинкой. Общий ход разговора был тот, что Деникин дискредитирован, что он морально разбит и должен уйти, а его место должен занять Врангель. Мой корпус, единственный сохранивший боеспособность, должен поддержать Врангеля, которого желает "народ".

Видите разницу? Вместо партии, завоевавшей большинство в демократически избранных Советах, - сенаторы и попы, вместо матросов - бойцы Крымского корпуса генерала Слащева. Сразу ведь другое дело, да? Кому знать, чего желает "народ", как не попам и сенатору-черносотенцу? И белогвардейские штыки - намного демократичнее матросских. Слово Раковскому:

Считая, что он является диктатором милостью Божьей и волей народа, Врангель объявляет себя носителем всей полноты власти военной и гражданской.

А после того, как Врангель стал диктатором, демократии в Крыму стало ещё больше. Снова открываем книгу Раковского:

Церковные кафедры были превращены в митинговые трибуны, с которых представители реакционного духовенства восторженно прославляли Петра Врангеля, сравнивая его не только с Петром Великим, но даже с апостолом Петром.
...Усердие духовных агитаторов доходило до того, что некоторые из наиболее трезво смотревших на общее положение военных начальников начинают горячо протестовать против этих своеобразных «проповедей».
В издававшейся на средства, отпущенные Врангелем, газете «Святая Русь» епископ Вениамин неустанно доказывал, что: «С уходом царя порвалась слабая связь народа с руководителями его. Это и нужно твердо помнить, чтобы понять прошлое. Это нужно ясно знать, чтобы строить прочное будущее. Православный царь мыслился и чувствовался в народном сердце, как родной отец и носитель Божьей Правды, Божий помазанник. Горе наше, что его отняли у народа революционеры... Самодержавие должно быть неразрывно связано с православием. Церковь должна быть в неразрывном союзе с государством и играть в нем руководящую роль. Деникин и Колчак погибли потому, что хотели строить Россию без Церкви».
Подхалимы и льстецы уже открыто выставляли кандидатуру «Петра Четвертого» на царский престол.

http://ic.pics.livejournal.com/remi_meisner/31890124/161311/161311_original.jpg

Разумеется, все это Врангель не сам придумал. Идея снова посадить на шею русскому народу царя возникла задолго до того, как наш чОрный барон приплыл к Севастополю на английском сверхдредноуте. Раковский пишет:

Ещё во времена Деникина, когда Врангель находился в интенсивной переписке с председателем «Совета Государственного Объединения» Кривошеиным и с другими членами этой монархической организации, состоявшей, главным образом, из аграриев, крупных промышленников и старых реакционеров-бюрократов — ещё тогда разрабатывался новый план возрождения России. В основе этого не оформленного плана лежала мысль о том, что русский народ пойдет не за большевиками, не за социалистами и не за либералами. Он пойдет за теми, кто правил им до революции.

Вот это - настоящая Демократия, не то что у большевиков. Которые над Врангелем злобно издевались:

"Ихь фанге ан. Я нашинаю.
Эс ист для всех советских мест,
Для русский люд из краю в краю
Баронский унзер манифест.
Вам мой фамилий всем известный:
Ихь бин фон Врангель, герр барон.
Я самый лючший, самый шестный
Есть кандидат на царский трон.
Послюшай, красные зольдатен:
Зашем ви бьетесь на меня?
Правительств мой - все демократен,
А не какой-нибудь звиня.
Часы с поломанной пружина -
Есть власть советский такова.
Какой рабочий от машина
Имеет умный голова?
Какой мужик, разлючный с полем,
Валяйт не будет дурака?
У них мозги с таким мозолем,
Как их мозолистый рука!
Мит клейнем, глюпеньким умишком
Всех зо генаннтен простофиль
Иметь за власть?! Пфуй, это слишком!
Ихь шпрехе: пфуй, дас ист цу филь!
Без благородного сословий
Историй русский - круглый нуль.
Шлехьт! Не карош порядки новий!
Вас Ленин ошень обмануль!
Ви должен верить мне, барону.
Мой слово - твердый есть скала.
Мейн копф ждет царскую корону,
Двухглавый адлер - мой орла.
Святая Русслянд... гейлих эрде...
Зи лигт им штербен, мой земля.
Я с белый конь... фом вейсен пферде...
Сойду цум альтен стен Кремля.
И я скажу всему канальству:
"Мейн фольк, не надо грабежи!
Слюжите старому начальству,
Вложите в ножницы ножи!"
Вам будут слезы ошень литься.
"Порядок старый караша!"
Ви в кирхен будете молиться
За мейне руссише душа.
Ви будет жить благополучно
И целовать мне сапога.
Гут!
"Подписал собственноручно"
Вильгельма-кайзера слуга,
Барон фон Врангель, бестолковой
Антантой признанный на треть:
"Сдавайтесь мне на шестный слово.
А там... мы будем посмотреть!!"

Баронскую штучку списал и опубликовал Демьян Бедный".

Шутки шутками, а Врангель на полном серьезе хотел показать всему миру, как надо управлять государством. Он собрал пресс-конференцию и заявил: "Не триумфальным шествием на Москву можно освободить Россию, а созданием хотя бы на клочке русской земли такого порядка и таких условий жизни, которые потянули бы к себе все помыслы и силы стонущего под красным игом народа". Раковский пишет:

В Крыму хотят создать образцовое государство, своего рода «опытную ферму» государственного строительства, здоровое государственное ядро, которое будет развиваться и притягивать к себе другие русские области.

0

145

В сети не так много статей, посвященных советскому разведчику Сергею Карину-Даниленко. Поэтому очерк г-на Веденеева о «страницах биографии» этого выдающегося чекиста я начал читать с огромным интересом.

http://orthodoxy.org.ua/content/samyi-l … st-1-31741

Список литературы, это ж прямо-таки слюнки текут — архивы, архивы, архивы, сборники документов, опять архивы... Смутила, правда, ссылка на «Новую газету», но тут же успокоил титул автора очерка. А г-н Веденеев не просто погулять вышел, он — целый Доктор Исторических Наук, это вам не хрен с грядки... Чтиво обещало быть интересным. Напрасно обещало. Интерес пропал уже после первого абзаца:

На скрижали хрестоматийного жизнеописания заслуженного чекиста не принято было заносить его ведущую роль в изощренной борьбе безбожной власти со Святою Соборною и Апостольскою Церковью, с единством Православия в Украине в 1923 – 1931 годах…

Да, как-то так. По вступлению сразу ясно, что в очерке не будет ни новой, интересной информации, ни аналитики. Зато можно с уверенностью сказать, что встретятся там сотни раз перепетые антисоветские байки, подчерпнутые из источников типа ТАСС (не того ТАСС, которое «Телеграфное Агентство Советского Союза», а того ТАСС, которое «Тётя Аня Соседке Сказала») да «Новой газеты» (которая, кстати, недавно порадовала свеженькой сенсацией: Савинков не совершал самоубийства, это Ленин приказал выбросить его из окна). Смотрим...
Так и есть. Я зналЪ!

Г-н Веденеев называет истребителя террористов Павла Судоплатова «террористом СССР №1», пишет об истязаниях и пытках в ЧК, ссылаясь на бредни алкоголика-дегенерата Оси Брика, но самая вкусняшка начинается, когда Дохтур переходит к излюбленной теме антисоветчиков - «Адские Страдания Святой Церкви Под Сапогом Безбожных Коммуняк». Начинает он сразу с ужастиков:

«Гибель православного клира носила поистине мученический характер. «24 декабря 1918 года епископов Феофана Соликамского и Андроника Пермского заморозили в проруби. В Свияже епископа Амвросия замучили, привязав к хвосту лошади. Епископа Исидора Самарского посадили на кол, епископа Никодима Белгородского забили железным прутом, епископа Ревельского Платона, обливая водой на морозе, превратили в ледяной столб. В январе 1919 года был повешен на царских вратах церкви архиепископ Воронежский Тихон, и вместе с ним замучено 160 иереев. Такая же участь ожидала и простых священнослужителей. В Богодухове Харьковской губернии монахинь бросили в яму и похоронили живьем, в Херсонской губернии трех священников распяли…»»

Мамочки, жуть какая! А где г-н Веденеев это вычитал? Ааааа, статейка г-на Анисимова. Где еще сказано, что Патриарх Тихон в январе 18-го года предал анафеме «организаторов красного террора», не взирая на то, что оный террор начался в сентябре 18-го года. Источник, достойный Доктора Наук, какой разговор... Вот так вот и ходят байки из статьи в статью. Один г-н высасывает из грязного пальца «сенсацию», потом сочинения г-на цитирует какая-нибудь «Новая газета», потом материалы из «Новой газеты» перепечатывает в своем очерке Научный ПрофЭссор, а следующий сочинитель уже ссылается на очерк ПрофЭссора - как на солидный, достоверный источник. Круговорот антисоветчины в природе.
Если уж начинать травить байки, то почему слово предоставляется только одной стороне конфликта? Давайте выслушаем страшилки от коммунистов:

"В Сызрани толпа, натравливаемая священниками, ворвалась в детдом, где стала осматривать детей на наличие у них нательных крестиков, после чего забила до смерти шестерых детей, у которых их не было. "Этих молодых змеёнышей необходимо извести с лица земли", - кричали детоубийцы. В Раифской пустыни (в одном из казанских монастырей) монахи сожгли живьём семерых представителей Рабочего Совета. В Солигаличе попы расстреляли председателя местного Совета Вилузгина, а его тело разорвали на куски. В результате организованных попами погромов только зимой 1918-1919 годов было убито 138 коммунистов".

Можно ещё вспомнить рассказы о смиренном отце Ионе, возглавлявшем контрразведку у атамана Дутова; можно упомянуть о присвоении законченному палачу-дегенерату Семёнову звания «Кавалер Святого Гроба Господня»; можно рассказать страшилки о банде священника Кузнецова...

Думается, подобного рода клише основаны, хотя бы частично, на правде. В стране шла Гражданская война и народ озверел в самом прямом смысле. Чекисты при допросах полагались не только на Ленинскую Правду, но и на Товарища Маузера, да. Однако и контрразведка белых развязывала язык не молитвой и увещеванием. Глупо оспаривать тот факт, что в Гражданскую погибло множество священников, но объяснять их гибель «преследованиями за веру» просто нелепо. Всероссийская чрезвычайная комиссия 11 июня 1918 г. оповещала население: «…ни один священник, епископ и т. д. не был и никогда не будет арестован только за то, что он духовное лицо; те же, кто ведет контрреволюционную деятельность, независимо от своей принадлежности к духовному званию, будут привлекаться к ответственности, но не за религиозную, а за антиправительственную деятельность».
Кто-нибудь захочет оспорить тот факт, что РПЦ с самого начала заняла враждебную позицию по отношению к большевикам? «Гидра большевизма и после всех ударов, нанесенных ей нашими доблестными армиями, стоит еще с поднятой головой… Церковь должна поднять и крест и палицу свою против этой гидры, как подняла бы она все оружие свое против антихриста…» - как-то так. В белых армиях священники занимались идеологической работой и поддержанием боевого духа бойцов. Были своего рода комиссарами. Напомнить об участи красных комиссаров, попадавших в плен к белогвардейцам?

Продолжим изучать душераздирающие истории от г-на Веденеева. А он, рассказав о неописуемых зверствах большевиков, переходит к личности Патриарха Тихона.

«Сам Патриарх Тихон подвергался аресту и допросам во внутренней тюрьме ГПУ».

Какое неслыханное беззаконие – живого человека (а тем более – Патриарха!) сажать в тюрьму, да ещё и допрашивать! Вот негодяи эти гэпэушники. А за что же это они так с Тихоном? Что он им, гадам, сделал? Давайте посмотрим на историю непростых взаимоотношений Патриарха и советской власти.
Итак, большевики приходят к власти и вскорости издают «декрет об отделении церкви от государства и школы от церкви». Этот декрет Всероссийский священный собор объявил «злостным покушением на весь строй жизни православной церкви и актом открытого против нее гонения». Вот текст самого декрета:
«1. Церковь отделяется от государства.
2. В пределах Республики запрещается издавать какие-либо местные законы или постановления, которые бы стесняли или ограничивали свободу совести, или устанавливали какие бы то ни было преимущества или привилегии на основании вероисповедной принадлежности граждан.
3. Каждый гражданин может исповедывать любую религию или не исповедывать никакой. Всякие праволишения, связанные с исповеданием какой бы то ни было веры или неисповеданием никакой веры, отменяются.
Примечание. Из всех официальных актов всякое указание на религиозную принадлежность и непринадлежность граждан устраняется.
4. Действия государственных и иных публично-правовых общественных установлений не сопровождаются никакими религиозными Обрядами или церемониями.
5. Свободное исполнение религиозных обрядов обеспечивается постольку, поскольку они не нарушают общественного порядка и не сопровождаются посягательствами на права граждан Советской Республики.
Местные власти имеют право принимать все необходимые меры для обеспечения в этих случаях общественного порядка и безопасности.
6. Никто не может, ссылаясь на свои религиозные воззрения, уклоняться от исполнения своих гражданских обязанностей.
Из'ятия из этого положения, под условием замены одной гражданской обязанности другою, в каждом отдельном случае допускаются по решению народного суда.
7. Религиозная клятва или присяга отменяется.
В необходимых случаях дается лишь торжественное обещание.
8. Акты гражданского состояния ведутся исключительно гражданской властью, отделами записи браков и рождений.
9. Школа отделяется от церкви.
Преподавание религиозных вероучений во всех государственных и общественных, а также частных учебных заведениях, где преподаются общеобразовательные предметы, не допускается.
Граждане могут обучать и обучаться религии частным образом.
10. Все церковные и религиозные общества подчиняются общим положениям о частных обществах и союзах, и не пользуются никакими преимуществами и субсидиями ни от государства, ни от его местных автономных и самоуправляющихся установлений.
11. Принудительные взыскания сборов и обложений в пользу церковных и религиозных обществ, равно как меры принуждения или наказания со стороны этих обществ над их сочленами, не допускаются.
12. Никакие церковные и религиозные общества не имеют права владеть собственностью. Прав юридического лица они не имеют.
13. Все имущества, существующих в России, церковных и религиозных обществ сбавляются народным достоянием. Здания и предметы, предназначенные специально для богослужебных целей, отдаются, по особым постановлениям местной или центральной государственной власти, в бесплатное пользование соответственных религиозных обществ».

Где тут «сатанинские гонения», о коих вопиет священный собор? Я-то думал найти в декрете положения типа такого: «категорически запрещается христианская вера вообще и Православная Церковь в частности, церковные иерархи объявляются врагами народа 1-й категории и подлежат немедленному распятию на крестах в административном порядке, верующие объявляются врагами народа 2-й категории и подлежат высылке на Соловки и клеймению малой печатью антихриста (ГОСТ №666/13-М). Мва-ха-ха-ха-ха!» А декрет вполне себе нейтральный, если только… А, весь шум из-за пунктов 12 и 13, не так ли? Не нравится иерархам «бесплатно пользоваться» «зданиями и предметами», хочется непременно ими владеть? То есть, будем откровенны, разговор идет не о свободе совести, не о проповеди Евангелия, а о деньгах, ценностях и недвижимости. Так бы и говорили, а то – «гонения, гонения»…

Обеспокоенный покушениями новой власти сделать церковное имущество народным достоянием, добрейший патриарх Тихон пишет послание к верующим, в котором предаёт революционеров анафеме. Патриарх призывает верующих людей встать на защиту «попираемых ныне прав Церкви Православной» и противопоставить большевикам «силу своего святого воодушевления». Причем Патриарх вполне себе понимает, что «силы воодушевления» может оказаться недостаточно, если власть прибегнет к жёстким мерам. «А если нужно будет и пострадать за дело Христово, зовем вас, возлюбленные чада Церкви, зовем вас на эти страдания вместе с собою словами святого Апостола: "Кто разлучит от любве Божия? Скорбь ли, или теснота, или гонение, или глад, или нагота, или беда, или меч?" (Рим. 8,35)». Всего за время Гражданской войны Патриарх успел подписать от имени Всероссийского священного собора 16 антисоветских посланий, обращений и воззваний. И кровавые палачи наказывали его помещением под домашний арест. Неслыханное зверство, да.
Но в феврале 1922-го года Тихон пишет очередное послание – против изъятия церковных ценностей в фонд помощи голодающим Поволжья. «Мы не можем одобрить изъятия из храмов, хотя бы и через добровольное пожертвование, священных предметов, употребление коих не для богослужебных целей воспрещается канонами Вселенской Церкви и карается Ею как святотатство – миряне отлучением от Нее, священнослужители – извержением из сана». Вот так. «Не можем одобрить» даже ради помощи голодающим, ага. (Приходит на ум евангельское: «Просящему у тебя хитон - отдай и гиматий»…) Как там Чичагов писал? «Последние верующие – содрогаются от развращения или бесчувствия духовенства», так? Патриарх уже ученый, он не анафематствует, он просто пишет, что, мол, «не может одобрить» действия власти. Но результат – многочисленные кровавые эксцессы при изъятии ценностей, в том числе и с человеческими жертвами (всего было зарегистрировано 1414 инцидентов). Самое крупное столкновение произошло в Шуе. События в этом маленьком городке даже обсуждались на заседании Политбюро. Дзержинский писал в докладной записке: «Патриарх и его банда открыто противодействуют изъятию церковного имущества… Сейчас уже более чем достаточно оснований для ареста Тихона и наиболее реакционных членов Синода». А Ленин на шуйские события откликнулся знаменитым секретным письмом членам Политбюро: «Если сопоставить то, что сообщают газеты об отношении духовенства к декрету об изъятии церковных ценностей, а затем то, что нам известно о нелегальном воззвании патриарха Тихона, то станет совершенно ясно, что черносотенное духовенство во главе со своим вождем совершенно обдуманно проводит план дать нам решающее сражение именно в данный момент». Именно тогда Патриарха и заключили под стражу – обвинив в саботаже и антисоветской деятельности. А как ещё следует расценивать послание, в коем под страхом отлучения от Церкви запрещено выполнять распоряжения правительства? Если ЭТО не назвать саботажем, то что такое саботаж вообще? Причём и в данном случае речь идет не о свободе совести и не о праве на христианское мировоззрение. В послании Тихон зовёт «возлюбленных чад» отстаивать имущество РПЦ, не щадя живота своего. Иронично, что при этом сам Патриарх, как пишет г-н Веденеев,
«Под угрозой применения санкций, вплоть до высшей меры наказания… …выступил с заявлением от 16-го июня 1923-го года в Верховный Суд РСФСР с ходатайством об изменении принятой в отношении него меры пресечения, и выражал раскаяние в «поступках против государственного строя»».
Ага, здорово. «Под угрозой применения санкций»… А как же «страдать за дело Христово», презирая скорбь, тесноту, гонение, глад, наготу, беду и меч? Типа как – «под угрозой смертной казни, апостол Пётр обратился к императору Нерону с раскаянием в преступлениях против Римской Империи и просьбой о помиловании». Впрочем, что тут сравнивать – во времена Нерона речь шла о праве христиан исповедовать свою веру и нести людям Слово, а в 1923-м году речь шла о праве РПЦ владеть недвижимостью и считаться юрлицом. Почему и не пойти на компромисс, правда ведь? Кстати, риторический вопрос. Непреклонность Патриарха Тихона в вопросах защиты церковного имущества – чему способствовала? Умиротворению страны, скатившейся в жуть и мрак Гражданской войны? Или разжиганию той самой войны? Чуть ниже мы увидим, что по этому поводу говорил сам Патриарх.
А пока – продолжим изучать очерк г-на Веденеева. Продолжим. «Кровожадные большевики» освободили Патриарха из узилища и не присудили ему даже условного срока. Повод порадоваться за Тихона, счастливо избежавшего «санкций вплоть до etc»? Нет, это повод посетовать, что даже публичное покаяние
… не спасло Патриарха от дальнейшей «разработки»… Ему планировали вменить в вину «сношение с иностранными государствами или их отдельными представителями с целью склонения их к вооружённому вмешательству в дела Республики, объявлению ей войны или организации военной экспедиции», что влекло высшую меру наказания с конфискацией имущества.
Читатель должен сделать вывод, что кровавая гэбня норовила сжить со свету несчастного, невинного Патриарха и с этой целью хотела предъявить ему вымышленные, высосанные из пальца обвинения в преступлениях, которых Тихон и не думал совершать. Однако, кровавая гэбня из статьи г-на Веденеева явно не способна к логическому мышлению. Патриарх Тихон УЖЕ признался в антисоветской деятельности и сношениях с «внутренней и внешней контрреволюцией», зачем было выпускать его, а потом снова сажать, но уже по сфальсифицированному делу? ЗАЧЕМ? Чекистам что, заняться больше нечем было? Или им сам процесс фальсификации нравился? Второй вопрос – если хотели посадить, так почему не посадили? Поводов не было? Поводы были. И дело не только в абстрактных измышлениях чекистов. ГПУ в своих сводках фиксирует всё новые и новые случаи антисоветской деятельности последователей Тихона:
Июнь 1924-го года. Среди тихоновцев выявляется ряд религиозно-монархических организаций. В Воронежской губ. имеется такая организация под названием «Комитет спасения», в своих воззваниях прямо призывающая к восстанию. В Иркутской губ. попами и кулаками было подкуплено лицо, бросившее гранату в клуб РКСМ во время антирелигиозного вечера (несколько человек ранено). В Тамбовской и Актюбинской губерниях попы призывали к выступлению во время закрытия церквей. В ряде других губерний ими велась агитация против Советской власти, налогов, кооперации, проповедывался конец мира, поминался в богослужениях Николай Николаевич, распространялась антисоветская литература. Отмечена также попытка связаться с заграницей (Приморская губ.).
Июль 1924-го года. В Иркутской губ. тихоновцами распространялись черносотенные воззвания.
Август 1924-го года. Случаев черносотенной и антисоветской агитации было немного, они наблюдались в Орловской, Архангельской, Иркутской, Вятской, Алтайской губерниях и Сибири.
Сентябрь 1924-го года. В Саратовской губ. отмечены случаи антисоветской деятельности со стороны тихоновцев. В Мар[ийской] области путем обложения местных крестьян собрано 1900 пуд. ржи на постройку церкви.
Октябрь 1924-го года. Повсюду тихоновцы ведут антисоветскую агитацию, распространяя всякого рода провокационные слухи. Епископ Ярославский произносил обличительные речи против «безбожного правительства». Используется всякое неблагоприятное Советской власти событие (недород, наводнение и т.п.) для подчеркивания проявления «кары божьей» (Орловская губ.), в Приморской губ. отмечена агитация попа среди красноармейцев.
Ноябрь 1924-го года. За отчетное время тихоновцами распространялись воззвания: епископа Соловья (в Череповецкой губ., отпечатанные на стеклографе), брошюры обличительного характера против большевиков (в Акмолинской губ.). В Приморской губ. найдено до 2000 экз. антисоветского воззвания, распространяемого монахами Щацкого монастыря. Кроме того, в ряде мест велась монархистская агитация, распространялись разные ложные и провокационные слухи и т.д.
В последнее время среди верующего населения наблюдается некоторый подъем религиозного чувства… Черносотенные церковники в лице попов, монахов и церковно-приходских советов используют эти настроения при всяком удобном случае в антисоветских целях, стараясь вооружить верующую массу против Советской власти или даже толкнуть ее к агрессивным действиям. За последние 4-5 месяцев имели место до 20 случаев крупных столкновений верующих, натравливаемых черносотенными церковниками, с представителями власти, причем эксцессы сопровождались набатным звоном, угрозами по адресу представителей власти, нападением на последних, а в некоторых случаях даже убийствами. Наряду с этим черносотенными церковниками (тихоновцами) ведется и систематическая антисоветская работа под флагом борьбы с атеизмом путем проповедей, бесед, лекций и т.д., устраиваемых в церквах, в которых развивается мысль об антихристовой сущности Советской власти и необходимости в силу этого борьбы церкви с последней.
Весьма большую роль в создании антисоветского настроения среди верующих играют церковно-приходские советы, которые, сконцентрировав в себе почти весь активный монархический элемент и в силу своего легального существования, имеют большие возможности в области влияния и руководства верующей массой.
Это – выдержки из ежемесячных обзоров политического состояния РСФСР, подготовленных информационным отделом ОГПУ. Подчеркиваю – ЭТО НЕ ПРОПАГАНДА, нацеленная на разжигание неприязни к Церкви, а совершенно секретные документы, предназначенные исключительно для глаз первых лиц государства. «В настоящее время тихоновщина — наиболее сильная и многочисленная из оставшихся в СССР антисоветских группировок», - докладывало руководству 6-е отделение СО ОГПУ. Антиправительственная агитация, саботаж, терроризм, вымогательство — прямо не священники а сиднеи рейли какие-то. Странно было бы, если бы при всём при этом слежка за Тихоном НЕ велась. Впрочем, сам Патриарх, видимо, был непричастен к подрывной деятельности (что подтверждается отсутствием каких-либо репрессий со стороны власти). Публично покаяться перед Советами, получить прощение, а потом взяться за старое – это было бы совсем по-иезуитски. А Тихон был честным и порядочным человеком и собирался выполнять данные Верховному Суду обещания. Говорят, он даже повесил на дверь своего кабинета бумажку с надписью: «С антисоветскими предложениями не входить».
Продолжим изучать исторический триллер от г-на Веденеева. Итак, по официальным данным, Патриарх Тихон скончался от сердечной недостаточности... ИЛИ НЕТ?!!!
"Имеются свидетельства, что именно настойчивые требования СО ГПУ к Патриарху подписать разработанный чекистами документ (известный как «Завещание» Патриарха Тихона и существующий в нескольких редакциях, в том числе – с правками Е.Тучкова), переданный через митрополита Крутицкого Петра (Полянского, будущего местоблюстителя Патриаршего Престола, после 12 лет ссылок расстрелянного в октябре 1937-го), привели к резкому ухудшению здоровья и ускорили смерть владыки".
Да зачем же некоторым историкам непременно хочется, чтобы Патриарха «уморила кровавая гэбня»? Очевидно, эти историки считают: домашнего ареста и пары месяцев на Лубянке недостаточно для того, чтобы Тихон выглядел «пострадавшим от безбожной власти». И смерть от «заурядной» сердечной недостаточности – это как-то не очень романтично. Нужно что-нибудь позабористее. Добавим детектива! К примеру – «злые чекисты огорчили Тихона до смерти», во! Отличный сюжетный ход. Ещё одно преступление коммунистов раскрыто. Детский сад, чесслово. Давайте вообще всех, кто умер в 20-е годы от болезней сердца, запишем в жертвы коммуняк. Явно же люди неспроста померли – это их Советская власть расстроила. Можно вообще всех умерших с 1917-го по 1991 объявить жертвами репрессий. «Советский строй ворвался даже в сны монархиста!» (с) Если уж рассматривать версию, что причиной ухудшения здоровья Тихона стало душевное потрясение – почему нужно считать его причиной именно требования подписать какой-то документ? У Патриарха было много других поводов для стресса. Например – попытка ограбления его дома в Донском монастыре. В декабре 1924-го двое грабителей пытались ворваться в покои Тихона, похитили с вешалки в прихожей шубу, и застрелили келейника Патриарха, Якова Полозова. Почему бы не считать именно это событие роковым? Потому, что тогда в истории не будет злых чекистов? Ладно, рассмотрим документ, коим, по мнению упомянутых г-ном Веденеевым «исследователей», гэпэушники умучили несчастного Тихона.
Существует семь редакций «Завещательного послания Патриарха Тихона». Историки до сих пор не могут придти к единодушному мнению по поводу того, какая из редакций принадлежит перу самого Патриарха, а какая – перу начальника 6-го отдела СО ОГПУ Евгения Тучкова. Конечно, завещание такого авторитетного иерарха, каким был Тихон — документ архиважный. И чекисты, несомненно, принимали участие в редактуре. Существует даже версия, что Тихон вовсе писал «завещания», уж больно скандальными кажутся ислледователям отдельные положения «послания». Патриарх кается перед Советской властью: «Противу распространяемых врагами нашими ложных и суетных мнений, Мы в полном сознании былых заблуждений, чистосердечно в них раскаявшись, торжественно и всенародно признали новый порядок вещей и Рабоче-Крестьянскую власть народов, правительство коей искренно приветствовали». Затем призывает православных отмежеваться от контрреволюционеров: «Мы особенно обращаемся и призываем церковно-приходские общины, в особенности их исполнительные органы церковно-приходские советы, прекратить антиправительственные замыслы, не питать надежды на возвращение монархического строя и убедиться в том, что Советская власть - это действительно народная Рабоче-Крестьянская Власть, а потому прочная и непоколебимая». Сильно, да. Но ничего нового. Ещё летом 1923-го года Патриарх выпустил два воззвания, подлинность коих не оспаривается. Первое гласило:
Получив ныне возможность возобновить Свою прерванную деятельность служению Святой Православной Церкви и сознавая Свою провинность перед Советской властью, выразившуюся в ряде Наших пассивных и активных антисоветских действий, как это сказано в обвинительном заключении Верховного Суда, т. с. в сопротивлении декрету об изъятии церковных ценностей в пользу голодающих, анафематствовании Советской власти, воззвании против Брестского мира и т.д. Мы по долгу христианина и архипастыря – в сем каемся и скорбим о жертвах, получившихся в результате этой антисоветской политики. По существу, виноваты в этом не только Мы, но и та среда, которая Нас воспитала, и те злоумные люди, которые толкали Нас на эти действия. С самого начала существования Советской власти, как враги ее, они старались свергнуть ее через Церковь нашу, для чего, как Главу последней, старались использовать. Будучи бессильными побороть Советскую власть открыто и прямо, они хотели добиться ее уничтожения окольными путями, прибегая к Церкви и Ее пастырям.
Сознав Свою провинность перед народом и Советской властью, Я желал бы, чтобы так поступили и те, которые, забыв свой долг пастыря, вступили в совместные действия с врагами трудового народа – монархистами и белогвардейцами и, желая свергнуть Советскую власть, не чуждались даже входить в ряды белых армий. Как ни тяжко сознаваться в этом преступлении, но Мы должны сказать хоть и горькую, но истинную правду сию. Мы осуждаем теперь такие действия и заявляем, что Российская Православная Церковь аполитична и не желает отныне быть ни "белой", ни "красной" Церковью. Она должна быть и будет Единою, Соборною, Апостольскою Церковью, и всякие попытки, с чьей бы стороны они ни исходили, ввергнуть Церковь в политическую борьбу должны быть отвергнуты и осуждены.
Через два месяца вышло новое воззвание, в котором Патриарх ещё более категоричен:
Ныне Церковь решительно отмежевалась от всякой контрреволюции. Произошла социальная революция. Возврат к прежнему строю невозможен. Церковь не служанка тех ничтожных групп русских людей, где бы они ни жили – дома или за границей, которые вспомнили о Ней только тогда, когда были обижены русской революцией, и которые хотели бы Ею (Церковью) воспользоваться для своих личных политических целей. Церковь признает и поддерживает Советскую власть, ибо нет власти не от Бога. Церковь возносит молитвы о стране Российской и о Советской власти.
Так что ничего принципиально нового в «завещательном послании» нет. В нём Патриарх просто обобщил и повторил то, что он уже не раз говорил ранее. Почему же Тихон должен был распереживаться до смерти из-за очередной редакции?
В заключение хочется отметить один интересный момент. «Исследователи» типа г-на Веденеева обычно льют на советский период истории России вёдра чёрной краски. При этом исследователи наивно считают, что измажут только коммунистов, а излюбленные самими исследователями персонажи останутся чистыми. И что получается на деле? Приведу цитату из сочинения Патриарха Сергия (Страгородского) «Правда о религии в России»: «За годы после Октябрьской революции в России бывали неоднократные процессы церковников. За что же судили этих церковных деятелей? Исключительно за то, что они, прикрываясь рясой и церковным знаменем, вели антисоветскую работу. Это были политические процессы, отнюдь не имевшие ничего общего с чисто церковной жизнью религиозных организаций и чисто церковной работой отдельных священников». Хочется задать прямой вопрос не только г-ну Веденееву, но и всем историкам, кричащим о «гонениях на Православие в СССР»: Патриарх Сергий НАГЛО И БЕЗОТВЕТСТВЕННО ВРЁТ? И если ответ на этот вопрос будет утвердительным, то возникает следующий: Как назвать Патриарха, который предал и оболгал тысячи «мучеников, пострадавших за веру»? Да что Сергий... А сам Тихон, каявшийся в антисоветских преступлениях? Кто он после этого? Если мы признаем, что советская власть была властью антихриста, то Патриарх, канонизированный РПЦ, выглядит со своим покаянием - трусливым приспособленцем, готовым ползать на брюхе перед «антихристом» ради спасения своей шкуры. «Апостол Пётр покаялся за преступления христиан вообще и за поджог Рима в частности, а также вознёс молитвы за великого императора Нерона», да. Так кто он — Патриарх Тихон? Трус и предатель? Или человек, осознавший свои заблуждения и имевший мужество публично признать ошибки? На этот вопрос лучше ответить словами самого Тихона:
«Наши враги, стремясь разлучить нас с возлюбленными чадами, ввереными Богом нам - пастырям, распространяют ложные слухи о том, что мы на патриаршем посту не свободны в распоряжении словом Нашим и даже совестью, что мы засилены мнимыми врагами народа и лишены возможности общения с паствою, Нами ведомою. Мы объявляем за ложь и соблазн все измышленя о несвободе Нашей, поелику нет на земле власти, которая могла бы связать Нашу Святительскую совесть и Наше патриаршее слово».
Аминь.

0

146

Яков Джугашвили: Ложь о Сталине – попытка нынешних элит оправдать разграбление советского наследия
2.08.2013, 13:53  admin

Правнук Иосифа Сталина – художник и общественный деятель Яков Джугашвили – рассказал, почему продолжит бороться за правду о своём великом прадеде, заявив прямо:  Коба нужен нам и сегодня.

 Ложь как вирус

 — Антисталинская истерия, царящая сегодня в глобальных СМИ, Вас сильно напрягает?

— Ложь меня оскорбляет, и я эту ложь всеми имеющимися у меня средствами разоблачаю и пытаюсь донести до людей правду. Сталинизация – это просвещение людей, объяснение того, что хотел сделать Иосиф Сталин, что ему удалось сделать, кто и почему сопротивлялся его реформам. Без разоблачения лжи об Иосифе Сталине и истории СССР того периода невозможна никакая сталинизация. Сегодня Иосиф Сталин дорог всем, для кого такие слова, как Справедливость, Отечество, Народ — не пустые звуки.

Дело в том что, ложь об Иосифе Сталине и СССР того периода создавалась с целью подрыва авторитета лидера страны, чтобы людей отталкивала любая попытка осмыслить природу явлений произошедших в период его жизни и его роль в этих событиях. Эта ложь направлена не против Иосифа Сталина или его родственников, а, в первую очередь, против Русского народа. Ложью о нём пытаются лишить Русских (а вместе с ними и те народы, которые вместе с Русским строили первое в мире общество свободное от паразитов) способности противостоять как внешним, так и внутренним угрозам. Ложь об Иосифе Сталине — это созданный недочеловеками вирус, разрушающий защитный механизм народа, ответственный за распознавание опасности. Наконец, ложь о нём — это попытка нынешних элит оправдать разграбление того добра, которое было сохранено и приумножено Советским народом, – говорит Яков Джугашвили.

Грузинская молодежь не знает русского языка

 — В Грузии Иосифа Виссарионовича помнят, любят?

— Отношение людей к Иосифу Сталину у него на родине сегодня определяется их информированностью о лидере страны и о СССР того периода. Это две самые оболганные темы, и чтобы разобраться в них нужно иметь доступ к специфической литературе, а эта литература в основном русскоязычная. Власть в Грузии вот уже почти десять лет вытесняет из Грузии русский язык и добилась «неплохих» результатов в этом деле: молодое поколение практически не знает русский язык. Но даже та часть населения, которая не считает его «языком оккупантов» и продолжает приобщаться к мировой культуре посредством русского языка, не особо интересуется темой сталинизма. У большинства грузин сегодня нет даже желания разбираться с этими вопросами, так как они подавлены своим крайне нерадостным материальным положением, а также той чудовищной по своей подлости антисоветской (а по сути — антирусской) и антисталинской пропагандой, которая льётся с ТВ, а в Грузии на четыре миллиона человек — два десятка каналов! Надо обладать устойчивой психикой и иметь серьёзную мотивацию, чтобы в таких условиях не унывать и сопротивляться. Поэтому, надо признать, что в Грузии сталинисты никак не влияют на настроение и сознание народа. Несмотря на столь грустное положение дел, положительный образ Иосифа Сталина — в статьях, репликах, — подобно мощному лучу света пронзает умы и сердца людей, заставляя их задуматься об этом человеке и его делах.

Как возродить сталинскую справедливость без насилия

- У Вас есть российский паспорт?

— Я – гражданин России, более того – участник инициативной группы по проведению референдума по принятию поправок к Конституции и закона об «Ответственности власти» в обеспечение этих поправок.

- В чём их суть?

— Жизнь устроена несправедливо. И несправедливость идет от власти. Власть несправедлива потому, что у нее есть возможность быть несправедливой. Как достичь справедливости без революционного насилия? Это просто, но нужно зреть в корень этой несправедливости власти. Почему члены власти и их приспешники творят во власти всё, что угодно? Потому, что они никак не отвечают за результаты своего правления — никак не наказываются за вред, нанесенный народу. Водителя за аварию, которая произошла по случайности, накажут, а власть ни за что не отвечает, что бы она ни натворила! Разве это справедливо? Нужен закон, согласно которому на всех выборах каждый избиратель кроме бюллетеней с новым составом власти получит проект вердикта старому, сменяемому составу власти, а в этом вердикте будет три строчки: «Достойна поощрения», «Достойна наказания» и «Без последствий». Если большинство избирателей решит отпустить старый состав власти без последствий, то власть оставит свои полномочия как сейчас — без последствий для себя. Если большинство избирателей решит поощрить власть, то Президент или каждый член Федерального собрания станет Героем России. А если избиратели решат «Достойна наказания», то Президент или каждый член Федерального собрания сядут в тюрьму на срок своего пребывания у власти.

- Как будем судить?

— Судить власть каждый избиратель будет исключительно из собственного убеждения в ее вине и заслугах. А для того чтобы вердикт был объективным, от избирателей требуется ответить самим себе на простой вопрос: улучшилась, ухудшилась или не изменилась их жизнь за период правления данной власти. Согласитесь, что на этот вопрос сможет ответить любой избиратель, вне зависимости от его образования, культурного уровня и т.п. Мы, граждане, берём на себя ответственность подчиняться власти, но раз в пять лет мы будем судить власть за результаты этого нашего ей подчинения. Вот это и есть справедливость!

Катынское дело

- Особое внимание Вы уделяете Катынскому делу.

— Не так давно Тверской суд Москвы косвенно подтвердил, что польских офицеров в 1941 году расстреляли немцы. Итог суда с Государственной Думой оказался сенсационным. Нет, в иске было отказано, но в своём решении судья чёрным по белому дважды написала, что поляков в Катыни расстреляли в сентябре 1941 года, т.е. — немцы. Это большая победа! Это уже не публицистика, а документ, в котором общеизвестность этого факта установлена в судебном порядке. Я поздравляю всех честных людей. И, главное, честных поляков, с этой победой! А всем подлецам, в том числе и польским, советую запастись валидолом.

- Кто Вам помогает бороться на процессе?

— В 2009 году со мной связался публицист Леонид Николаевич Жура и попросил, чтобы мой отец Евгений Яковлевич разрешил ему подать иск о защите чести и достоинства Иосифа Сталина. Иск был подан к «Новой газете» за публикацию статьи Анатолия Яблокова «Виновным назначен Берия». По законам России подобный иск имеет право подавать только родственник Иосифа Сталина. Мой отец согласился, и Леонид Жура стал официальным представителем отца в суде по этому делу. Однако отец счёл обязательным, чтобы его представителем вместе с Леонидом Николаевичем был и Юрий Мухин (ymuhin.ru), который к началу процесса был болен и лежал в больнице. (То, что с ним там приключилось — отдельная история, едва не закончившаяся для него трагически). Затем к ним присоединился Сергей Эмильевич Стрыгин — автор независимого расследования Катынской трагедии. Вот эта тройка уже несколько лет наводит ужас на «борцов со сталинизмом» всего лишь тем, что «осуществляет их мечту!» Они ведь требуют суда над Иосифом Сталиным? Вот вам суд, приходите и доказывайте его «преступления». Судебные процессы показали полную беспомощность обвинителей Иосифа Сталина. В отличие от студии радиостанции «Эхо Москвы» или кабинета редактора «Новой Газеты», в суде наши оппоненты вынуждены были отвечать за свою болтовню. Наши представители им в этом активно помогали, задавая разные вопросы, на которые они были обязаны отвечать, как того и требует законодательство. Историки провели удивительную по своему масштабу работу по разоблачению лжи об Иосифе Сталине и истории СССР. Юрий Мухин, несмотря на крайнюю загруженность (на него самого заведено два уголовных дела по «русской» статье за экстремизм) и перенесённую операцию на сердце, умудрялся в день заседания или сразу после писать исчерпывающие репортажи о том, что там происходило. Сейчас эти репортажи объединены в книгу под названием «Суд над Сталиным». Замечу что СМИ, как официальные, так и якобы оппозиционные, хранили дружное молчание об этих процессах. Даже «Эхо Москвы» и «Новая Газета» предпочли молчать, хотя они были непосредственными участниками суда.

- У Вас был громкий процесс против журналиста Владимира Познера.

— Я смог присутствовать на этом процессе, и имел «счастье» лицезреть этого «гуру ТВ-болтологии» в непосредственной близости. По иронии судьбы, процесс состоялся 21 декабря — в день рождения Иосифа Сталина. Суть вот в чем: Владимир Познер в своей традиционной реплике в конце одной из передач обвинил Иосифа Сталина в расстреле польских офицеров в Катыни. Когда он узнал об иске, то в эфире «Эха Москвы» заявил, что готов доказать в суде причастность Иосифа Сталина к расстрелу поляков документально. Придя на заседание суда в сопровождении двух юристов (одна из которых была явно на дружеской ноге с судьёй), он выложил на стол два из четырех документов из той самой знаменитой папки фальшивок по Катынскому делу. Судья отреагировала сразу же, и дала понять, чтобы этот документ спрятали куда подальше и забыли о нём. Владимир Познер забыл об этом «документе», как забыл и о своих грозных обещаниях документально доказать причастность Иосифа Сталина к расстрелу поляков. Вместо этого он стал отстаивать своё конституционное право на болтовню, т.е. — личное мнение. Замечу, что все «борцы со сталинизмом» на судебных процессах вместо того, чтобы приводить конкретные доводы в пользу своих утверждений, занимались именно отстаиванием своего права на личное мнение. Во время одного из перерывов произошёл спор с Владимиром Познером относительно принесённых им в суд «документов». Стало ясно, что он видел эти бумажки впервые в жизни. Более того, он никогда даже не слышал о том, что эти бумажки являются фальшивками. Что это значит? А это значит, что Владимир Познер, зная о теме предстоящего судебного спора и имея до начала суда, как минимум, две недели в своём распоряжении, даже не соизволил потратить хотя бы час своего времени и «погуглить» эту тему в Интернете. Так, например, на моё замечание по поводу одного из «документов», а именно «письма Берии»: «Мог ли Лаврентий Берия приказать что-то «тройке» в 1940 году, если тройки были упразднены ещё в 1938 году?», Владимир Познер выпалил: «Мог!» Одно слово — «гуру».

- Как Вы относитесь к вестерну об Иосифе Сталине, который собирается снимать Алексей Балабанов?

— Он пообещал снять фильм о моём прадеде, заявив, что «одним из героев картины станет Иосиф Сталин, предстающий уже окончательно развенчанным идолом в годы юности – бандитом, вором в законе. Он на самом деле был вор в законе – не доказано, что он лично участвовал в ограблениях. Но и не доказано, что не участвовал. Поэтому я могу и так, и так это сделать». Я бы хотел подчеркнуть, что ложь об Иосифе Сталине – это не оскорбление нас, родственников. Она не оскорбляет лично меня. Это – унижение русского народа, построившего за кратчайшие сроки мощную индустриальную страну, выигравшего Войну у армии всей Европы (ведь на стороне Германии воевали не только немцы). Наконец, народа, покорившего в космос.

Фабрикация “голодомора”

- На Украине в антисталинской политике основной акцент делается на голоде 1932-1933 годов…

— Вот что говорит профессор Гровер Фер автор книги «61 Неправда Хрущёва»: «В 1930-х годах украинские националисты с помощью нацистов начали фабрикацию так называемого “голодомора”. Ныне покойный канадский исследователь Дуглас Тотл (Douglas Tottle) доказывает это в своей книге «Ложь, Голод и Фашизм: Миф об украинском геноциде от Гитлера до Гарварда» (Fraud, Famine and Fascism: The Ukraiinian Genocide Myth from Hitler to Harvard (1987). Я еще в 1987 году прочитал статью, в которой тот развенчал ложь украинских националистов. Я был поражен тем, что Дуглас Тотл написал, и поехал в Торонто (Канада), чтобы встретиться с ним. В 1988 году американский журналист Джефф Коплон (Jeff Coplon) взял у него и других интервью для статьи «В поисках советского холокоста: Голод 55-летней давности кормит Правых» ( In Search of a Soviet Holocaust: A 55-Year-Old Famine Feeds the Right). Украинским националистам ложь о так называемом “голодоморе” необходима чтобы оправдать своё сотрудничество с нацистами и убийство ими миллионов своих соотечественников, включая евреев. Они убили до 100 000 польских граждан во время так называемой Волынской резни. Польские исследователи Владислав и Ева Семашко (Wladyslaw and Ewa Siemaszko), украино-канадский исследователь Виктор Полищук и российский историк Александр Дюков документируют эту резню. Для того, чтобы оправдать хотя бы малую часть этих преступлений, националистам необходимо настаивать на том, что СССР был хуже, чем нацисты и украинские националисты, причём был таким плохим, что ничего хуже, чем коммунизм нет и «всё остальное было бы лучше». Подобные лжеистории о советских зверствах также пропагандируются правыми националистами Эстонии, Латвии, и Литвы. Обычно они основаны на источниках нацистской пропаганды, которые чаще всего просто перепечатывают. Фонд «Историческая Память» Александра Дюкова публикует работы по теме этих фальсификаций.

Правнук Иосифа Сталина уверен, что разоблачение антисталинской лжи необходимо не только для восстановления исторической справедливости, но и для того, чтобы вернуть нашим народам защитный механизм оберегающий нас от опасных идеологических агрессий, ведь знание своей истории, умение отличать ложь от правды, подлинник от фальшивки – одна из основ такого защитного механизма народа.

0

147

"Видеть истину идеалистам столь же мизерный шанс как малочисленен сам класс материалистов, что присвоил себе все гигантские источники существования. Те и другие всегда были вольными и невольными компаньенами как Христос и Константин"

«Все и всякие угнетающие классы нуждаются для охраны
своего господства в двух социальных функциях:
в функции палача и в функции попа.
Палач должен подавлять протест и возмущение
угнетенных. Поп должен утешать угнетенных…»[1]
Ленин В. И.

[1] Ленин В. И., Полное собрание соч., 5 изд., т. 26, с. 237
По этому поводу прикинем соответствующее...обществоведческое Дао реального человечества а не игры в пинг-понг идеалистов с материалистами во ( ни истины ни хлеба). Для этого следует уничтожить частное владение материальными ресурсами

http://s020.radikal.ru/i718/1609/66/6250e318de48.png

Идеализм рассматривает сознание в отрыве от природы, в силу чего неизбежно мистифицирует его и процесс познания и часто приходит к скептицизму и агностицизму.

Материалистическому детерминизму последовательный идеализм противопоставляет телеологическую точку зрения о наличии в мире объективных внечеловеческих целей и целесообразности.
Философский термин «идеализм» не следует смешивать с употребляемым в обыденном языке, в повседневных рассуждениях на моральные темы словом «идеалист», которое происходит от слова «идеал» и обозначает бескорыстного человека, стремящегося к достижению возвышенных целей. В философском смысле идеализм в этической области означает отрицание обусловленности морального сознания общественным бытием и признание его первичности.
превратное пользование абстракцией влечёт за собой гипостазирование (возведение в ранг самостоятельно существующего объекта) отвлечённых мышлением свойств, отношений, действий реальных вещей в отрыве от их конкретных материальных носителей и приписывание этим продуктам абстракции самостоятельного существования. Сознание, мышление, величина, форма, добро, красота, мыслимые вне и независимо от материальных предметов и существ, которые ими обладают, равно как и растение «вообще» или человек «вообще», принимаемые за сущности, или идеи, воплощаемые в вещах, — таков тот ложный ход абстрактного мышления, который ведёт к идеализму.
Эта возможность идеализма становится действительностью только в условиях классового общества, где идеализм возникает как наукообразное продолжение мифологических, религиозно-фантастических представлений. По своим социальным корням идеализм в противоположность материализму выступает, как правило, в качестве мировоззрения консервативных и реакционных слоёв и классов, не заинтересованных в правильном отражении бытия, в коренной перестройке общественных отношений.
Главными социальными причинами «многообразия» форм современного идеализма являются углубляющийся процесс распада буржуазного сознания и стремление закрепить иллюзию «независимости» идеалистической философии от политических сил империализма. С другой стороны, происходит отчасти и противоположный процесс — сближения и даже «гибридизации» различных течений идеализма на основе общей антикоммунистической направленности буржуазной идеологии 20 в.
Научные основы критики современных форм идеализма заложены Лениным в книге «Материализм и эмпириокритицизм», где дан марксистский анализ не только махистской разновидности позитивизма, но и основного содержания всей буржуазной философии эпохи империализма.
Оно и понятно, буржуазные идеалисты отвлекая сознание колоний ( народов тружеников) идеей внутреннего братства относительно мысли-архетипа ("дырки от бублика") и консервируя человека внутри индивида узурпируют физическое воплощение архетипа- материальные источники жизни ("табачок врозь") на деле тем самым уничтожают его физически,а значит и фактически. На схеме Дао баварского иллюминизма, реального человечества - в материальных источниках нет отдельно взятого архетипа как узурпатора так как они есть все равноценный архетип и необходимость. Они не признавая на деле всеобщности базиса лмшь на словах отрицают всеобщность и архетипа как идеи. Такая у них двойная бухгалтерия и лживые стандарты.Вся эгоистическая буржуазная идеология построена на этом обмане, на карманной духовности ( слова мед, в кармане фига). Основное направление идеологической деятельности буржуазной личности - несоответствие формы архетипа для номинации человеческого общества. Ведь производительные силы экономики это элементарная ROTA общества, орудия труда это и материальные источники жизни это азбука и архетип общества! Но сознание людей уводится в идеалистическое пьянство. Лгуны и бандиты а кто им верит идиоты

0

148

Я вам Франки покажу к чему приводит ваша позиция на примере графини Альбы. Поэтому из чисто альтпуистических побуждений предупреждаю вас чем светит ваша позиция лично для вас и для общества[img]http://luksmarbella.com/wp-content/uploads/002.jpg[/img
http://v.img.com.ua/nxs136/b/600x500/5/c6/92df25f7703494ebfe57be2ffb3c4c65.jpg
]
--

Включите редактирование, эгоист
http://luksmarbella.com/wp-content/uploads/002.jpg

до

0

149

Лень было отвечать но и указанные вами лица которых вы хотите "дезавуировать" ничем от вас не отличаются поэтому тоже вышеуказанное лекарство так вы все антинародные элементы которые будут нейтрализовываться коммунистическим иммунитетом который будет я уверен выработан общестаенным организмом

0

150

Примерно так

http://www.perunica.ru/uploads/posts/2015-12/1449064516_dolbanem.jpg

0

151

Мысль это тоже движение субстанции только солипсическое. Единственное отличное от него внешнее движение в шахматной партии это перемещение фигур из дерева на деревянной же доске, господин идеалист, передаваемое по нервной системе типа САПР от мысли к внешнему действию. Действие внешнее может воздействовать на другую внутренне-внешний объект или субъек прямо,вербально и виртуально
Ленин и Маркс как материалист был очень трезвым человеком, поэтому понимал о чем речь и какие решения необходимо принимать чтобы изменить общественное бытие- изолировать от общества нетрезвых приматов и передать материальный базис, чтобы расконсервировать человеческое бытие и сделать его общественным.

0

152

Религиозная каста вместе с буржуазией и феодалами,работающинэто тормоз дальнейшего развития человеческого бытия и как следствие сознания. Это лжецы, у нее двоцная бухгалтерия, антиобщественная той стороной что сохраняет обществу идиалистический базис а сама присваивает общественный материалистический, включая его производительные силы. Совершенно не удивительно что ватикан поддержал фашистов и совершенно неудивительно что с приходом частной собсвенности очнулось поповство и разложение масс.

0

153

В этом смысле и с учетом классовой природы наций вы служитель тех отщепенцев,сумашедших и предателей которые тормозят появление реального человеческого и бытия и как следствие сознания. И эиот тормоз рано или поздно будет смешен с дороги человека на земле, господа алкоголики

0

154

Масонство, буржуазная наука и бурж. искусство сми, it, стало развитием и усовершенствованным развитием разливочного цеха старой и несоответсвующей времени и условиям церкви иерархи которой освящают скотскую жизнь буржуазии и мещанства. Если бы рекруты этого цеха неподозревающие о том что такое гетеродин хоть раз настроили частоту внутренней субстанции на генерационную частоту и увидели что дает возможность кастовым фашистам их обманывать и лошить то общественный вирус был бы уничтожен. Ясно вам. Мы знаем вашу кухню и знаем как уничтожить паразитов.

0

155

Мы не будем мистифицировать конкретных лиц и классы и тем более что то неконкретное так как мистическое мышление нам коммунистам не присуще.Не стоит нам приписывать свой алкоголизм и порочность. Всю вашу историю мы знаем, знаем кто за вами стоит,знаем как вы работаете, знаем кто когда и при каких обстоятельствах вас рекрутировали до того как вы попали за пределы ссср и видим всю вашу подноготную. Не пора ли трезветь? Хотя мы и знаем что лечить наркоманов очень трудно.

http://www.zdorovajaplaneta.ru/cms//plakat.jpg

0

156

Сам факт того что вы блокируете наших людей на своем форуме и не даете им высказаться по вопросу уже говорит о том кем вы являетесь. То что знают люди это гарантия уничтожения лжи в реальности. Мы не боимся. Боитесь вы и ваши хозяева. Вам не уйти от возмездия истины. Ваша жалкая жизнь, вся шпилерская жизнь вашего кагала каждого из вас в прошлом и настоящем нам свидетель

0

157

Кто и когда в истории за нескоолько десятилетий построил сотни тысяч заводов и школ, в критический момент вывел страну из под угрозы мирового капитала и уничтожил его железную машину? Кто позволил и что позволило вам лично заниматься шахматами? Сталин и общий мдейноматериальный базис обшественного организма точно также как и обший воздух. В эпоху нового начального этапа коммунизма мы будем специально продавать воздух эксплуататорским классам. И мы посмотрим как они усвоили диалектический материализм.
И мы посмотрим смогут ли радеки сочинять анекдоты о Сталине. У него есть очень хороший анекдот. Чем отличается Моисей от Сталина? Моисей вывел евреев из Египта, а Сталин из Политбюро

0

158

Франки как раз считает что евреи ненавидящие жыдов, как в духе так и в материи находятся в одном лагере желающим попортить биоматериал и уничтожить человечески организованные отношения и народы, валит в кучу еврея Маркса и еврейку Каплан, Спартака и Калигулу. При этом козыряет таким словечком как "свобода как таковая",   восхищается одним институтом религии и набрасывается на другой тысячи лет идиотизирующие питательные массы под гогот шизеющих паханов. Свобода у него чисто математическая не смотря на то, что хватит пальцев рук чтобы увидеть, что у человека есть всего несколько необходимых и главное возможных проявлений свободы-  питание, общение, кров, ремесло и познание. У него в голове такая же каша как у фашистов и либералов. Не стоит Франки валить все в кучу работая на них,  классовый (иерархический) вопрос вам не удасться спрятать, тем более от людей. Я вам уже сказал о мифичности коммунизма. Это воздух, библиотеки и нормальные семьи где есть отцы и матери и где младенцы не стоят в очереди на бирже труда и не эксплуатируются за глоток материнского молока как это получается у вас субъективных идеалистов для которых две свечки равны бутылке водки,   а Маркс любимец фюрера и римского папы. Я склонен считать что он жертва субъективного идеализма, хоть и пытается откреститься от страдающего этим заразным недугом большей части общества всю известную нам историю общественных формаций. Только так мы можем обьяснить причину почему он защищает частную собственность от общественной. Ведь общее это и есть бог идеалистов. В этом я
усматриваю вызов против него и против людей, которых он считает гендерной массой. Представим себе на мгновение что есть такой бог, что считает свои создания, своих детей гендерной массой среди которых он выбирает кучку тех кто с ним согласен. Это и есть сатанизм. Что бог один детей влспитывает в любви а других ничтожит позволяя превратить его в предмет торга, узурпировать источники жизни. Это Франки противоречит и идеализму и материализму.  противоречит вашему дыханию. Левит Маркс дает вам дышать, а вы предлагаете заставить меня и людей покупать то, что дал бог, что добыто трудом всех людей, обделив их. Нет у вас никакого решения. А мы хорошо знаем историю в которой его не было. Не любите вы ни евреев ни русских, боитесь их человеческого союза двинувшего общественную формацию с мертвой точки маленького древнего божка , сидя в метрополии. Хотя у нас простой народ никогда не попрекал вас куском хлеба, когда вы учились в школе,вузе, шахматном клубе с вашим друганом Карповым. Маркс голодая и его шесть детей опередили вас сто пятьдесят лет назад морально и каббалистически. Мы лишь можем греться у его очага либо пойти по кругу старой жизни, но более идиотической в силу открытой им полноты истины. Вы как Хрущ перед ХХ съездом, когда ему принесли отчет о шестистах тысячах репрессированных уголовников и врагов народа пытаетесь судорожно дописать нули, чтобы состряпать ложь

Документы, хранящиеся в архивах, говорят совсем о другом. Надо только интересоваться историей своей страны и не верить на слово очернителям.

Примеры перехода белых офицеров на службу в Красную армию по идейным соображениям имелись с самого начала ее создания, а многие бывшие офицеры царской и белой армий продолжали свою службу и позднее, в том числе и в годы Великой Отечественной войны.

Так, капитан старой армии К. Н. Булминский, командовавший батареей у Колчака, перешел на сторону красных уже в октябре 1918 года. Капитан (по другим данным, подполковник) М. И. Василенко, успевший послужить в армии Комуча, также перешел к красным еще весной 1919 года. При этом он занимал в ходе Гражданской войны высокие должности — начальника штаба Особого экспедиционного корпуса Южного фронта, командира 40-й стрелковой дивизии, командующего 11-й, 9-й, 14-й армиями.

19 ноября 1917 г. получает назначение начальником штаба Верховного главнокомандующего потомственный дворянин, генерал-лейтенант Императорской армии М. Д. Бонч-Бруевич. Он возглавил Вооруженные Силы Республики в самый тяжелый для страны период — с ноября 1917 г. по август 1918 г. И из разрозненных частей бывшей царской армии и отрядов Красной гвардии к февралю 1918 г. сформировал Рабоче-крестьянскую Красную армию. С марта по август М. Д. Бонч-Бруевич занимал пост военного руководителя Высшего военного совета Республики, а в 1919 г. — начальника Полевого штаба Реввоенсовета Республики.

В конце 1918 г. была учреждена должность Главнокомандующего всеми Вооруженными Силами Советской Республики. На эту должность был назначен С. С. Каменев. Полковник императорской армии, Каменев с начала 1918 г. по июль 1919 г. сделал молниеносную карьеру от командира пехотной дивизии до командующего Восточным фронтом и, наконец, с июля 1919 г. и до конца Гражданской войны занимал пост, который в годы Великой Отечественной войны будет занимать Сталин.

Начальник Полевого штаба Красной армии П. П. Лебедев — потомственный дворянин, генерал-майор — практически всю войну занимал этот пост, а с 1921 г. был назначен начальником Штаба РККА. Павел Павлович участвовал в разработке и проведении важнейших операций Красной Армии по разгрому войск Колчака, Деникина, Юденича, Врангеля, был удостоен высших наград Республики — орденов Красного Знамени и Трудового Красного Знамени.

Начальник Всероссийского главного штаба А. А. Самойло, также потомственный дворянин и генерал-майор, в годы Гражданской войны возглавлял военный округ, армию, фронт.

Однако современные либералы яростно опровергают, что дворяне и офицеры шли в Красную армию, да еще в таком количестве. Напротив, много десятилетий муссируется миф, что у белых офицеров не было иного выхода, ибо за отказ от службы большевики могли расстрелять их семьи.

Но давайте зададимся вопросом — какой безумец мог бы облечь властью и доверить командование округами, армиями, фронтами потенциальному предателю, человеку, служащему за страх? Известно лишь о нескольких изменах бывших офицеров. Но они командовали незначительными силами и являются печальным, но все-таки исключением. Большинство же честно исполняли свой долг и самоотверженно сражались как с Антантой, так и со своими «братьями» по классу. Действовали так, как и полагается истинным патриотам своей Родины.

Очень показателен в этом отношении руководящий состав Рабоче-крестьянского Красного флота. Вот перечень его командующих в годы Гражданской войны: В. М. Альтфатер (потомственный дворянин, контр-адмирал), Е. А. Беренс (потомственный дворянин, контр-адмирал), А. В. Немитц (потомственный дворянин, контр-адмирал). Морской Генеральный штаб русского ВМФ практически в полном составе перешел на сторону Советской власти, да так и остался руководить флотом всю Гражданскую войну. Видимо, русские моряки после Цусимы идею монархии воспринимали, как сейчас говорят, неоднозначно.

Вот что писал Альтфатер в своем заявлении о приеме в РККА: «Я служил до сих пор только потому, что считал необходимым быть полезным России там, где могу, и так, как могу. Но я не знал и не верил вам. Я и теперь еще многого не понимаю, но я убедился... что вы любите Россию больше многих из наших. И теперь я пришел сказать вам, что я ваш».

На самых ответственных участках — на командовании сухопутными фронтами — находились почти исключительно офицеры царской армии.

Барон А. А.фон Таубе был начальником Главного штаба командования Красной Армии в Сибири. Войска Таубе были разбиты белочехами летом 1918 г., сам он попал в плен и вскоре погиб в колчаковской тюрьме в камере смертников.

А другой «красный барон» — В. А. Ольдерогге (потомственный дворянин, генерал-майор), командующий Восточным фронтом красных, уже спустя год добивал белогвардейцев на Урале и в итоге ликвидировал колчаковщину.

С июля по октябрь 1919 г. другой важнейший фронт — Южный — возглавлял бывший генерал-лейтенант В. Н. Егорьев. Его войска остановили наступление Деникина, нанесли ему ряд поражений и продержались до подхода резервов с Восточного фронта, что в итоге предопределило окончательное поражение белых на Юге России.

Летом–осенью 1919 г. с северо-запада на Петроград ринулся Юденич. Навстречу Юденичу выдвигается 7-я армия красных под командованием бывшего полковника С. Д. Харламова, а во фланг белым заходит отдельная группа той же армии под командованием бывшего генерал-майора С. И. Одинцова. Оба — из самых что ни на есть потомственных дворян. Итог тех событий известен: в середине октября Юденич еще рассматривал Красный Петроград в бинокль, а 28 ноября уже распаковывал чемоданы в Ревеле.

Северный фронт. С осени 1918 г. по весну 1919 г. это важный участок борьбы с англо-американо-французскими интервентами возглавляют сначала бывший генерал-лейтенант Д. П. Парский, затем бывший генерал-лейтенант Д. Н. Надежный, оба — потомственные дворяне.

Отметим, что именно Д. П. Парский возглавлял отряды Красной армии в знаменитых февральских боях 1918 г. под Нарвой, так что благодаря и ему в том числе, мы празднуем 23 февраля. Д. Н. Надежный после окончания боев на Севере будет назначен командующим Западным фронтом.

Такая ситуация с дворянами и генералами на службе у красных практически везде.

После июня 1919 года перед РККА встает новая острая проблема — катастрофическая нехватка командного состава. Белых офицеров, сознательно перешедших на сторону Советской власти, уже недостаточно. Связано это было с ростом РККА в годы Гражданской войны и невозможностью быстро подготовить квалифицированные командные кадры рабоче-крестьянского происхождения.

Вот выдержка из доклада Главкома В. И. Ленину о стратегическом положении Республики и качестве резервов, январь 1919 г.:

«На Южном фронте... особенно большой недостаток опытных командиров батальонов и выше. Бывшие прежде на означенных должностях постепенно выбывают из строя убитыми, ранеными и заболевшими, должности же их остаются вакантными за неимением кандидатов или же на весьма ответственные командные должности попадают люди совершенно неопытные и неподготовленные, в результате чего боевые действия не могут быть правильно завязаны, развитие боя идет неправильным путем, а заключительные действия, если они и удачны для нас, весьма часто не могут быть использованными».

Решали эту проблему путем мобилизации бывших офицеров старой армии. Так, в 1918–1920 гг. было мобилизовано 48 тыс. бывших офицеров, еще около 8 тыс. пришли в Красную армию добровольно в 1918 году. Однако с ростом армии к 1920-му году до численности в несколько миллионов (сначала до 3, а затем и до 5,5 млн человек) дефицит командиров лишь еще более обострился.

В этой ситуации командование обратило внимание на белых офицеров, взятых в плен, либо перебежчиков, тем более что к весне 1920 года, когда в основном были разгромлены главные белые армии, война на отдельных ТВД стала приобретать уже общенациональный характер (советско-польская война, а также боевые действия в Закавказье и в Средней Азии, где Советская власть выступала собирательницей старой империи). С одной стороны, многие бывшие белые офицеры успели разочароваться в политике и перспективах Белого движения, а с другой стороны, с изменением характера войны в среде бывшего офицерства активизировались патриотические настроения.

В дни польского нашествия 1920 г. русское офицерство, в том числе и дворяне, переходили на сторону Советской власти тысячами. Из представителей высшего генералитета бывшей Императорской армии был создан специальный орган — Особое совещание при главнокомандующем всеми Вооруженными силами Республики — с целью разработки рекомендаций для командования РККА и Советского Правительства по отражению польской агрессии.

Особое совещание обратилось с призывом к бывшим офицерам Русской Императорской армии выступить на защиту Родины в рядах РККА:

«В этот критический исторический момент нашей народной жизни мы, ваши старшие боевые товарищи, обращаемся к вашим чувствам любви и преданности к Родине и взываем к вам с настоятельной просьбой забыть все обиды, ... добровольно идти с полным самоотвержением и охотой в Красную Армию на фронт или в тыл, куда бы правительство Советской рабоче-крестьянской России вас ни назначило, и служить там не за страх, а за совесть, дабы своею честною службою, не жалея жизни, отстоять во что бы то ни стало дорогую нам Россию и не допустить ее расхищения».

Под обращением стоят подписи их высокопревосходительств главнокомандующего Русской армии в мае–июле 1917 г. генерала А. А. Брусилова, военного министра Российской Империи в 1915–1916 гг. генерала А. А. Поливанова, генерала А. М. Зайончковского и многих других.

Сотник Т. Т. Шапкин, более 10 лет прослуживший в царской армии на унтер-офицерских должностях, в 1920 г. перешел со своим подразделением на сторону Красной Армии, за отличия в боях во время советско-польской войны был награжден двумя орденами Красного Знамени. В Великую Отечественную войну в звании генерал-лейтенанта командовал кавалерийским корпусом, стал героем Сталинградской битвы, кавалером четырех орденов Красного Знамени.

Военный летчик капитан Ю. И. Арватов, служивший в «Галицийской армии» так называемой «Западно-Украинской народной республики» и перешедший в 1920 г. на сторону Красной Армии, за участие в Гражданской войне был награжден двумя орденами Красного Знамени. Подобных примеров много.

Отдельно стоит упомянуть белых офицеров, работавших на красную разведку. Многие слышали про красного разведчика Макарова, адъютанта белого генерала Май-Маевского, послужившего прообразом главного героя фильма «Адъютант его превосходительства». Между тем это был далеко не единичный пример. На красных работали и другие офицеры, например полковник царской армии Симинский — начальник врангелевской разведки. Сведения о врангелевской армии передавали еще два красных разведчика: полковник Скворцов и капитан Деконский. На Разведупр РККА работал с 1918 по 1920 гг. и полковник Генштаба А. И. Готовцев, будущий генерал-лейтенант Советской армии.

В абсолютных цифрах вклад русского офицерства в победу Советской власти выглядит следующим образом: в период Гражданской войны в ряды Красной Армии было призвано 48,5 тысяч царских офицеров и генералов. В решающем 1919 году они составили 53 % всего командного состава РККА. Из 150-тысячного корпуса офицеров Российской империи в Красной Армии служило 75 тысяч бывших офицеров (из них 62 тысячи дворянского происхождения), в то время как в Белой — около 35 тысяч.

Вопреки либеральным мифам, большевики не были ни глупцами, ни зверьми. Они искали и находили среди бывших офицеров людей со знаниями, талантами и совестью. И такие люди могли рассчитывать на почет и уважение со стороны Советской власти, несмотря на происхождение и дореволюционную жизнь.

И последнее. Утверждается, что Сталин якобы уничтожил всех оставшихся в России царских офицеров и бывших дворян. Так вот, подавляющее большинство из названных и не названных нами героев репрессиям не подвергались, они умерли своей смертью (разумеется, кроме павших на фронтах Гражданской и Великой Отечественной войн) во славе и в почете. А их младшие товарищи, такие как полковник Б. М. Шапошников, штабс-капитаны А. М. Василевский и Ф. И. Толбухин, подпоручик Л. А. Говоров, — стали маршалами Советского Союза.

История давно всё расставила по своим местам. Лучшие люди из числа Белого движения приняли Советскую власть и служили ей верой и правдой. А немалая часть из оставшихся у белых дискредитировала себя как каратели, мародеры и просто мелкое жулье на службе у Антанты.

Фараоны и строители пирамид кроме указанных цифр - пища, кров, общение, ремесло в своем познании очень любили большие цифры. Чем это закончилось мы знаем. Субъективный идеалист все что не в силах вместить конкретное тело помещают в свое воображение, а сверх того выливается  в извращения. Такова реальная арифметика их абстрактной свободы. Она подтверждена это землей не единожды. Поэтому его дорога в другой конец, а не реальную жизнь и человеческое общественное бытие. Каббала как форма субъективного идеализма это абстрактный труд выраженный как и труд общестаа в конкретном функционировании конкретного тела. Продукт этого труда истина в виде конкретного тела созданного природой. Даже субъективный идеализм материален. И зависим от материального общественного бытия, стоит на общественном базисе. Мозг как приемник и ретранслятор материального волнового поля без материальной пищи это мозг трупа, кусок мяса годный быть базисом для жизни других существ природы. Именно такую реальность любят те кто живое общество декларирует накормить тремя абстрактными буханками. Это позорит имя и Ноя и Христа. Это гвоздит общество как в биологии так и в сознании в прошлом. Диалектически то что является истиной для избранных как плод душевного труда есть тормоз для общества, который аыражен в монополии  на материальные источники и плоды общественного труда. Первые самоеды, вторые паразиты. Очень часто то есть почти всегда недоучки оказываются и мистификаторами вторых одурачивая народ и вторыми. Они работают в паре не давая ни истины ни хлеба. Разум просвещенного Мордехая Леви безупречен и точен, человечен. Была собственно неплохая система,мир был двуполярен. Не так разлагался в обоих лагерях даже после Сталина. Оценка и опыт часто отстают на десятилетия. Но в данном случае еще и фатально. Марксисты могут быть виновны лишь в том что их уже нет.

Земное существование заблуждения скомпрометировано, раз опровергнута его небесная oratio pro aris et focis {самоапология (буквально: речь в защиту алтарей и очагов)}. Человек, который в фантастической действительности неба искал некое сверхчеловеческое существо, а нашёл лишь отражение себя самого, не пожелает больше находить только видимость самого себя, только не-человека — там, где он ищет и должен искать свою истинную действительность.
Основа иррелигиозной критики такова: человек создаёт религию, религия же не создаёт человека. А именно: религия есть самосознание и самочувствование человека, который или ещё не обрёл себя, или уже снова себя потерял. Но человек — не абстрактное, где-то вне мира ютящееся существо. Человек — это мир человека, государство, общество. Это государство, это общество порождают религию, превратное мировоззрение, ибо сами они — превратный мир. Религия есть общая теория этого мира, его энциклопедический компендиум, его логика в популярной форме, его спиритуалистический point d’honneur [вопрос чести], его энтузиазм, его моральная санкция, его торжественное восполнение, его всеобщее основание для утешения и оправдания. Она претворяет в фантастическую действительность человеческую сущность, потому что человеческая сущность не обладает истинной действительностью. Следовательно, борьба против религии есть косвенно борьба против того мира, духовной усладой которого является религия.
Религиозное убожество есть в одно и то же время выражение действительного убожества и протест против этого действительного убожества. Религия — это вздох угнетённой твари, сердце бессердечного мира, подобно тому как она — дух бездушных порядков. Религия есть опиум народа.
Упразднение религии, как иллюзорного счастья народа, есть требование его действительного счастья. Требование отказа от иллюзий о своём положении есть требование отказа от такого положения, которое нуждается в иллюзиях. Критика религии есть, следовательно, в зародыше критика той юдоли плача, священным ореолом которой является религия.
Критика сбросила с цепей украшавшие их фальшивые цветы— не для того, чтобы человечество продолжало носить эти цепи в их форме, лишённой всякой радости и всякого наслаждения, а для того, чтобы оно сбросило цепи и протянуло руку за живым цветком. Критика религии освобождает человека от иллюзий, чтобы он мыслил, действовал, строил свою действительность как освободившийся от иллюзий, как ставший разумным человек; чтобы он вращался вокруг себя самого и своего действительного солнца. Религия есть лишь иллюзорное солнце, движущееся вокруг человека до тех пор, пока он не начинает двигаться вокруг себя самого.
Задача истории, следовательно, — с тех пор как исчезла правда потустороннего мира, — утвердить правду посюстороннего мира. Ближайшая задача философии, находящейся на службе истории, состоит — после того как разоблачён священный образ человеческого самоотчуждения — в том, чтобы разоблачить самоотчуждение в его несвященных образах. Критика неба превращается, таким образом, в критику земли, критика религии — в критику права, критика теологии — в критику политики.

Карл Маркс

Отредактировано 1917 (Понедельник, 10 октября, 2016г. 02:51:02)

0

159

Вопрос заключается в том: как относится завершенная политическая эмансипация к религии? Раз мы видим, что даже в стране с завершенной политической эмансипацией религия не только существует, но проявляет жизнеспособность и силу, то этим доказано, что бытие религии не противоречит завершенности государства. Но так как бытие религии есть бытие несовершенства, то источник этого несовершенства надо искать лишь в сущности самого государства. Религия для нас уже не причина мирской ограниченности, а лишь ее проявление. Поэтому мы объясняем религиозные путы свободных граждан государства их мирскими путами. Мы не утверждаем, что граждане государства должны покончить со своей религиозной ограниченностью, чтобы уничтожить свои мирские путы. Мы утверждаем, что они покончат со своей религиозной ограниченностью только тогда, когда уничтожат свои мирские путы. Мы не превращаем мирские вопросы в теологические. Мы превращаем теологические вопросы в мирские. После того как историю достаточно долго объясняли суевериями, мы суеверия объясняем историей. Вопрос об отношении политической эмансипации к религии становится для нас вопросом об отношении политической эмансипации к человеческой эмансипации. Мы критикуем бессилие политического государства в отношении религии, критикуя политическое государство в его мирской форме, независимо от его бессилия в отношении религии. В противоречии между государством и определенной религией, - например, иудейством, - мы раскрываем человеческий характер этого противоречия, как противоречия между государством и определенными мирскими элементами, противоречия между государством и религией вообще, как противоречия между государством и его предпосылками вообще.

Политическая эмансипация иудея, христианина, религиозного человека вообще, есть эмансипация государства от иудейства, от христианства, от религии вообще. На свой лад, тем способом, который соответствует его сущности, государство эмансипируется от религии как государство, когда оно эмансипируется от государственной религии, т.е. когда государство как государство не отстаивает никакой религии, а, напротив, отстаивает себя как государство. Политическая эмансипация от религии не есть доведенная до конца, свободная от противоречий эмансипация от религии, потому что политическая эмансипация не есть доведенный до конца, свободный от противоречий способ человеческой эмансипации.

Предел политической эмансипации уже с самого начала проявляется в том, что государство может освободить себя от какого-либо ограничения без того, чтобы человек стал действительно свободным от этого ограничения, что государство может быть республикой (3) без того, чтобы человек был свободным человеком. Сам Бауэр молчаливо допускает это, когда выдвигает следующее условие политической эмансипации:

"Всякая вообще религиозная привилегия, следовательно также и монополия привилегированной церкви, должна была бы быть уничтожена, и если бы некоторые люди, или многие, или даже преобладающее большинство, продолжали еще считать своим долгом исполнение религиозных обязанностей, то это следовало бы предоставить им самим как совершенно частное дело".

Государство, таким образом, может совершенно эмансипироваться от религии даже тогда, когда преобладающее большинство еще остается религиозным. А преобладающее большинство не перестает быть религиозным оттого, что оно остается религиозным только privatim (4).

Но ведь отношение государства, особенно республики, к религии есть не что иное, как отношение людей, образующих государство, к религии. Отсюда следует, что человек освобождается от какого-либо ограничения через посредство государства, освобождается политически, когда, в противоречии с самим собой, он возвышается над этим ограничением абстрактным и ограниченным, частичным образом. Далее следует, что человек, освобождаясь политически, достигает свободы окольным путем, через посредствующее - хотя и необходимое - звено. Отсюда же следует, наконец, что человек даже тогда, когда он при посредстве государства объявляет себя атеистом, т.е. когда он объявляет государство атеистом, все еще остается религиозно-ограниченным именно потому, что признает себя самого лишь окольным путем, лишь с помощью посредствующего звена. Религия и есть признание человека окольным путем, признание через посредника. Государство есть посредник между человеком и свободой человека. Как Христос есть посредник, на которого человек перекладывает всю свою божественность, всю свою религиозную ограниченность, так и государство есть посредник, в которого он вкладывает всю свою небожественность, всю свою человеческую свободу.

Политическое возвышение человека над религией разделяет все недостатки и все преимущества политического возвышения вообще. Государство, как государство, аннулирует, например, частную собственность, человек объявляет частную собственность упраздненной в политическом отношении, как только он упраздняет имущественный ценз для активного и пассивного избирательного права, как это и произошло во многих штатах Северной Америки. С политической точки зрения Гамильтон был совершенно прав, когда он истолковал этот факт в том смысле, что "простой народ одержал победу над собственниками и денежным богатством". Разве частная собственность не упразднена в идее, если неимущий стал законодателем для имущего? Ценз - это последняя политическая форма признания частной собственности.

И все же политическое аннулирование частной собственности не только не упраздняет частной собственности, но даже предполагает ее. Государство на свой лад упраздняет различия происхождения, сословия, образования, профессии, когда объявляет неполитическими различиями происхождение, сословие образование, профессию, когда провозглашает, не обращая внимания на эти различия, каждого человека равноправным участником народного суверенитета, когда рассматривает все элементы действительной народной жизни с точки зрения государства. Несмотря на все это, государство позволяет частной собственности, образованию, профессии действовать свойственным им способом и проявлять их особую сущность в качестве частной собственности, образования, профессии. Весьма далекое от того, чтобы упразднить все эти фактические различия, государство, напротив, существует лишь при условии, что эти различия существуют, государство чувствует себя политическим государством и осуществляет свою всеобщность лишь в противоположность к этим своим элементам. Гегель поэтому совершенно правильно определяет отношение политического государства к религии, когда говорит:

"Чтобы государство достигло существования как знающая себя нравственная действительность духа, необходимо различение между ним и формой авторитета и веры; но это различение выступает лишь постольку, поскольку церковная сторона доходит до разделения внутри себя самой; только возвысившись над особыми церквами, государство обретает и осуществляет всеобщность мысли, принцип своей формы" (Гегель. "Философия права", 1-е изд., стр. 346).

Конечно! Только возвысившись над особыми элементами, государство конституирует себя как всеобщность.

Завершенное политическое государство является по своей сущности родовой жизнью человека, в противоположность его материальной жизни. Все предпосылки этой эгоистической жизни продолжают существовать вне государственной сферы, в гражданском обществе, в качестве именно свойств гражданского общества. Там, где политическое государство достигло своей действительно развитой формы, человек не только в мыслях, в сознании, но и в действительности, в жизни, ведет двойную жизнь, небесную и земную, жизнь в политической общности, в которой он признает себя общественным существом, и жизнь в гражданском обществе, в котором он действует как частное лицо, рассматривает других людей как средство, низводит себя самого до роли средства и становится игрушкой чуждых сил. Политическое государство относится к гражданскому обществу так же спиритуалистически, как небо относится к земле. Политическое государство находится к гражданскому обществу в такой же противоположности, преодолевает его тем же способом, каким религия преодолевает ограниченность земного мира; т.е. так же как религия по отношению к земному миру, государство вынуждено снова признать гражданское общество, восстановить его и подчиниться его господству. В своей ближайшей действительности, в гражданском обществе, человек - мирское существо. Здесь, где он для себя и других имеет значение действительного индивида, он представляет собой явление, лишенное истинности. Напротив, в государстве, где человек признается родовым существом, он - мнимый член воображаемого суверенитета, он лишен здесь своей действительной индивидуальной жизни и преисполнен недействительной всеобщности.

Конфликт, в котором человек, как последователь особой религии, находится с самим собой, как с гражданином государства, и с другими лицами, как членами общественного целого, - этот конфликт сводится к мирскому расколу между политическим государством и гражданским обществом. Для человека, как burgeois,(5) "жизнь в государстве есть только видимость или мгновенное исключение из сущности и правила". Действительно, burgeois, как и еврей, лишь софистически остается в сфере государственной жизни, подобно тому как citoyen (6) лишь софистически остается евреем или burgeois. Но эта софистика - не личного порядка. Это - софистика самого политического государства. Различие между религиозным человеком и гражданином государства есть различие между купцом и гражданином государства, между поденщиком и гражданином государства, землевладельцем и гражданином государства, между живым индивидом и гражданином государства. Противоречие, в котором религиозный человек находится с политическим человеком, есть то же противоречие, в каком находятся burgeois и citoyen, в каком находятся член гражданского общества и его политическая львиная шкура.

Этот мирской конфликт, к которому в конечном счете сводится еврейский вопрос, это отношение политического государства к своим предпосылкам, - будь то материальные элементы, как частная собственность и т. п., или духовные, как образование, религия, - этот конфликт между общим интересом и частным интересом, раскол между политическим государством и гражданским обществом, эти мирские противоположности Бауэр оставляет незатронутыми, когда он полемизирует против их религиозного выражения.

"Именно основа гражданского общества - потребности, обеспечивающие гражданскому обществу его существование и гарантирующие его необходимость, - подвергает его существование постоянной опасности, поддерживает в нем элемент непрочности и порождает непрерывно меняющуюся смесь бедности и богатства, нужды и преуспеяния, порождает изменчивость вообще" (стр. 8).

Сопоставьте с этим весь раздел "Гражданское общество" (стр. 8 - 9), набросанный в соответствии с основными линиями гегелевской философии права. Гражданское общество в его противоположности к политическому государству Бауэр признает необходимостью, потому что он признает необходимостью политическое государство.

Политическая эмансипация, конечно, представляет собой большой прогресс; она, правда, не является последней формой человеческой эмансипации вообще, но она является последней формой человеческой эмансипации в пределах существовавшего до сих пор миропорядка. Разумеется, мы говорим здесь о действительной, практической эмансипации.

Человек политически эмансипируется от религии тем, что изгоняет ее из сферы публичного права и переносит ее в сферу частного права. Она уже не является духом государства, где человек - хотя и в ограниченной степени, в особой форме и в особой сфере - ведет себя как родовое существо, в сообществе с другими людьми; она стала духом гражданского общества, сферы эгоизма, где царит bellum omnium contra omnes (7). Ее сущность выражает уже не общность, а различие. Религия стала выражением отделения человека от той общности, к которой он принадлежит, от себя самого и других людей, - чем и была первоначально. Она является всего только абстрактным исповеданием особой превратности, частной прихоти, произвола. Так, бесконечное дробление религии в Северной Америке даже внешним образом придает религии форму чисто индивидуального дела. Она низвергнута в сферу всех прочих частных интересов и изгнана из политической общности как таковой. Но не следует обманывать себя насчет границ политической эмансипации. Раздвоение человека на публичного и частного человека, перемещение религии из государства в гражданское общество, - это не какая-то отдельная ступень политической эмансипации, а ее завершение; политическая эмансипация, следовательно, столь же мало уничтожает действительную религиозность человека, как мало она и стремится ее уничтожить.

Расщепление человека на иудея и гражданина государства, на протестанта и гражданина государства, на религиозного человека и гражданина государства, это расщепление не является ложью по отношению к государственно-гражданской жизни, не есть обход политической эмансипации, - оно есть сама политическая эмансипация, политический способ эмансипироваться от религии. Правда, в те эпохи, когда политическое государство насильственно появляется на свет из недр гражданского общества, как политическое государство, когда человеческое самоосвобождение стремится вылиться в форму политического самоосвобождения, - в эти эпохи государство может и должно дойти до упразднения религии, до уничтожения религии. Но оно может прийти к этому лишь тем путем, каким оно приходит к упразднению частной собственности, к установлению максимума на цены, к конфискации, к прогрессивному обложению, тем путем, каким оно приходит к уничтожению жизней, к гильотине. В моменты особенно повышенного чувства своей силы политическая жизнь стремится подавить свои предпосылки - гражданское общество и его элементы - и конституироваться в виде действительной, свободной от противоречий, родовой жизни человека. Но этого она может достигнуть, лишь вступив в насильственное противоречие со своими собственными жизненными условиями, лишь объявив революцию непрерывной, а потому политическая драма с такой же необходимостью заканчивается восстановлением религии, частной собственности, всех элементов гражданского общества, с какой война заканчивается миром.

Да и не так называемое христианское государство, признающее христианство в качестве своей основы, в качестве государственной религии и потому исключающее все другие религии, является завершением христианского государства, а скорее атеистическое государство, демократическое государство, такое государство, которое отводит религии место лишь среди других элементов гражданского общества. Государству, которое еще остается теологом, которое еще официально провозглашает христианство своим символом веры, которое еще не дерзает объявить себя государством, - такому государству еще не удалось в мирской человеческой форме, в присущей ему, в качестве государства, действительности, выразить человеческую основу мистическим выражением которой является христианство. Так называемое христианское государство есть просто лишь негосударство, ибо не христианство как религия, а лишь человеческая подоснова христианской религии может осуществиться в действительно человеческих творениях.

Так называемое христианское государство есть христианское отрицание государства, но отнюдь не государственное осуществление христианства. Государство, которое еще исповедует христианство в форме религии, не исповедует его еще в форме государства, ибо такое государство еще относится к религии религиозно, т.е. не является действительным осуществлением человеческой основы религии, так как оно еще взывает к недействительности, к воображаемому образу этой человеческой сущности. Так называемое христианское государство является несовершенным государством, и христианская религия служит восполнением и освящением его несовершенства. Поэтому религия необходимо становится для него средством, и христианское государство есть государство лицемерия. Большая разница, рассматривает ли религию, как одну из своих предпосылок, завершенное государство вследствие несовершенства, заключенного в общей сущности государства, или же религию объявляет своей основой незавершенное государство вследствие несовершенства, заключенного в его особом существовании как государства несовершенного. В последнем случае религия становится несовершенной политикой. В первом случае в религии обнаруживается несовершенство, присущее даже завершенной политике. Так называемое христианское государство нуждается в христианской религии, чтобы восполнить себя как государство. Демократическое же государство, действительное государство, не нуждается в религии для своего политического восполнения. Напротив, оно может абстрагироваться от религии, ибо в нем осуществлена мирским способом человеческая основа религии. Так называемое христианское государство относится к религии политически, а к политике - религиозно. Низводя государственные формы к видимости, оно в той же степени низводит к видимости и религию.

Для уяснения этой противоположности рассмотрим бауэровскую конструкцию христианского государства, конструкцию, возникшую из рассмотрения христианско-германского государства.

"Чтобы доказать невозможность или недействительность христианского государства", - говорит Бауэр, - "неоднократно указывали в последнее время на те изречения в евангелии, которым государство нетолько не следует, но даже и не может следовать, если не хочет своего полного распада". "Но так легко вопрос не решается. Чего требуют эти евангельские изречения? Сверхъестественного самоотрицания, подчинения авторитету откровения, отступления от государства, упразднения мирских отношений. И всего этого требует и все это дает христианское государство. Оно усвоило дух евангелия и если не повторяет его в тех же буквально словах, в каких выражает его евангелие, то лишь потому, что государство выражает этот дух в государственных формах, т.е. в таких формах, которые, хотя и взяты из государственной жизни и из земного мира, низводятся, однако, к простой видимости в том религиозном преображении, которое они должны испытать. Христианское государство есть отступление от государства, пользующееся государственными формами для своего осуществления" (стр. 55).

Бауэр доказывает далее, что народ христианского государства есть не что иное, как не-народ, что он уже не имеет собственной воли, что его истинное бытие воплощено в главе государства, которому он подвластен и который, однако, с самого же начала и по своей природе чужд ему, т.е. дан богом и явился к народу без всякого содействия с его стороны; что законы этого народа - не его рук дело, а представляют собой позитивные откровения; что его повелитель нуждается в привилегированных посредниках между собой и народом в собственном смысле, т.е. массой; что эта масса сама распадается на множество особых кругов, которые созданы и определены случаем, которые различаются по своим интересам, особым страстям и предрассудкам и пользуются в виде привилегии правом на взаимное обособление друг от друга - и т.д. (стр. 56). Однако сам же Бауэр говорит:

"Политика, если она должна быть не чем иным, как только религией, не может уже быть политикой, - так же как чистка кухонных горшков не могла бы считаться хозяйственным делом в том случае, если бы она рассматривалась как дело религии" (стр. 108).

Но ведь в христианско-германском государстве религия есть "хозяйственное дело", как и "хозяйственное дело" есть религия. В христианско-германском государстве господство религии есть религия господства.

Отделение "духа евангелия" от "буквы евангелия" есть акт иррелигиозный. Государство, которое заставляет евангелие прибегать к букве политики, отличной от буквы святого духа, совершает святотатство - если не с человеческой точки зрения, то со своей собственной религиозной точки зрения. Следует противопоставить государству, признающему христианство своей высшей нормой, а библию - своей хартией, слова священного писания, ибо это писание священно-де вплоть до каждого своего слова. Это государство, как и тот человеческий мусор, на который оно опирается, попадает в мучительное, непреодолимое, с точки зрения религиозного сознания, противоречие, когда его отсылают к тем изречениям евангелия, которым государство "не только не следует, но даже и не может следовать, если не хочет своего полного распада в качестве государства". Почему же государство не хочет своего полного распада? Оно само не может дать на это ответ ни себе, ни другим. Перед своим собственным сознанием официальное христианское государство есть долженствование, осуществление которого недостижимо; утверждая действительность своего существования, это государство только лжет перед самим собой и поэтому всегда остается для себя самого предметом сомнения, ненадежным, проблематичным предметом. Критика поступает, следовательно, совершенно правильно, когда она доводит государство, ссылающееся на библию, до помрачения сознания, так что государство само больше не знает, есть ли оно иллюзия или реальность, а низость его мирских целей, для которых религия служит прикрытием, вступает в неразрешимый конфликт с честностью его религиозного сознания, которому религия представляется целью мира. Это государство может избавиться от своих внутренних мук, лишь сделавшись полицейским служителем католической церкви. Перед этой церковью, которая светскую власть объявляет подчиненной себе организацией, государство бессильно, бессильна светская власть, признающая себя повелителем религиозного духа.

В так называемом христианском государстве имеет в действительности значение не человек, а его отчуждение. Единственный человек, имеющий значение, король, есть существо специфически отличное от всех других людей, к тому же еще и освященное религией существо, непосредственно связанное с небом, с богом. Отношения, здесь господствующие, - это еще отношения религиозные. Следовательно, религиозный дух еще не стал действительно мирским.

Но религиозный дух и не может стать действительно мирским, ибо сам он не что иное, как немирская форма некоторой ступени развития человеческого духа. Религиозный дух может быть осуществлен лишь в той мере, в какой данная ступень развития человеческого духа, религиозным выражением которой он является, выступает и конституируется в своей мирской форме. Это имеет место в демократическом государстве. Не христианство, а человеческая основа христианства есть основа этого государства. Религия остается идеальным, немирским сознанием его членов, так, как она - идеальная форма той ступени человеческого развития, которая осуществляется в этом государстве.

Члены политического государства религиозны вследствие дуализма между индивидуальной и родовой жизнью, между жизнью гражданского общества и политической жизнью; они религиозны, потому что человек относится к государственной жизни, находящейся по ту сторону его действительной индивидуальности, как к своей истинной жизни; они религиозны, поскольку здесь религия есть дух гражданского общества, выражение отрыва и отдаления человека от человека. Политическая демократия является христианской постольку, поскольку в ней человек, - не какой-либо отдельный человек, а всякий человек, - имеет значение как суверенное, как высшее существо, но это человек в его некультивированном, несоциальном виде, человек в его случайном существовании, человек, каков он есть, человек, испорченный всей организацией нашего общества, потерявший самого себя, ставший чуждым себе, отданный во власть бесчеловечных отношений и стихий, одним словом, человек, который еще не есть действительное родовое существо. То, что для христианства является фантастическим образом, мечтой, постулатом, - суверенитет человека, но человека в качестве существа чуждого, отличного от действительного человека, - представляет собой в демократии чувственную действительность, современность, мирской принцип.

В завершенной демократии религиозное и теологическое сознание является в своих собственных глазах тем более религиозным, теологическим, что по виду оно не имеет политического значения, земных целей, является делом прячущегося от мирской суеты духа, выражением ограниченности рассудка, продуктом произвола и фантазии, действительно потусторонней жизнью. Христианство достигает здесь практического выражения своей универсально-религиозной роли тем, что сочетает - в форме христианства - самые разнообразные мировоззрения, располагая их одно рядом с другим, а еще более тем, что не предъявляет к другим даже требования быть христианами, а требует лишь признания религии вообще, какой угодно религии (ср. указанное выше сочинение Бомона). Религиозное сознание блаженствует, утопая в богатстве религиозных противоположностей и религиозного многообразия.

Таким образом, мы показали, что политическая эмансипация от религии оставляет религию в силе, хотя и не в виде привилегированной религии. Противоречие, в котором находится последователь какой-нибудь особой религии с самим собой как гражданином государства, есть лишь часть всеобщего мирского противоречия - между политическим государством и гражданским обществом. Завершением христианского государства является также государство, которое признает себя государством и абстрагируется от религии своих членов. Эмансипация государства от религии не есть эмансипация действительного человека от религии.

Поэтому мы не говорим вместе с Бауэром евреям: вы не можете быть эмансипированы политически, не эмансипировав себя радикально от еврейства. Мы, напротив, говорим им: так как вы можете быть эмансипированы политически, без того чтобы совершенно и беспрекословно отказаться от еврейства, то это значит, что сама по себе политическая эмансипация не есть еще человеческая эмансипация. Если вы, евреи, хотите быть политически эмансипированы, не эмансипировав себя самих как людей, то эта половинчатость и это противоречие заключены не только в вас, они заключены в самой сущности и категории политической эмансипации. Если вы ограничены рамками этой категории, то вы причастны к общей ограниченности. Подобно тому как государство евангелизирует, когда оно, хотя и оставаясь государством, занимает по отношению к еврею христианскую позицию, - подобно этому еврей политизирует, когда он, хотя и оставаясь евреем, требует прав гражданина государства.

Но если человек, оставаясь евреем, может быть политически эмансипирован, получить права гражданина государства, то может ли он при этом притязать на так называемые права человека и получить их? Бауэр отрицает это.

"Вопрос в том", - пишет он, - "способен ли еврей, как таковой, т.е. еврей, который сам признает, что истинная его сущность принуждает его жить в вечной обособленности от других, - способен ли он получить всеобщие права человека и признать их за другими".

"Мысль о правах человека лишь в прошлом столетии была открыта для христианского мира. Она не является для человека врожденной, а, напротив, завоевана им лишь в борьбе против исторических традиций, в которых до сих пор воспитывался человек. Таким образом, права человека - не дар природы, они также не полученное нами от прошлой истории наследие, - они куплены ценой борьбы против случайностей рождения и против привилегий, доныне передававшихся историей из поколения в поколение. Они - результат образования, и только тот может обладать ими, кто их завоевал и заслужил".

"Но может ли еврей действительно получить их в свое обладание? Пока он остается евреем, та ограниченная сущность, которая и делает его евреем, должна одерживать верх над человеческой сущностью, соединяющей его, как человека, с другими людьми, должна обособлять его от не-евреев. Это его обособление говорит о том, что особая сущность, делающая его евреем, есть его истинная высшая сущность, перед которой должна отступить человеческая сущность".

"Равным образом христианин, как христианин, не может предоставлять кому-либо прав человека" (стр. 19, 20).

По Бауэру, человек должен принести в жертву "привилегию веры", чтобы иметь возможность получить всеобщие права человека. Бросим же взгляд на так называемые права человека, и притом на права человека в их аутентичной форме, в той форме, какую они получили у североамериканцев и французов, открывших эти права! Отчасти этими правами человека являются политические права, права, осуществляемые лишь в сообществе с другими людьми. Их содержанием является участие в этой общности, и притом в политической общности, в государстве. Они входят в категорию политической свободы, в категорию прав гражданина государства, которые, как мы видели, отнюдь не предполагают беспрекословного и положительного упразднения религии, следовательно не предполагают, например, упразднения иудейства. Остается рассмотреть другую часть прав человека, droits de l'homme (8), поскольку они отличаются от droits du citoyen (9).

В ряду этих прав находится свобода совести, право отправлять какой угодно культ. Привилегия веры прямо признается либо как право человека, либо же как следствие одного из прав человека - свободы.

Декларация прав человека и гражданина, 1791 г., статья 10: "Никто не должен быть притесняем за свои убеждения, даже религиозные". В разделе 1 конституции 1791 г. признается правом человека: "Свобода каждого человека отправлять тот религиозный культ, приверженцем которого он является".

Декларация прав человека и т.д., 1793 г., статья 7, называет в числе прав человека: "Свободное отправление культов". Относительно права обнародовать свои мысли и мнения, права собраний, права отправления своего культа говорится даже: "Необходимость провозглашения этих прав предполагает или существование деспотизма, или свежее воспоминание о нем". Ср. конституцию 1795 г., отдел XIV, статья 354.

Конституция Пенсильвании, статья 9, § 3: "Все люди от природы получили неотъемлемое право преклоняться перед всемогущим согласно велениям своей совести, и никто не может быть по закону принуждаем к тому, чтобы выполнять, устанавливать или поддерживать против своего желания тот или другой культ, тот или другой религиозный обряд. Никакая человеческая власть ни в каком случае не может вмешиваться в вопросы совести и устанавливать контроль над силами души".

Конституция Нью-Гэмпшира, статьи 5 и 6: "Некоторые из естественных прав по своей природе не могут быть отчуждаемы, ибо нет ничего, что было бы равно им по значению. Сюда относятся права совести" (Бомон указ. соч., стр. 213, 214).

Из понятия о правах человека отнюдь не вытекает несовместимость религии с правами человека, - наоборот, среди этих прав прямо указано право быть религиозным, быть на любой лад религиозным, отправлять культ своей особой религии. Привилегия веры есть всеобщее право человека.

Droits de l'homme - права человека, как таковые, отличаются от droits du citoyen - прав гражданина государства. Кто же этот homme, отличаемый от citoyen? Не кто иной, как член гражданского общества. Почему член гражданского общества называется "человеком", просто человеком, почему его права называются правами человека? Чем объясняется этот факт? Только отношением политического государства к гражданскому обществу, сущностью политической эмансипации.

Прежде всего мы констатируем тот факт, что так называемые права человека, droits de l'homme, в отличие от droits du citoyen, суть не что иное, как права члена гражданского общества, т.е. эгоистического человека, отделенного от человеческой сущности и общности. Мы предоставляем слово самой радикальной конституции, конституции 1793 года:

Декларация прав человека и гражданина.

Статья 2: "Эти права" ("естественные и неотъемлемые права") "суть: равенство, свобода, безопасность, собственность".

В чем состоит свобода?

Статья 6: "Свобода есть принадлежащее человеку право делать все то, что не наносит ущерба правам другого", или, по Декларации прав человека 1791 г.: "Свобода есть право делать все то, что не вредит другому".

Итак, свобода есть право делать все то и заниматься всем тем, что не вредит другому. Границы, в пределах которых каждый может двигаться без вреда для других, определяются законом, подобно тому как граница двух полей определяется межевым столбом. Речь идет о свободе человека как изолированной, замкнувшейся в себя монады. Почему, по мнению Бауэра, еврей неспособен получить права человека? "Пока он остается евреем, та ограниченная сущность, которая и делает его евреем, должна одерживать верх над человеческой сущностью, соединяющей его, как человека, с другими людьми, должна обособлять его от не-евреев". Но право человека на свободу основывается не на соединении человека с человеком, а, наоборот, на обособлении человека от человека. Оно - право этого обособления, право ограниченного, замкнутого в себе индивида.

Практическое применение права человека на свободу есть право человека на частную собственность.

В чем состоит право человека на частную собственность?

Статья 16 (конституция 1793 г.): "Правом собственности называется право каждого гражданина пользоваться и располагать по своему усмотрению своим имуществом, своими доходами, плодами своего труда и своего усердия".

Право человека на частную собственность есть, следовательно, право по своему усмотрению (a son gre), безотносительно к другим людям, независимо от общества, пользоваться своим имуществом и располагать им; оно - право своекорыстия. Эта индивидуальная свобода, как и это использование ее, образует основу гражданского общества. Она ставит всякого человека в такое положение, при котором он рассматривает другого человека не как осуществление своей свободы, а, наоборот, как ее предел. Но прежде всего она провозглашает право человека "пользоваться и располагать по своему усмотрению своим имуществом, своими доходами, плодами своего труда и своего усердия".

Остаются еще другие права человека: равенство и безопасность.

Равенство берется здесь в неполитическом смысле и есть не что иное, как равенство вышеописанной свободы, а именно: каждый человек одинаково рассматривается как такая самодовлеющая монада. Конституция 1795 г. определяет понятие этого равенства, сообразно его значению, в таком смысле:

Статья 3 (конституция 1795 г.): "Равенство состоит в том, что закон для всех одинаков, - защищает ли он или же карает".

А безопасность?

Статья 8 (конституция 1793 г.): "Безопасность основывается на защите, предоставляемой обществом каждому из своих членов с целью охраны его личности, его прав и его собственности".

Безопасность есть высшее социальное понятие гражданского общества, понятие полиции, понятие, согласно которому все общество существует лишь для того, чтобы обеспечить каждому из своих членов неприкосновенность его личности, его прав и его собственности. В этом смысле Гегель называет гражданское общество "государством нужды и рассудка".

При помощи понятия безопасности гражданское общество не поднимается над своим эгоизмом. Безопасность есть, напротив, гарантия этого эгоизма.

Следовательно, ни одно из так называемых прав человека не выходит за пределы эгоистического человека, человека как члена гражданского общества, т.е. как индивида, замкнувшегося в себя, в свой частный интерес и частный произвол и обособившегося от общественного целого. Человек отнюдь не рассматривается в этих правах как родовое существо, - напротив, сама родовая жизнь, общество, рассматривается как внешняя для индивидов рамка, как ограничение их первоначальной самостоятельности. Единственной связью, объединяющей их, является естественная необходимость, потребность и частный интерес, сохранение своей собственности и своей эгоистической личности.

Загадочно уже то, каким образом народ, начинающий еще только освобождать себя, разрушать все преграды между различными своими элементами, создавать политическую общность, - каким образом такой народ торжественно провозглашает право эгоистического человека, обособленного от других людей и от этой общности (Декларация 1791 г.). И это провозглашение повторяется затем в такой момент, когда одна только величайшая героическая самоотверженность может спасти нацию и когда требование подобной самоотверженности выдвигается поэтому с властной силой, - в такой момент, когда принесение в жертву всех интересов гражданского общества с необходимостью ставится в порядок дня, а эгоизм подлежит наказанию как преступление (Декларация прав человека и т.д., 1793 г.). Еще более загадочным становится этот факт, когда мы видим, что государственно-гражданская жизнь, политическая общность, низводится деятелями политической эмансипации даже до роли простого средства для сохранения этих так называемых прав человека; что таким образом citoyen объявляется слугой эгоистического homme, а сфера, в которой человек выступает как общественное существо, ставится ниже той сферы, в которой он выступает как частное существо; что, наконец, не человек как citoyen, а человек как bourgeois считается собственно человеком и настоящим человеком.

"Целью всякого политического сообщества является охрана естественных и неотъемлемых прав человека" (Декларация прав и т.д., 1791 г., статья 2). "Правительство учреждается для того, чтобы гарантировать человеку пользование его естественными и неотъемлемыми правами" (Декларация и т.д., 1793 г., статья 1).

Следовательно, даже в моменты своего еще юношеского энтузиазма, доведенного силой событий до высшего напряжения, политическая жизнь объявляет себя простым средством, целью которого является жизнь гражданского общества. Правда, революционная практика этой политической жизни находится в самом резком противоречии с ее теорией. Например, в то время как безопасность провозглашается правом человека, открыто признается, что нарушение тайны переписки - в порядке вещей. "Неограниченная свобода печати" (конституция 1793 г., статья 122) гарантируется как следствие, вытекающее из права человека, из индивидуальной свободы, и в то же время свободу печати подвергают полному уничтожению, ибо "свобода печати не должна быть допускаема, когда она угрожает общественной свободе" (Робеспьер младший в "Парламентской истории французской революции" Бюше и Ру, том 28, стр. 159). Другими словами: право человека на свободу перестает быть правом, как только оно вступает в конфликт с политической жизнью, тогда как в теории политическая жизнь есть лишь гарантия прав человека, прав индивидуального человека, и потому от нее необходимо отказаться, как только она вступает в противоречие со своей целью, т.е. с этими правами человека. Однако практика является лишь исключением, а теория - общим правилом. Но даже если рассматривать революционную практику, как правильную позицию при данных условиях, все же остается неразрешенной загадка, почему в сознании деятелей политической эмансипации вопрос поставлен на голову и цель кажется средством, а средство - целью. Объяснять это оптическим обманом сознания у данных деятелей - значит оставить в силе ту же загадку, хотя это было бы уже психологической, теоретической загадкой.

Загадка разрешается просто.

Политическая эмансипация есть в то же время разложение того старого общества, на которое опирается ставший чуждым народу государственный строй, опирается деспотическая власть., Политическая революция есть революция гражданского общества. Каков был характер старого общества? Его можно охарактеризовать одним словом - феодализм. Старое гражданское общество непосредственно имело политический характер,. т. е, элементы гражданской жизни, - например, собственность, семья, способ труда, - были возведены на высоту элементов государственной жизни в форме сеньориальной власти, сословий и корпораций. В этой форме они определяли отношение отдельной личности к государственному целому, определяли, значит, ее политическое положение, т.е. положение изолированности и обособленности по отношению к другим составным частям общества. Ибо данная организация народной жизни не подняла собственность или труд до уровня социальных элементов, а, напротив, завершила их отделение от государственного целого и конституировала их в отдельные общества в обществе. В этом своем виде жизненные функции и жизненные условия гражданского общества все еще были политическими, хотя и политическими в феодальном смысле, т.е. они отделяли индивида от государственного целого, превращали особое отношение его корпорации к государственному целому в его собственное всеобщее отношение к народной жизни, а определенной гражданской деятельности и определенному гражданскому положению индивида придавали всеобщий характер. В результате подобной организации государственное единство, - как и сознание, воля и деятельность государственного единства, т.е. всеобщая государственная власть, - необходимо проявляется также в виде особой функции обособленного от народа повелителя и его слуг.

Политическая революция, ниспровергшая эту деспотическую власть и поднявшая государственные дела на высоту дел народа, конституировавшая политическое государство как всеобщее дело, т.е. как действительное государство, неизбежно должна была разбить все сословия, корпорации, цехи, привилегии, которые представляли собой столь же многообразные выражения отрыва народа от его политической общности. Политическая революция уничтожила тем самым политический характер гражданского общества. Она разбила гражданское общество на его простые составные части: с одной стороны, на индивидов, с другой - на материальные и духовные элементы, образующие жизненное содержание этих индивидов, их гражданское положение. Она освободила от оков политический дух, как бы разделенный, раздробленный, растекшийся по различным закоулкам феодального общества, собрала его воедино, вывела из этой распыленности, освободила от смешения с гражданской жизнью и конституировала его как сферу общности, всеобщего народного дела, как нечто, существующее в идее независимо от указанных особых элементов гражданской жизни. За определенной жизненной деятельностью и определенным жизненным положением было признано лишь индивидуальное значение. Они не составляли уже больше всеобщего отношения индивида к государственному целому. Общественное дело, как таковое, стало, напротив, всеобщим делом каждого индивида, а политическая функция стала для него всеобщей функцией.

Но завершение идеализма государства было в то же время завершением материализма гражданского общества. Свержение политического ярма было в то же время уничтожением уз, сковывавших эгоистический дух гражданского общества. Политическая эмансипация была в то же время эмансипацией гражданского общества от политики, даже от видимости какого-нибудь всеобщего содержания.

Феодальное общество было разложено и сведено к своей основе - человеку, но к такому человеку, который действительно являлся его основой, к эгоистическому человеку.

Этот человек, член гражданского общества, есть, следовательно, основа, предпосылка политического государства. Таким и признало его государство в правах человека.

Но свобода эгоистического человека и признание этой свободы - это не что иное, как признание безудержного движения духовных и материальных элементов, образующих жизненное содержание этого человека.

Человек не был поэтому освобожден от религии, - он получил свободу религии. Он не был освобожден от собственности, - он получил свободу собственности. Он не был освобожден от эгоизма промысла, - он получил свободу промысла.

Конституирование политического государства и разложение гражданского общества на независимых индивидов, - взаимоотношение которых выражается в праве, подобно тому как взаимоотношение людей сословного и цехового строя выражалось в привилегии, - совершаются в одном и том же акте. Но человек, как член гражданского общества, неполитический человек неизбежно выступает как естественный человек. Droits de l'homme выступают в виде droits naturels (10), ибо та деятельность, которая предполагает самосознание, концентрируется в политическом акте. Эгоистический человек есть пассивный, лишь найденный готовым результат распавшегося общества, предмет непосредственной достоверности, следовательно - естественный предмет. Политическая революция разлагает гражданскую жизнь на ее составные части, не революционизируя самих этих составных частей и не подвергая их критике. Она относится к гражданскому обществу, к миру потребностей, труда, частных интересов, частного права, как к основе своего существования, как к последней, не подлежащей дальнейшему обоснованию, предпосылке, и потому - как к своему естественному базису. Наконец, человек, как член гражданского общества, имеет значение собственно человека, это - homme в отличие от citoyen, ибо он является человеком в своем чувственном, индивидуальном, непосредственном существовании, тогда как политический человек есть лишь абстрактный, искусственный человек, человек как аллегорическое, юридическое лицо. Реальный человек признан лишь в образе эгоистического индивида, истинный человек - лишь в образе абстрактного citoyen.

Абстракцию политического человека Руссо правильно изображает следующим образом: "Тот, кто берет на себя смелость конституировать народ, должен чувствовать себя способным изменить, так сказать, человеческую природу, превратить каждого индивида, который сам по себе есть некое совершенное и изолированное целое, в часть более крупного целого, от которого этот индивид в известном смысле получает свою жизнь и свое бытие, должен поставить на место физического и самостоятельного существования существование частичное и моральное. Нужно, чтобы он отнял у человека его собственные силы и дал ему взамен такие, которые были бы для него чужими и которыми он не мог бы пользоваться без содействия других" ("Общественный договор", кн. II, Лондон, 1782, стр. 67).

Всякая эмансипация состоит в том, что она возвращает человеческий мир, человеческие отношения к самому человеку.

Политическая эмансипация есть сведение человека, с одной стороны, к члену гражданского общества, к эгоистическому, независимому индивиду, с другой - к гражданину государства, к юридическому лицу.

Лишь тогда, когда действительный индивидуальный человек воспримет в себя абстрактного гражданина государства и, в качестве индивидуального человека, в своей эмпирической жизни, в своем индивидуальном труде, в своих индивидуальных отношениях станет родовым существом; лишь тогда, когда человек познает и организует свои "собственные силы" как общественные силы и потому не станет больше отделять от себя общественную силу в виде политической силы, - лишь тогда свершится человеческая эмансипация.

 

II

БРУНО БАУЭР. "СПОСОБНОСТЬ СОВРЕМЕННЫХ ЕВРЕЕВ И ХРИСТИАН СТАТЬ СВОБОДНЫМИ"

("Двадцать один лист", стр. 56 - 71)

 

Под таким заглавием Бауэр исследует вопрос об отношении еврейской и христианской религии друг к другу и об отношении их к критике. Их отношение к критике и есть, по Бауэру, их отношение "к способности стать свободными". Бауэр приходит к следующему выводу:

"Христианину нужно перейти через одну только ступень, а именно через свою религию, чтобы отказаться от религии вообще" и, следовательно, стать свободным; "еврею, напротив, нужно будет порвать не только со своей еврейской сущностью, но и с дальнейшим развитием своей религии, с ее завершением, - с тем ее развитием, которое осталось ему чуждым" (стр. 71).

Бауэр, следовательно, превращает здесь вопрос об эмансипации евреев в чисто религиозный вопрос. Теологическое мудрствование на тему о том, у кого больше шансов обрести блаженство, - у еврея или христианина, - приобретает здесь просвещенную форму: кто из них более способен к эмансипации? Правда, вопрос уже не гласит как прежде: делает ли человека свободным еврейство или же христианство? Напротив, вопрос ставится теперь уже так: чт`о делает человека более свободным - отрицание ли еврейства или же отрицание христианства?

"Если евреи хотят стать свободными, они должны уверовать не в христианство, а в уничтоженное христианство, в уничтоженную религию вообще, т.е. в просвещение, в критику и ее результаты - в свободную человечность" (стр. 70).

Речь все еще идет о том, что еврей должен уверовать - но не в христианство, а в уничтоженное христианство.

Бауэр предъявляет евреям требование порвать с сущностью христианской религии, требование, которое - как он сам говорит - не вытекает из развития еврейской сущности.

После того как Бауэр в конце "Еврейского вопроса" определил еврейство лишь как грубую религиозную критику христианства, признав за ним, следовательно, "только" религиозное значение, - нетрудно было предвидеть, что и эмансипация евреев превратится у него в философско-теологический акт.

Бауэр принимает идеальную абстрактную сущность еврея, его религию, за его сущность в целом. Поэтому Бауэр последовательно делает вывод: "Еврей ничего не дает человечеству, когда он пренебрегает своим ограниченным законом", когда он отрекается от всего своего еврейства (стр. 65).

Отношение евреев и христиан определяется, согласно этому, так: единственный интерес христиан в деле эмансипации евреев есть общечеловеческий, теоретический интерес. Еврейство есть факт, оскорбляющий религиозный глаз христианина. Как только глаз христианина перестает быть религиозным, этот факт перестает быть оскорбительным. Эмансипация евреев сама по себе не есть дело христианина.

Напротив, еврей, чтобы освободить себя, должен справиться не только со своим собственным делом, но вместе с тем и с делом христианина, пройти через "Критику синоптиков" и "Жизнь Иисуса" и т.д.

"Пусть они сами присмотрятся к положению дел: их участь - в их собственных руках; но история не позволит шутить над собой" (стр. 71).

Попытаемся разбить теологическую формулировку вопроса. Вопрос о способности еврея к эмансипации превращается для нас в вопрос: какой особый общественный элемент надо преодолеть, чтобы упразднить еврейство? Ибо способность к эмансипации современных евреев есть отношение еврейства к эмансипации современного мира. Это отношение с необходимостью вытекает из особого положения еврейства в современном порабощенном мире.

Постараемся вглядеться в действительного еврея-мирянина, не в еврея субботы, как это делает Бауэр, а в еврея будней.

Поищем тайны еврея не в его религии, - поищем тайны религии в действительном еврее.

Какова мирская основа еврейства? Практическая потребность, своекорыстие.

Каков мирской культ еврея? Торгашество. Кто его мирской бог? Деньги.

Но в таком случае эмансипация от торгашества и денег - следовательно, от практического, реального еврейства - была бы самоэмансипацией нашего времени.

Организация общества, которая упразднила бы предпосылки торгашества, а следовательно и возможность торгашества, - такая организация общества сделала бы еврея невозможным. Его религиозное сознание рассеялось бы в действительном, животворном воздухе общества, как унылый туман. С другой стороны, когда еврей признает эту свою практическую сущность ничтожной, трудится над ее упразднением, - тогда он высвобождается из рамок прежнего своего развития, трудится прямо для дела человеческой эмансипации и борется против крайнего практического выражения человеческого самоотчуждения.

Итак, мы обнаруживаем в еврействе проявление общего современного антисоциального элемента, доведенного до нынешней своей ступени историческим развитием, в котором евреи приняли, в этом дурном направлении, ревностное участие; этот элемент достиг той высокой ступени развития, на которой он необходимо должен распасться.

Эмансипация евреев в ее конечном значении есть эмансипация человечества от еврейства (11). Еврей уже эмансипировал себя еврейским способом.

"Еврей, который, например, в Вене только терпим, определяет своей денежной властью судьбы всей империи. Еврей, который может быть бесправным в самом мелком из германских государств, решает судьбы Европы. В то время как корпорации и цехи закрыты для еврея или еще продолжают относиться к нему недоброжелательно, промышленность дерзко потешается над упрямством средневековых учреждений" (Б. Бауэр. "Еврейский вопрос", стр. 114).

И это не единичный факт. Еврей эмансипировал себя еврейским способом, он эмансипировал себя не только тем, что присвоил себе денежную власть, но и тем, что через него и помимо него деньги стали мировой властью, а практический дух еврейства стал практическим духом христианских народов. Евреи настолько эмансипировали себя, насколько христиане стали евреями.

"Благочестивый и политически свободный обитатель Новой Англии", - говорит, например, полковник Гамильтон, - "есть своего рода Лаокоон, не делающий ни малейших усилий, чтобы освободиться от обвивших его змей. Маммона - их идол, они почитают ее не только своими устами, но и всеми силами своего тела и души. В их глазах вся земля - не что иное, как биржа, и они убеждены, что у них нет иного назначения на земле, как стать богаче своих соседей. Торгашество овладело всеми их помыслами, смена одних предметов торгашества другими - единственное для них отдохновение. Путешествуя, они, так сказать, носят с собой на плечах свою лавочку или контору и не говорят ни о чем другом, как о процентах и прибыли. Если же они на минуту и упустят из виду свои дела, то только затем, чтобы пронюхать, как идут дела у других".

Мало того, практическое господство еврейства над христианским миром достигло в Северной Америке своего недвусмысленного, законченного выражения в том, что сама проповедь евангелия, сан христианского вероучителя превращается в товар, что обанкротившийся купец начинает промышлять евангелием, а разбогатевший проповедник евангелия берется за торговые махинации.

"Человек, которого вы видите во главе почтенной конгрегации, был вначале купцом; когда он в этом дело потерпел крах, он стал священнослужителем; другой начал со служения богу, но как только у него в руках оказалась некоторая сумма денег, он променял кафедру проповедника на торговлю. В глазах большинства духовный сан - это настоящий доходный промысел" (Бомон, указ. соч., стр. 185, 186).

Бауэр считает "ложным такое положение вещей, при котором в теории за евреем не признается политических прав, между тем как на практике еврей пользуется огромной властью и проявляет свое политическое влияние en gros (12), когда это влияние стеснено для него en detail (13)" ("Еврейский вопрос", стр. 114).

Противоречие между политической властью еврея на практике и его политическими правами есть противоречие между политикой и денежной властью вообще. В то время как по идее политическая власть возвышается над денежной властью, на деле она стала ее рабыней.

Еврейство удержалось рядом с христианством не только как религиозная критика христианства, не только как воплощенное сомнение в религиозном происхождении христианства, но также и потому, что практически - еврейский дух - еврейство - удержался в самом христианском обществе и даже достиг здесь своего высшего развития. Еврей, в качестве особой составной части гражданского общества, есть лишь особое проявление еврейского характера гражданского общества.

Еврейство сохранилось не вопреки истории, а благодаря истории.

Гражданское общество из собственных своих недр постоянно порождает еврея.

Что являлось, само по себе, основой еврейской религии? Практическая потребность, эгоизм.

Монотеизм еврея представляет собой поэтому в действительности политеизм множества потребностей, политеизм, который возводит даже отхожее место в объект божественного закона. Практическая потребность, эгоизм - вот принцип гражданского общества, и он выступил в чистом виде, как только гражданское общество окончательно породило из своих собственных недр политическое государство. Бог практической потребности и своекорыстия - это деньги.

Деньги - это ревнивый бог Израиля, пред лицом которого не должно быть никакого другого бога. Деньги низводят всех богов человека с высоты и обращают их в товар. Деньги - это всеобщая, установившаяся как нечто самостоятельное, стоимость всех вещей. Они поэтому лишили весь мир - как человеческий мир, так и природу - их собственной стоимости. Деньги - это отчужденная от человека сущность его труда и его бытия; и эта чуждая сущность повелевает человеком, и человек поклоняется ей.

Бог евреев сделался мирским, стал мировым богом. Вексель - это действительный бог еврея. Его бог - только иллюзорный вексель.

Воззрение на природу, складывающееся при господстве частной собственности и денег, есть действительное презрение к природе, практическое принижение ее; природа хотя и существует в еврейской религии, но лишь в воображении. В этом смысле Томас Мюнцер признавал невыносимым, "что вся тварь сделалась собственностью - рыбы в воде, птицы в воздухе, растения на земле; ведь и тварь должна стать свободной"

То, что в еврейской религии содержится в абстрактном виде - презрение к теории, искусству, истории, презрение к человеку, как самоцели, - это является действительной, сознательной точкой зрения денежного человека, его добродетелью. Даже отношения, связанные с продолжением рода, взаимоотношения мужчины и женщины и т, д. становятся предметом торговли! Женщина здесь - предмет купли-продажи.

Химерическая национальность еврея есть национальность купца, вообще денежного человека.

Беспочвенный закон еврея есть лишь религиозная карикатура на беспочвенную мораль и право вообще, на формальные лишь ритуалы, которыми окружает себя мир своекорыстия.

Также и в этом мире своекорыстия высшим отношением человека является определяемое законами отношение, отношение к законам, имеющим для человека значение не потому, что они - законы его собственной воли и сущности, а потому, что они господствуют и что отступление от них карается.

Еврейский иезуитизм, тот самый практический иезуитизм, который Бауэр находит в талмуде, есть отношение Мира своекорыстия к властвующим над ним законам, хитроумный обход которых составляет главное искусство этого мира.

Самое движение этого мира в рамках этих законов неизбежно является постоянным упразднением закона.

Еврейство не могло дальше развиваться как религия, развиваться теоретически, потому что мировоззрение практической потребности по своей природе ограничено и исчерпывается немногими штрихами.

Религия практической потребности могла по самой своей сущности найти свое завершение не в теории, а лишь в практике - именно потому, что ее истиной является практика.

Еврейство не могло создать никакого нового мира; оно могло лишь вовлекать в круг своей деятельности новые, образующиеся миры и мировые отношения, потому что практическая потребность, рассудком которой является своекорыстие, ведет себя пассивно и не может произвольно расширяться; она расширяется лишь в результате дальнейшего развития общественных условий.

Еврейство достигает своей высшей точки с завершением гражданского общества; но гражданское общество завершается лишь в христианском мире. Лишь при господстве христианства, превращающего все национальные, естественные, нравственные, теоретические отношения в нечто внешнее для человека, - гражданское общество могло окончательно отделиться от государственной жизни, порвать все родовые узы человека, поставить на их место эгоизм, своекорыстную потребность, претворить человеческий мир в мир атомистических, враждебно друг другу противостоящих индивидов.

Христианство возникло из еврейства. Оно снова превратилось в еврейство.

Христианин был с самого начала теоретизирующим евреем; еврей поэтому является практическим христианином, а практический христианин снова стал евреем.

Христианство только по видимости преодолело реальное еврейство. Христианство было слишком возвышенным, слишком спиритуалистическим, чтобы устранить грубость практической потребности иначе, как вознесши ее на небеса.

Христианство есть перенесенная в заоблачные выси мысль еврейства, еврейство есть низменное утилитарное применение христианства, но это применение могло стать всеобщим лишь после того, как христианство, в качестве законченной религии, теоретически завершило самоотчуждение человека от себя самого и от природы.

Только после этого смогло еврейство достигнуть всеобщего господства и превратить отчужденного человека, отчужденную природу в отчуждаемые предметы, в предметы купли-продажи, находящиеся в рабской зависимости от эгоистической потребности, от торгашества.

Отчуждение вещей есть практика самоотчуждения человека. Подобно тому как человек, пока он опутан религией, умеет объективировать свою сущность, лишь превращая ее в чуждое фантастическое существо, - так при господстве эгоистической потребности он может практически действовать, практически создавать предметы, лишь подчиняя эти свои продукты, как и свою деятельность, власти чуждой сущности и придавая им значение чуждой сущности - денег.

Христианский эгоизм блаженства необходимо превращается, в своей завершенной практике, в еврейский эгоизм плоти, небесная потребность - в земную, субъективизм - в своекорыстие. Мы объясняем живучесть еврея не его религией, а, напротив, человеческой основой его религии, практической потребностью, эгоизмом.

Так как реальная сущность еврея получила в гражданском обществе свое всеобщее действительное осуществление, свое всеобщее мирское воплощение, то гражданское общество не могло убедить еврея в недействительности его религиозной сущности, которая лишь выражает в идее практическую потребность. Следовательно, сущность современного еврея мы находим не только в пятикнижии или в талмуде, но и в современном обществе, - не как абстрактную, а как в высшей степени эмпирическую сущность, не только как ограниченность еврея, но как еврейскую ограниченность общества.

Как только обществу удастся упразднить эмпирическую сущность еврейства, торгашество и его предпосылки, еврей станет невозможным, ибо его сознание не будет иметь больше объекта, ибо субъективная основа еврейства, практическая потребность, очеловечится, ибо конфликт между индивидуально-чувственным бытием человека и его родовым бытием будет упразднен.

Общественная эмансипация еврея есть эмансипация общества от еврейства.

 

Написано К. Марксом осенью 1843 г.
Напечатано в журнале "Deutch-FFranzosische Jahrbucher", 1844 г.

Подпись: Карл Маркс

0

160

В 1839 году Карл Маркс написал работу «Тетради по истории эпикурейской, стоической и скептической философии». В 1841 году Карл Маркс окончил Берлинский университет экстерном, представив докторскую диссертацию под названием «Различие между натурфилософией Демокрита и натурфилософией Эпикура»[. Диссертацию он защитил в Йенском университете из-за материальных трудностей её защиты в Берлинском университете.

По своим взглядам Маркс был тогда гегельянцем-идеалистом. В Берлине он примыкал к кружку младогегельянцев (Бруно Бауэр и др.), которые были склонны делать атеистические и революционные выводы из философии Гегеля. Позднее уже 40-летний Маркс писал Энгельсу: «По части метода обработки материала большую услугу оказало мне то, что я по чистой случайности перелистал «Логику» Гегеля, — Фрейлиграт нашёл несколько томов Гегеля, принадлежавших прежде Бакунину, и прислал мне их в подарок. Если когда-нибудь снова наступит время для подобных работ, я охотно изложу на двух — трёх печатных листах в доступной обыкновенному человеческому рассудку форме то рациональное, что есть в методе, который Гегель открыл, но в то же время и мистифицировал».

По окончании университета Маркс переселился в Бонн, рассчитывая стать профессором.

Он собирался преподавать вместе с Б. Бауэром философию в Боннском университете, проектировал издание при участии Людвига Фейербаха журнала под названием «Архив атеизма», хотел писать работу о христианском искусстве. Но реакционная политика правительства и семья заставили Маркса отказаться от учёной карьеры. В это время рейнские радикальные буржуа, имевшие точки соприкосновения с левыми гегельянцами, основали в Кёльне оппозиционную газету «Rheinische Zeitung (нем.)» (начала выходить 1 января 1842 года).

В 1842—1843 годах Карл Маркс работал журналистом и редактором этой газеты, зарабатывая 500 талеров]. В начале Маркс высказывался за отмену цензуры, затем перешёл к открытой критике правительства (многие его статьи были либо запрещены цензурой, либо подвергались жёсткой правке).

В ходе написания серии статей «Оправдание мозельского корреспондента», Маркс осуществил конкретно-социальное исследование: собрал официальные документы, материалы печати, личные документы, данные опросов. В этих и других своих опубликованных к началу января 1843 года статьях Маркс почти открыто призывал к революционному свержению прусской монархии и замене её демократией.

Это переполнило чашу терпения правительства, и в марте 1843 года газету закрыли. Маркс ещё раньше был вынужден оставить должность редактора, но и его уход не спас газету. Работа в газете показала Марксу, что он недостаточно знаком с политической экономией, поэтому он усердно принялся за её изучение, продолжая работать журналистом.

В июне 1843 года в Кройцнахе Маркс венчался с Женни фон Вестфален.

Летом 1843 года Маркс написал работу «К критике гегелевской философии права», посвящённую критике идеалистических взглядов Гегеля на общество

После попытки прусского правительства подкупить Маркса, предложив ему перейти на прусскую государственную службу, под угрозой ареста молодая семья переезжает в Париж в конце октября 1843 года, где Маркс подружился с Генрихом Гейне и Фридрихом Энгельсом. С последним его до конца жизни связывали узы дружбы и совместная работа. Именно Энгельс обратил внимание Маркса на положение рабочего класса.

В Париже Маркс вступил в непосредственный контакт с рабочими организациями, как французов, так и немецких эмигрантов, познакомился с П. Ж. Прудоном, русскими эмигрантами М. А. Бакуниным, В. П. Боткиным. Он завязал широкие знакомства с французскими радикальными кругами, с представителями революционных кругов различных стран, жившими в Париже.

В 1844 году совместно с Арнольдом Руге выпускает единственный сдвоенный номер журнала «Немецко-французский ежегодник», после издания которого расходится с Руге из-за политических взглядов.

В апреле-августе 1844 года Маркс написал "Экономически-философские рукописи 1844 года.

В начале февраля 1845 г. Маркс был выслан из Парижа и переехал в Брюссель (куда приехал и Энгельс). В Брюсселе Маркс и Энгельс написали работу «Немецкая идеология», в которой выступили с критикой идей Гегеля и младогегельянцев. Весной 1847 года Маркс и Энгельс примкнули к тайному пропагандистскому обществу, международной организации «Союз справедливых» (был преобразован в «Союз коммунистов»), организованной немецкими эмигрантами. По поручению общества они составили программу коммунистической организации — знаменитый «Манифест коммунистической партии», опубликованный 21 февраля 1848 года в Лондоне.

Отредактировано 1917 (Понедельник, 10 октября, 2016г. 11:53:01)

0


Вы здесь » Шехина » Гендерный спам » Копипастерский слив